Музыкант и модель - Полина Поплавская

Прошло несколько дней, и вдруг – в такие моменты начинаешь верить в высшие силы – я вновь увидела изображение этого человека. Мы пили чай с танцовщиками труппы, отдыхали от суматохи дня и обменивались впечатлениями. Настя, наша юная прима и страстная меломанка, вынула стопку дисков – свое последнее приобретение. Заговорили о музыке. И тут я разглядела изысканно оформленную обложку с портретом Дэвида и замысловато выведенной фамилией «Маковски».

– Это уникальный пианист! – сказала Настя. – Его ни с кем нельзя сравнить. Обидно, что мы не можем послушать это вживую. Его жена написала о нем книгу, но книга какая-то грустная, а он, по-моему, был вовсе не таким.

Я вертела в руках коробочку с диском и думала о том, что испанская танцовщица Соледад Эставес и загадочным образом связанный с ее семьей пианист Дэвид Маковски не случайно возникли в поле моего зрения, что за этим кроется история, которую я непременно узнаю и, быть может, перескажу своим читателям.

Полина Поплавская

Лондон – Санкт-Петербург

Этой весной в Мадриде вдруг пошел снег. Разбуженная телефонным звонком, Люсия не могла поверить своим глазам. Картина фантастическая: за окном не спеша кружились пушистые хлопья, белой пеленой окутывая цветущие деревья. Люсия даже подумала, что это продолжение ее сна, но глуховатый голос Антонио в трубке был слишком реален:

– Привет, любимая. Как дела?

– Плохо. Ты меня разбудил.

– Прости, но я тороплюсь сообщить тебе отличную новость. Угадай, какую?

– Что идет снег?

– Ну, это ты и так видишь. Попробуй еще.

– Что ты меня любишь?

– Дорогая, ради такой банальности я не стал бы звонить.

– Я сейчас брошу трубку, – шутливо пригрозила Люсия.

– Ладно, слушай. Шеф обо всем договорился. Ты летишь с нами в Израиль как переводчик. А после конференции мы дня три отдохнем в Эйлате.

– Здорово! – Люсия окончательно проснулась и села в постели.

– Еще бы. Так что можешь собирать чемоданы. Только, умоляю, не больше двух! До встречи.

Люсия положила трубку и состроила гримаску телефону: Антонио вечно подшучивал над огромным гардеробом девушки. Не то чтобы вещи были ее слабостью. Но если ты работаешь манекенщицей в таком престижном магазине, как «Фернанда», то волей-неволей приходится быть на высоте. Кроме того, дирекция «Фернанды» в конце каждого сезона презентует своим сотрудникам часть нераспроданной коллекции. Поэтому гардероб Люсии разрастается с катастрофической скоростью.

Да, спасибо «Фернанде». С работой ей действительно очень повезло. Люсия улыбнулась, вспомнив, как стала манекенщицей.

Однажды, еще на первом курсе университета, она бродила по магазинам на Калье Принцесса в поисках чего-нибудь новенького по случаю предстоящей студенческой вечеринки и забрела в «Фернанду». Магазин был шикарным и очень большим. Люсия долго ходила по залу, разглядывая элегантные туалеты, и никак не могла понять, чего же ей хочется. В какой-то момент она почувствовала на себе пристальный взгляд. Девушка повернула голову и увидела невысокого мужчину средних лет. Он являлся обладателем подчеркнуто-мужественной внешности, холеных усов и огромного золотого перстня. На Люсию мужчина взирал с радостным восторгом. И поняв, что замечен, устремился к ней через зал:

– Сегодня счастливейший день моей жизни! – заявил он, целуя руку оторопевшей девушки. – Сама Красота посетила наш скромный магазин! Прелестная сеньорита, я весь к вашим услугам! Но найдется ли здесь, – он театральным жестом обвел зал, – хоть что-то, достойное вас?!

– Простите, сеньор, – Люсия еще не пришла в себя от столь бурного приема, – но кто вы?

– Позвольте представиться, божественная. Я – Виктор Арсано, управляющий этим магазином и ваш покорный слуга. – При этом он посмотрел на Люсию так пылко и многозначительно, что девушка с трудом не расхохоталась. Она уже давно успела привыкнуть к реакции мужчин на свою внешность, но экзальтированный восторг маленького сеньора Арсано ее позабавил.

– Я ищу себе платье…

– Платье? Отлично, восхитительно! Какое же? Платье для коктейлей? Для приемов?

– Нет-нет, что-нибудь не очень экстравагантное, для студенческой вечеринки.

– Так вы – студентка? – Управляющий был искренне удивлен. – И что же вы изучаете?

– Психологию, – коротко ответила Люсия. Ей уже надоел и бессмысленный разговор, и сам шумный управляющий. Сеньор Арсано тихо разговаривать не умел, поэтому их беседа привлекла внимание всех, кто находился в зале. Люсия оказалась в кольце любопытных взглядов, и ей очень захотелось побыстрее уйти. Но это, видимо, никак не входило в планы управляющего, и он продолжал атаковать девушку вопросами:

– Вы где-нибудь работаете, прелестная сеньорита?

– Пока нет. – Люсия уже решила про себя, что ноги ее больше не будет в «Фернанде».

– Не хотели бы вы поработать у нас? – вдруг спросил управляющий, неожиданно переходя на деловой тон.

– У вас? Спасибо, но боюсь, работа продавцом будет отнимать слишком много времени. Я не смогу учиться.

– Ну что вы, сеньорита. Кстати, как вас зовут? – Девушка назвала свое имя. – Люсия Эставес? Чудесное имя! С вашей внешностью – и работать продавцом?! Конечно нет! Я предлагаю вам место манекенщицы: гибкий график плюс неплохая зарплата. И вы спокойно сможете изучать свою психологию.

Люсия задумалась, тут же позабыв о своем минуту назад принятом решении не бывать в «Фернанде». Почему бы и нет? Работа ей все равно нужна. Не может же она все годы, которые предстоит проучиться в университете, сидеть на шее у Соледад?! Многие студентки, с которыми она уже успела познакомиться, искали работу. А здесь такой шикарный магазин и, похоже, хорошие условия…

– Соглашайтесь, сеньорита, – торопил ее сеньор Арсано. – Уверяю вас, десятки девушек мечтали бы оказаться на вашем месте. А вдруг это первая ступень вашей звездной карьеры?!

Люсия не собиралась делать карьеру манекенщицы, но идея работать в «Фернанде» нравилась ей с каждой минутой все больше. И, подумав, она согласилась. Никогда потом девушка ни разу не пожалела о принятом решении.

Благодаря своей доброжелательности и юмору, Люсия легко нашла общий язык с новыми коллегами. Штат манекенщиц состоял в основном из студенток. Продавщицами в «Фернанде» тоже работали совсем молодые девушки. И те, и другие были хороши как на подбор, поэтому особой зависти друг к другу никто не испытывал. Кроме того, над девушками властвовала грозная Оливия Лопес. Сеньора Лопес, пятидесятилетняя матрона с громовым голосом и манерами отставного капрала, отвечала за персонал магазина и железной рукой пресекала любые конфликты. Ее побаивались все, даже сам сеньор Арсано, но, видимо, и благодаря ее усилиям тоже атмосфера в «Фернанде» царила спокойная, а работать было приятно.