Под сизыми крыльями - Светлана Гольшанская

Утро было таким же сырым, как предыдущий вечер. Белая парная дымка поднималась из низин и укрывала землю невесомым газовым покрывалом. Катя видела это краем глаза, когда пролетала на машине мимо изумрудных холмов, покрытых редким ельником. В детстве ей нравилось гулять в тумане. А сейчас на это нет ни времени, ни сил.

На работе первые пару часов все было спокойно. Но только пока не проснулись службы, и не явился начальник.

— Ну, кто так скрепляет отчет, а? Сколько можно тебя учить? — отчитывал ее начальник. Если бы не его сердобольная секретарша, никто бы и не заметил, что в середине страницы немного выпирают из общей стопки. Катя просто молчала. Что она могла сказать в свое оправдание? То, что эта работа была далеко не пределом ее мечтаний? Или у нее уже просто нету сил работать сверхурочно, без отпуска, перерывов и больничных? Катя грустно посмотрела в окно. Оно выходило на частный сектор, вдалеке виднелся манящий к себе темный лес. Дымка все еще окутывала его белой пеленой.

К обеду с общего стола куда-то убежала папка с важными документами. Начались крики. С полок во все стороны летели папки вместе с угрозами об увольнении. Когда начальник, обессилив, удалился на обед, Катя, немного подумав, заглянула в комнату инженеров. Там, среди огромных завалов инструкций и спецификаций обнаружилась пропавшая папка.

Во второй половине дня принесли контракт на поставку. Оказалось, что названия по спецификации расходятся с названиями в регистрационном. Разразился грандиозный скандал.

— О чем ты думала, когда подавала эти документы? — издевательским тоном спросила секретарша. — Какой смысл в этой регистрации, если она не совпадает с нашим контрактом?

— Но я не видела контракт и уж тем более не имела не малейшего представления, как нужно составлять список на регистрацию.

— Могла бы спросить.

— У кого, у тебя, что ли?

— У начальника.

— Я спрашивала, и мне ответили: делай, как хочешь, я не обязан тебя учить. Вот я и сделала. Не нравится, делай сама, — секретарша сморщила свой напудренный носик и обиженно поджала губы.

Так или иначе, Кате пришлось через пробки нестись заключать дополнительное соглашение, по которому проводники могли бы считаться просто иглами. Хотя все вокруг знали, что иглы и проводники — это одно и то же. Зато это была пятница, за которой последуют два долгожданных выходных.

Забрав по дороге Веру с работы и Юлю с учебы, они заехали в магазин. Выбрали на прокат фильм и поехали за город. Вечер выдался очень спокойным и тихим. Особенно после наполненного криками трудового дня. Катя носом уткнулась в старинную довоенную книгу, случайно обнаруженную ею на чердаке. Юля разложила на столе кисточки и увлеченно раскрашивала сделанный накануне набросок. Вера вела неровный бой с расстроенной гитарой, пытаясь заставить звучать ее более чисто.

В дверь вдруг постучали. Катя невольно вздрогнула. Соседи, в основном пожилые старушки-дачницы, к молодежи никогда не заглядывали. Вера отложила гитару в сторону и открыла дверь. На пороге стояло двое молодых мужчин. Один из них — темноволосый красавчик с тонкими, как будто вырезанными из алебастра чертами. Худощавый и высокий. Одетый в черные брюки и белоснежную рубашку, как-то особо нелепо выглядящую здесь за городом. Второй напротив, одет был в мешковатые джинсы и клетчатую рубашку. Непослушные, явно крашеные светлые волосы торчали во все стороны. Глубоко посаженные тигрово-желтые глаза смотрели с каким-то странным любопытством. Поймав его взгляд на себе, Катя невольно поежилась и поспешила отгородиться от него книжкой.

— Здравствуйте, девушки-красавицы, — лукаво улыбаясь, сказал он. Его голос, тихий баритон с хрипотцой звучал настолько таинственно-красиво, что Кате снова захотелось посмотреть на его обладателя. Она мысленно хлестнула себя по щекам, заставляя опомниться. — Я Дмитрий, а это мой друг Влад. Он иностранец, приехал сюда ненадолго решить кое-какие дела. Он не очень любит городскую суету, поэтому я снял для него дом по соседству. Правда, меня не предупредили, что у вас здесь нет никаких развлечений.

— Развлечения есть на другом берегу озера в Городке: дискотека и бар. Возьмите лодку и переправьтесь. За десятку сосед напротив с удовольствием предложит вам свою, а за бутылку «столичной» еще и сам довезет вас до Городка, — ответила Катя, не поднимая глаза.

— Катя! — пристыдила ее Вера, наблюдая, как темноволосый Влад бросает заинтересованные взгляды на сосредоточенно дописывающую свою картину Юлю. — Это же так невежливо… Заходите, это Юля, я Вера, а там с книжкой Катя. Мы сами недавно переехали. Знаем не понаслышке, как здесь порой по вечерам бывает тоскливо.

Катя поджала губы. Ей не нравились эти новые гости. А вдруг они воры какие-нибудь. Хотя, что у них и красть-то нечего. Дмитрий подтолкнул застывшего на пороге иностранца к дивану, на котором, поджав под себя ноги, сидела Юля.

— Привет, — с едва заметным акцентом сказал он. Девушка вздрогнула от неожиданности, впервые замечая гостей, и свернула локтем стаканчик с водой. На белой рубашке Влада тут же расплылось серое пятно, по форме напоминающее Южную Америку.

— О, извините-извините, — забормотала Юля, из-под тонны белой пудры прорезался легкий румянец.

— Ничего страшного, — поспешил заверить ее темноволосый мужчина.

— Нет, нет, пятно надо замыть, — с этими словами девушка потащила иностранца за собой на улицу. В доме не было водопровода.

Вера засуетилась вокруг стола, убирая пролитую воду, рисунок и краски. Дмитрий снял с ног кроссовки и подошел к продолжающей прятаться за книгу Кате.

— Так почему вы сами не ходите на дискотеку или в бар? — поинтересовался он, тщетно пытаясь заглянуть ей в лицо.

— Мы их не любим, — ответила девушка, надвигая книгу на самый лоб.

— Это Катя их не любит, а Юля все за ней повторяет. А я, как это не прискорбно, из дискотек давно выросла, — поправила ее Вера.

Катя выглянула из-за книги и послала подруге испепеляющий взгляд.

— И почему же ты их не любишь? — не отступался мужчина.

— Потому что на них только лохи ходят, — не выдержав, вспылила девушка и захлопнула книжку.

— Ее просто никто не приглашает на медленные танцы, — сообщила Вера, сворачивая клеенку.

Катя просто хотела удушить подругу.

— Понятно, — удовлетворенно хмыкнул Дмитрий и уселся, наконец, за стол.

Через мгновение дверь открылась и на пороге показались вымокший до нитки иностранец и красная, как варенный рак, Юля. Дмитрий с Верой не выдержали и в голос рассмеялись. Катя неодобрительно хмыкнула и снова закрылась книжкой.