Кай 4 (СИ) - Аянский Егор

Рив? Он здесь? Не верю!

Мне открыл дверь молодой мужчина с короткими усиками и небесно-голубыми глазами, которые внимательно стали меня изучать. Я узнал их! Мое сердце запрыгало в груди, грозясь выскочить.

— Я тебя знаю? — на его лице появилось сосредоточенное выражение.

Святые Девять! Неужели я так изменился?

— Чу-чу-чу. Камаиса для громкого мальчика, — я изменил голос и закряхтел, стараясь походить на старую Марту.

— Кай? — его глаза широко открылись, — Кай? Не может быть! Кай, старина!

Он крепко меня обнял, пару раз хлопнув по спине, но вдруг резко отстранился и начал озираться по сторонам.

— Что-то не так? — я не понимал резкой перемены его настроения.

— Идем в дом, — его лицо выглядело напряженным. — Кто знает, что ты здесь?

— Только ты и еще один человек, а что происходит? Рив, я тебя сто лет не видел, чего ты боишься?

— Марта. Пару лет назад она приходила сюда. Говорила, что ты явишься. Сказала передать тебе, чтобы ты держался от Танара подальше. Когда ты приехал?

— Пару часов назад, — удивленно ответил я, — Да что она мне сделает?

— Слава Солине, — выдохнул Крикун и немного расслабился, — У тебя еще есть время. Три дня. Марта просила передать тебе, что у тебя будет три дня покинуть город.

— Иначе что? — мои кулаки непроизвольно сжались. Да кто она такая, чтобы решать за меня?

— Она велела сказать, что ты слишком слаб и не готов встретить Исток. Что ты привлечешь к нему какую-то темную Мать, и она уничтожит ее. И тогда ты никогда не узнаешь, кто ты есть. Кажется так.

— Объясни, что это значит! — в сердцах крикнул я. Меня затрясло от злости. Похоже в этом проклятом мире обо мне все остальные знают больше, чем я сам.

— Я думал, что это ты мне объяснишь, — удивленный Крикун сделал шаг назад, а из-за открытой двери дома послышался детский плач.

— Уходите оба отсюда! — донесся разгневанный женский голос, — И решайте свои проблемы на улице! Аиша только уснула.

— Идем, Кай, — он указал глазами на дверь.

Мы с ним добрались до небольшого трактирчика, где он заказал себе пива, а я ограничился обычным клюквенным морсом. Крикун рассказал свою историю. Оказывается, пару лет назад его мать умерла от какой-то инфекции, и он принял ее жилье в наследство. Ему удалось накопить немного денег, которые он и вложил в восстановление дома. Пятилетний контракт на судне закончился, и сейчас он решил взять небольшую передышку в связи с женитьбой и рождением ребенка. В данный момент решал, стоит ли ему продолжить работать на Джаиля, или все же осесть в Танаре и найти гражданскую профессию. Слушая его, я все больше и больше понимал, что моим детским планам о совместных путешествиях в его жизни теперь не место. Это меня немного печалило, но я чувствовал, что не обзаведись Крикун семьей, он все равно совершенно не подготовлен к тому, чтобы стать моим компаньоном. Наверное, это и к лучшему, я буду уверен, что хотя бы один мой друг останется жив.

О своих последних годах я предпочел не распространяться, сообщив, что убийство посла замяли, и я продолжал все это время работать на Длань инкогнито в других королевствах, а также о том, что разговоры о моей персоне при посторонних нежелательны.

— Рив, расскажи мне побольше о Марте, — попросил я.

— А что рассказывать? Сила к ней вернулась, да еще какая! Говорят, десятый уровень. Если бы не она — Вилморт, князь наш бывший, может быть и отбился от бунта. Да только Марта сон наслала на всю его дружину. Лис, говорят, вошел в княжеский дворец без единой капли крови.

— А про княжну?

— Это у тебя специальное задание такое, обо всем здесь узнать, да? — он отпил пива и заинтересованно уставился на меня.

— Ага! — я решил не тратить время на объяснения.

— Та еще оторва! Говорят, Сила у нее странная, многогранная. Местные ее очень любят — она кого подлечит, кому денег просто так даст, кому доброе слово скажет.

— А почему оторва?

— Ну так она сбегает из дворца постоянно, ей с горожанами общаться больше нравится, чем с со знатью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Так, а это интересно.

— А куда сбегает?

— Да на базарной площади с детьми частенько играет, — пожал плечами Крикун, — Она же девка боевая, ничего не боится, да и с ее Силой разве что только Марта посоперничать может. Говорят, что Тая незаконнорождённая дочь Лиса, но ты смотри, нигде не ляпни такое. Он этого не любит.

Я чуть не подавился.

— Тая? Ты сказал Тая?

— Да, вроде как ее при рождении хотели назвать иначе, но едва она заговорила, как тут же заявила, что не желает откликаться на другое имя. Россказни, наверное.

— Наверное, — задумчиво произнес я.

Все же Рив меня уговорил на кружку пива, которую я растянул на пару часов, узнавая все полезную, и не очень, информацию. Например, Юфина он последний раз видел очень давно, когда я еще обучался в братстве, так что постепенно наш разговор перешел к детским воспоминаниям, после чего мы с ним пожали друг другу руки и расстались. Рив еще раз настоятельно порекомендовал мне избегать встречи с Мартой, а затем откланялся и ушел. Познакомиться со своей семьей он меня так и не пригласил.

Не могу сказать, что я на него сильно обиделся, все же Крикуна тянуло к совсем иной жизни. Впускать в нее неожиданно появившегося убийцу, пусть и друга, ему не захотелось. Наверное, он прав.

Я заказал еще кружку пива для храбрости, перед визитом к Сиале, хоть и понимал, что это было бесполезно. «Муравьи» мне просто не дадут напиться. В трактир к вечеру начали подтягиваться разные люди, и скоро все оставшиеся столы были заняты. За пазухой беспокойно зашевелился Рики, которому было пора ужинать. Прилюдно кормить его и вызывать пересуды не имело смысла, а потому я расплатился и вышел на улицу.

Меня обдал свежий теплый ветерок с запахом моря. В это время года в Танаре особенно хорошо и спокойно. Немного подумав, я свернул за трактир и оголил запястье, в которое тут же вгрызся голодный эльмур. Из-за дальнего угла здания раздавались характерные журчащие звуки справляемой нужды и чей-то негромкий разговор.

— Я тебе, клык даю, это тот самый крысолов.

— Да ты пургу гонишь, ты же сам видел, это пацан какой-то, мало ли у него было родни.

— С родней в десны не лобызаются, да за сиськи не хватают при встрече. В общем, ты как хочешь, а я Лису капну, глядишь, это он окажется. Будешь мне потом кланяться ходить, да только поздно будет.

— Кого обсуждаем, господа хорошие? — я не выдержал, убрал Рики за пазуху и зашел за угол.

Передо мной предстали два неброско одетых небритых мужика, лет тридцати пяти, которые уже закончили свои дела и сейчас торопливо застегивали штаны.

— Хриплый, ты смотри какой деловой, да еще и не местный, — один из них недобро уставился на меня, — Проблемы?

— Пока не знаю. Зависит от того, как мы поговорим.

— А малолетка-то борзый, — тот, кого назвали Хриплым, сделал вид, что затягивает ремень, но неожиданно выдернул из-за пояса короткий нож и выставил перед собой.

— А давай-ка, ты нам время компенсируешь, парень.

— А давай! — я вытащил кошелек и отсчитал несколько мелких онитов, — Так о ком речь идет? Что за крысолов такой?

— Вали его, Хриплый, ты смотри деньжищ сколько!

Хриплый сделал замах ножом, а его друг попытался обойти меня.

Я перехватил руку первого, коротким ударом выбил кинжал и сразу же нанес сильный удар кулаком в его подбородок, отчего он медленно осел на землю и завалился бесформенным мешком на бок. Резко развернулся и отскочил в сторону от второго, который уже успел вытащить короткий меч, но порезал им только воздух. Оказался у него за спиной и с силой пнул его в поясницу. Он не удержал равновесие и завалился вперед, стукнувшись головой о бревна трактира.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Имя, быстро! — я уселся ему на спину и заломил руку, отчего он протяжно завыл.

— Крастер. Его зову-у-ут Крастер. Отпусти, Лис с тебя шкуру спу-у-стит.

Я покосился на Хриплого, но он все еще лежал неподвижно.