Великая Восьмёрка - Данил Манонин

– это нормально, это вынужденная мера. Ведь из одной жизни рождается множество: какой смысл до конца сохранять одну жизнь, если из-за этого пропадает целое поколение?

Конечно, спустя время он опомнился и решил смириться. Но перед этим он выговорил все свои мысли старшему из своих нынешних воспитанников – Дэнату. Дэнат, не знающий почти ничего о Xentual, нашёл идею о жертвенности довольно логичной. Он оглянулся вокруг, посмотрел на Neil Frooim, на то, что единственный Neil Quare, заинтересованный в продолжении рода, подвергается нападкам со стороны остальных только из-за их нежелания ничем жертвовать, рисковать жизнью. Это разозлило Дэната больше, чем кого-либо до этого. Он захотел отомстить Treip Omnecit за их эгоизм, нарочно вступить в Xentual с Эйбой. Но для начала нужно было отвести от неё старших братьев и сестру. Поэтому он пришёл к Эв’Айлине с вопросами.

Среди плодов второго соития Эв’Айлина была старшей из сестёр. С недавнего времени она вызвалась учиться у троицы, чтобы в будущем стать столь же мудрой. Дэнат задал вопросы о текущих планах троицы, о том, чем они обычно занимаются большую часть времени. Узнав об отправлении сигнала Морфиусу, он наконец нашёл, от чего оттолкнуться. И для выполнения своего плана попросил о помощи младшего из Neil Quare, Шак’Хида…

Силена и Вь’Юкин собирали все подходящие для восстановления Эйбы ресурсы. Neil Frooim был полон останков Лай’Кеса и Дай’Эны. Но лишь некоторые осколки могли в какой-то мере повлиять на их организм. Незадолго до этого Силена выяснила, что их организмы – сложнейшие строения из мельчайших частиц – “Lia Arthem” – «единицы жизни», которые известны у нас, как «атомы». Но атомы не простые. Эти могут принимать разнообразное строение, в небольшой отрезок времени изменять своё поведение. И пока эти частицы находятся в организме Neil Quare, они могут быть полноценными «единицами жизни». Но стоит им покинуть организм, то, если в короткий срок не поместить их обратно или в любое другое живое тело, они потеряют свойства вариативности, застынут в последней принятой форме. И троица искала все застывшие осколки, всё ещё способные дать энергию, вызвать реакцию. В общем, всё, что угодно, лишь бы поспособствовать синтезу новых Lia Arthem.

Вдруг, откуда ни возьмись, появляется Шак’Хид и что-то нескладно бормочет о сигнале, о скором возвращении Вь’Юкина. Морфиус успокоил брата и попросил его рассказать всё по порядку. Шак’Хид неуверенно рассказал о том, как получил сообщение от Вь’Юкина, как его голос звучал внутри. Втроём Neil Quare отправились к краю Neil Frooim, по дороге захватив с собой Дольфа и Эв’Айлину. С края Дольф обычно наблюдал за Вью’Кином, распластав себя как можно шире, чтобы не упустить от него поток нейронов.

Дольф начал гореть, накапливая в себе силу. Накопив её достаточно, он выпустил поток нейронов с чудовищной скоростью. Он хотел переспросить Вь’Юкина. Немного погодя, он поймал ответный поток и сразу повернулся к Шак’Хиду:

– Shak’Hid Et on Tegtam! V’Ukin on Funzesim Whaquee!8

Шак’Хид растерялся. Не знал, что делать. Он понимал, что любое следующее действие сразу станет подозрительным. Поэтому он промолчал. Все начали расходиться, остался только Дольф. Он задался логичным вопросом: откуда брат знал голос Вь’Юкина? Задав этот вопрос Шак’Хиду, в ответ он получил только неловкое молчание. Заподозрив неладное, он пошёл на крайние меры: влез в сознание брата, начал перебирать информацию и наконец наткнулся на план Дэната.

Обман раскрылся, Дольф рванул к Эйбе. Вдруг его настиг новый поток нейронов. Дольф даже остановился и оглянулся на светящуюся вдали точку.

– thaqee Tegtamun?! V’Ukin Funresim…9

В тот же момент Вселенную огласил дикий вопль Эйбы. Все Neil Quare оглянулись на неё. Дэнат осуществил свой план. Но третьего Xentual Эйба выдержать не могла. Более того, она затянула сына. Процесс был похож на тот, что было у Лай’Кеса с Дай’Эной, только в миллиарды раз сильнее.

Вопли… Вихрь… Всплески энергии… Ослепляющий поток света… И взрыв…

Глава 1, Зарождение Вселенной

Шак’Хид

Я… Ничего не помню… Кто я? Что я делаю? Что я делал до этого?.. Что произошло?! Повсюду… свет. Он закрывает собой всё остальное. Всё вокруг вертится. Не могу ничего разобрать. Сколько времени я в таком состоянии? Столько вопросов… Так! Надо собраться!

Теперь по порядку. Что я могу вспомнить? Я помню, как меня звали до этого… да, верно! Меня звали Шак’Хид! Уже отлично, хотя, постойте… Помню ещё что-то. “Neil…”, так меня тоже называли. А что это означает? Неужели забыл? Хотя нет! Помню! Кажется, «Вечный» или «Бесконечный», нет, точно, «Нескончаемый»! Получается, я вспомнил своё полное имя: Шак’Хид Нескончаемый. Теперь, что же произошло?! Я помню только всплеск света, шум. А перед этим разговор с кем-то, похожим на меня. О необходимости «населить Вселенную», о великом долге. Получается, я причастен к, похоже, одному из самых важных событий в мире…

Световая завеса начинает рассеиваться, я всё чётче могу разглядеть окружающие меня объекты. Наконец, я увидел бескрайние просторы, наполненные светом и раскалёнными обломками какого-то огромного объекта. Сам я несся куда-то с гигантской скоростью. При этом я не могу управлять полётом, будто меня оттолкнуло. Я лечу так быстро и в то же время будто не двигаюсь. Кажется, так будет вечно…

Некоторые обломки, с помощью действия некой внутренней силы, начали принимать формы, близкие к шару. Stilazec – так я назвал появляющиеся раскалённые шары, начали вращаться вокруг других, многократно больших по размеру. Со временем такие шары остыли, перестали быть похожими на свои большие экземпляры. Большие Stilazec не хотели затухать, постоянно вырабатывали энергию, излучали свет. Я нашёл этот факт поводом разделить два типа шаров. Остывшие назвал “Zeefrit Grovc”, «Холодные земли».

Stilazec вместе с Zeefrit Grovc начали вращаться вокруг некого огромного яркого шара. В итоге получилось подобие диска со спиралью. Такое явление я назвал “Speriile”. Отдалившись от скопления шаров, я смог разглядеть тот Speriile получше, а также увидел многие другие, которые, оказывается, имели разнообразные формы: спирали, окружности… Форму некоторых даже нельзя было объяснить.

Длительное время я летел по пустоте мимо Speriilec. Сила, что оттолкнула меня, была очень мощна. Настолько, что даже сейчас, когда моя скорость снизилась в разы, я всё равно не мог самостоятельно сдвинуться с курса. Наконец, впереди показался диск. Было очевидно, что я влечу в него. Обрадовавшись, я погрузился в сон: так я коротал время каждого полёта. Благо, в этом бескрайнем океане можно видеть объекты за миллионы лет до их приближения, а значит, и