В объятиях Чудовища - Маша Драч

- Хорошо, - я сцепила пальцы в замок, мысленно пытаясь вернуть себе хотя бы частичку спокойствия. Это невозможно, потому что страх перед дядей совершенно неконтролируемый.

- Тогда идем, - он предложил мне свой локоть.

Я приняла это предложение, потому что иначе быть и не может. Мы вышли из комнаты и спустились к выходу, что вёл прямо в сад. В голове возникла странная даже фатальная мысль – сейчас я выйду к гостям, и моя жизнь никогда не станет прежней. Правда, в эту секунду я даже не подозревала, что моя жизнь изменится не из-за грядущего брака по расчёту. Нет. Ее изменит Чудовище, которое уже затаилось на территории нашего дома в жестоком неконтролируемом желании превратить вечеринку в настоящую бойню.

Глава 2.

Когда я появилась в саду, ко мне тут же начали подходить гости, чтобы поздороваться и поздравить с грядущей свадьбой. Здесь были и банкиры, и хозяин верфи, и директор автодилерской компании, несколько архитекторов и депутатов. Я всем им широко улыбалась и обменивалась хотя бы парочкой дежурных приветливых фраз. Кажется, мое поведение полностью устраивало дядю.

Я чувствовала себя неким экспонатом, который привезли на выставку, чтобы им могли вдоволь полюбоваться все желающие. Мне не нравилось находиться в центре внимания. Это заставляло меня чувствовать себя скованно, будто на моих плечах лежит неподъемный груз, а на руках надеты железные кандалы. Нужно ежесекундно играть роль радостной невесты и следить за тем, как выглядишь.

Дядя отпустил меня, при этом нежно погладив по плечу, чтобы все видели, насколько мы дружная и любящая семья. В глазах общественности мой дядя Алекс настоящий спаситель. Он приютил бедную сиротку – меня. Вырастил, дал лучшее образование и подарил всю свою любовь. У дяди великолепная репутация. Предпочтительно он бескомпромиссен и жесток, если дело касается денег или бизнеса. Он уже давно и плотно сотрудничает с местной мафией, поэтому все его дела с завидной быстротой развиваются, приумножая наше многомиллионное состояние. Где необходимо дядя готов призвать на помощь всё свое обаяние и харизму. Женщины от него в восторге, а мужчины относятся с глубоким уважением.

Никто не знает, что дядя настоящий домашний тиран. Нет, он никогда не бил меня. Ему было достаточно одного взгляда, пары коротких ёмких фраз, чтобы я уже вся тряслась от страха. Если дядя считал, что обязан проучить, то он закрывал меня на несколько часов на тёмном чердаке. Меня не пугала тьма, меня пугало то, что могло жить в ней. Дядя работал точно и методично, превращая меня в загнанного, но отлично обученного зверька.

Идти мне было некуда, и он это прекрасно знал, пользовался моим положением. Поэтому, возможно, брак с Антонием не такая уж и большая трагедия. Меньшее из зол.

Среди поздравляющих была и моя, якобы лучшая подруга – Анна. Белокурый ангел с душой настоящей стервы. Мы дружили с малолетства. Вместе посещали кружок гимнастики. Я долго считала ее своей единственной настоящей подружкой. Отец Анны – местный банкир. У нее все предки по отцовской линии были банкирами. Иногда Анна ночевала у нас. Иногда я у нее. Когда стало известно, что меня обручили с Антонием мои отношения с подругой постепенно начали портиться. Это длилось годами, пока на свой восемнадцатый день рождения Анна не вылила на меня бокал с пуншем, заявив в сердцах, что я отняла ее мечту. Этой мечтой и был мой будущий муж. Все эти годы она меня люто ненавидела.

Теперь мы встречались исключительно на званых вечерах и праздниках. Наша дружба как бы продолжала существовать, потому что того хотели мой дядя и ее отец. Нацепив фальшивую дружескую улыбку, Анна поприветствовала меня. В ее голубых глазах искрился триумф, только я понятия не имела, в чем он мог заключаться. А если Анна едко радуется, то стоит ожидать подвоха.

- Поздравляю, Лу, - она глотнула немного шампанского и взбила длинными музыкальными пальцами свои густые светлые волосы, уложенные мягкой волной.

- Спасибо, - я стояла перед Анной с расправленными плечами, как того и хотел дядя.

- Пару фото нам не помешает, - подруга приобняла меня и нас тут же щёлкнул фотограф.

От вспышки фотокамеры перед глазами на несколько секунд заплясали белые пятна.

- Уже ждёшь свадьбу? – всё с той же фальшивой улыбкой спросила Анна, отстранившись.

Меня дико удручал тот факт, что она так рьяно пыталась оставаться в позициях врага. Анна ведь и так прекрасно знала, что я не от великой любви должна буду выйти замуж за Антония. Ее саму ведь тоже недавно просватали. Свадьба должна состояться ровно через месяц после моей. Но, похоже, мы никогда и не были настоящими подругами, раз Анна не упускала момент отпустить шпильку в мою сторону.

- Сгораю от нетерпения, - подыграла я ей.

Среди гостей мелькнула белокурая голова Антония. Через несколько минут он подошел к нам и слишком сильно прижал меня к себе.

- Как дела, будущая супруга? – от Антония жутко разило алкоголем.

Я не ненавидела этого парня. Скорей, сочувствовала ему. Потому что, то, как он прожигает свою еще молодую жизнь говорило лишь об одном – Антоний несчастлив. Его жестокость являлась лишь одним из последствий замкнутой жизни, построенной родителями.

- Нормально, - мне отчаянно хотелось отстраниться от своего жениха, но дядя периодически наблюдал за нами, поэтому я не двигалась.

- Анна, отличное платье. Надеюсь, оно быстро снимается? – Антоний глотнул виски и засмеялся.

- Главное, что под ним нет ничего, - с игривой улыбкой ответила Анна.

Мне стало мерзко. Мне был омерзителен этот вечер. Омерзительна грядущая свадьба и то, что я обязана игнорировать все эти полунамёки моего «жениха» и «подруги».

- А мне это и нравится в тебе. Лу, может, присоединишься к нам? Обожаю тройничок.

- Отстань, - я всё-таки не сдержалась и сбросила с себя руку Антония.

- Ну и глупая, - прыснул он. – Наша жизнь – полное дерьмо, приправленное золотой стружкой. Лучше взять от нее хоть что-то и не заботиться о завтрашнем дне. Это тебе мой совет, как будущей жене.

- И что же ты предлагаешь? – я посмотрела в голубые глаза, подёрнутые пьяной пеленой.

- Трахайся, пей и развлекайся. Ну что? У нас всё равно потом будет брачная ночь. Наши предки захотят внучат. Так может ты сейчас мне покажешь, на что способна? Глубоко берешь? – Антоний засмеялся.