Кай 4 (СИ) - Аянский Егор

— Ты забываешь, что планета имеет круглую форму. Он мог совершить скачок по прямой через ее недра, не соприкоснувшись с барьером, и оказаться на той стороне, ты ведь говорил, что он был под действием сильного наркотика. Кто знает, что произошло в его голове во время выбора направления прыжка… Но не об этом сейчас надо переживать. То место, в котором он оказался, относиться к территории очень серьезного вампирского клана.

— Это может значить, что он… — мои губы предательски задрожали.

— Боюсь, что да. Извини. — Она присела рядом и положила руку мне на плечо.

— Есть обратный способ? Вампир может снова стать человеком? Он мог не попасться им? — из меня один за одним посыпались вопросы. Сознание упорно отказывалось принимать известие о том, что я потерял близкого друга.

— Исключено. Обратного способа обращения нет. Уйти от Патриарха на его территории почти невозможно. Телепортация для Юфина на том материке перестала быть доступной, а его навыки убийцы ничто, даже против одного обычного вампира.

— Он убил гролина однажды! — запротестовал я.

— Не сравнивай безмозглого трупоеда и высшую нежить.

— Ты можешь найти его? Тебе ведь доступно перемещение!

— Кай, я изгой в мире вампиров, хоть формально и выше обычных упырей. Мне очень дорого обойдется этот визит, — по ее лицу было видно, что она совсем была не в восторге от моего предложения.

— Пожалуйста, Сиала… — взмолился я, понимая, что выгляжу сейчас не лучшим образом выпрашивая у нее помощь. Но речь шла о Юфине! И если для этого придется выполнить еще какую-нибудь ее странную прихоть, вроде отсечения пальца, я пойду на это!

— Я постараюсь поискать способ, — устало произнесла она, — Ты не передумал насчет визита к личу?

— Нет! Он мой шанс обрести магический дар! — твердо ответил я.

— Тогда нужно подготовиться. Иди за мной.

Она привела меня в одну из своих комнат, заставленную большими шкафами, которые были равномерно заполнены множеством выдвижных ящиков с надписями на неведомом мне языке. Буквы плавали перед глазами, пытаясь сложиться в знакомые слова и обрести смысл, но чуда на этот раз не произошло.

Меж тем, Сиала один за одним открывала секции шкафов и складывала на стол странные вещи. Это были какие-то неизвестные мне камни, маленькие мешочки, вырезанные из костей фигурки, покрытые символами и письменами. Некоторые были со шнурками, словно предназначенные для ношения на шее, на других были застежки. Увидев мой озадаченный взгляд, она пояснила:

— Это амулеты защиты от магии. Я не знаю, что из этого нам может пригодиться, но лучше предусмотреть все варианты. Проклятия, которые используют личи — это не шутки, даже для меня! Не забывай об их природе. Его колдовство основано на смерти, а это направление ближайшее к настоящей черной магии.

Интересно, а она сможет определить, чем именно пользуется Марта?

— Сиала, а что ты думаешь о княжеской матери?

— А что я должна думать? — она удивленно подняла брови, — В наличие у нее двух способностей я не верю. А тот барьер, что она создала, мог быть порождением вашего с Юфином сознания. Она сильная видящая, возможно самая сильная в Четырех королевствах. У нее есть доступ в астрал, а через него она может наслать такие видения, что ты навсегда перепутаешь реальность с вымыслом.

— Но я…, — внезапно мне вспомнился мой экзамен в школу Длани, и то, как меня ловко обвели вокруг пальца преподаватели, заставив поверить в смерть моего друга Дони. Это ведь было как наяву!

— Что ты?

— Да, скорее всего ты права, — согласился я.

— Уже поздно, идем спать. Завтра нам предстоит дорога через Дикий лес, а туда не поедет ни один извозчик, — и тихо добавила, с многообещающей улыбкой, — И да, я уже соскучилась.

— Может все же возьмем лошадей? — к рассвету я уже был собран и сейчас рассматривал себя в зеркало. Сиала, помимо амулетов, нашла для меня потрясающий кожаный доспех в своих бесконечных закромах, который на мне сидел как влитой, и отличный боевой лук, так как мои камы перестали быть дальнобойным оружием из-за отсутствия паучьей нити. Я решил по возвращении обязательно заняться этим вопросом, а заодно разыскать хорошего кузнеца, так как те кустарные железяки, что были созданы в Яме, сильно проигрывали пришедшему в негодность подарку короля Ленарда.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет, не стоит собственноручно подписывать приговор ни в чем не повинным животным. Да и шума от них много. — Вампирша появилась в дверях, одетая в симпатичный охотничий костюм, на котором не было ничего лишнего. Тем не менее, даже в нем Сиала смотрелась умопомрачительно. — Ты говорил, что можешь усиливать свои мышцы на силу и быстроту? Вот и потренируемся, давненько я не бегала.

— Это смешно, сравнивать твою скорость, и мое кратковременное усиление, — я прогнал непристойные мысли, что начали забираться в мою голову глядя на ее безупречные формы, — И, кстати, нам нужен свежий эйголь, без него я не найду это место.

— Наберем в какой-нибудь пещере по дороге, не такой уж он редкий. Выдвигаемся. В любом случае нам пока нужно следовать на запад.

Уже на улице, мне все-таки удалось уговорить ее воспользоваться паровиком, чтобы доехать хотя бы до границы с Диким лесом. А дальше она мне устроила настоящее испытание в беге наперегонки, которое я с треском проиграл! Как я не напрягал свое зрение, мне не удавалось различить ее контуры, и лишь примятая трава, да покачивающиеся от ветра кусты, хоть как-то мне указывали направление ее движения. Досадно было и от того, что ей вообще не нужно было восстанавливаться, в отличии от меня. Если мне и удавалось набрать огромную скорость, то потом приходилось подолгу отдыхать и поглощать сколиты, попутно залечивая мелкие разрывы связок и мышц. Но я старался не показывать Сиале, что мне больно и терпел, отчаянно благодаря судьбу, что это невероятное существо на моей стороне.

Рики, которого я отпустил свободно путешествовать по деревьям, поначалу тоже пытался уследить за ней, но потом бросил это бесполезное занятие, и спускался вниз только для того, чтобы предупредить о приближении очередного крупного хищного зверя, или низшей нежити. Ее мы так почти и не встретили, за исключением какого-то одинокого заблудившегося мертвяка, который сильно мне напомнил тех, что мы видели с Юфином в развалинах, когда собирали виноградные лозы.

Сиала попросила меня не нападать на зверей, даже ради добычи, а едва увидев того самого мертвеца, отреагировала мгновенно и разорвала его в клочья, не используя никакого оружия. В какой-то момент кисти ее рук изменились, превратившись в нечто, похожее на крупные когти на заскорузлых уродливых пальцах, но, как я не просил показать мне их снова, от повторной демонстрации она отказалась.

К вечеру, я изрядно устал от бесконечных проколов рук сколитами, и мне захотелось нормального человеческого отдыха. Моя спутница словно почувствовала, что я выдохся, и спустя еще час пути указала мне на небольшую скалу, у подножья которой виднелся грот.

— Здесь передохнем и заночуем, — она начала распаковывать свой мешок, — Я пока займусь едой, а ты можешь в это время поискать эйголь и определить дальнейшее направление.

Я кивнул головой, протиснулся в зияющий проход, и почти сразу обнаружил знакомое свечение внутри, которое сопровождало меня последние семь лет. Путешествие в Дикий лес, до сегодняшнего дня, представлялось мне чем-то невероятно опасным, однако с Сиалой все превращалось в какую-то чересчур легкую прогулку. С одной стороны это было невероятно удобно, а с другой, я прекрасно понимал, что начинаю зависеть от вампирши. И это мне жутко не нравилось. Сколько я смогу быть ей еще интересен?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пещера оказалась неглубокой, и я быстро набрал полный рюкзак светящегося мха. Немного подумав, решил проверить местоположение логова некроманта и принял эйголь. Меня сразу потянуло по излюбленному маршруту в тело Рики, но я быстро перехватил контроль и «осмотрелся». Эльмур сидел неподалеку, высоко на дереве. Хигир напротив, находился невероятно далеко. Я прикинул направление и понял, что он уплыл куда-то на запад. А вот, наконец-то, нашлась и моя кровь, оставленная в логове некроманта. Она еле ощутима и почти потеряла свои свойства, но все еще видна.