Спускаясь к звездам - Оксана Велит

Ное сминал траву сапогами, по привычке чеканя шаг. Ему, пехотинцу с годами военной выучки за спиной, такой поход казался легкой прогулкой – ни снарядов, свистящих над головой, ни криков командира, ни страха неизбежной встречи с врагом. Землян он не считал серьезным противником – что могли сделать эти дикари, на тысячелетия отставшие в развитии, против галактической мощи странников? Ное с улыбкой вспоминал, как в детстве вырезал из картона солдатиков, сталкивал их в бою и сжигал поверженных на заднем дворе родительского дома. Вот кто такие земляне – обычные картонные солдатики.

Зали, идущая следом за Ное, вдыхала цветочные ароматы жаркой австралийской зимы, вживаясь в этот новый мир с бегущими по небу облаками, трепещущей на ветру листвой и снующими между камней ящерицами. Всю жизнь она мечтала о доме, который могла бы назвать своим, о месте, которое хранило бы её запах. Когда Зали была маленькой, родители часто переезжали по долгу службы – и хорошо еще, если в пределах одной планеты. Потом был интернат, в котором все было общее: тарелки, чашки, постельное белье – всё это им выдавалось во временное пользование. У Зали так долго не было ничего своего, что, в конце концов, все чужое она стала считать своим. Каждое место, куда она входила с рюкзаком, становилось ее домом. На месяц, на неделю – не важно. Вот и сейчас она вбирала в себя новую жизнь и беззвучно шептала: «Ну вот я и дома».

Внезапно сзади раздался звук падения и вслед за ним – приглушенный стон. Вскинув оружие, странники обернулись, готовые в любой момент открыть огонь по противнику. Но, вместо банды вооруженных дикарей, они увидели позади Нес – она сидела на земле и, постанывая, растирала ушибленную ногу.

– Ну что там еще? – проворчал Ольт.

– Кажется, я сломала ногу, – сказала Нес.

– Только этого нам не хватало… Сау, разберись, – кивнул он одному из странников.

На корабле Сау был всего лишь помощником врача, но здесь выбирать не приходилось. Он метнулся к Нес, склонился над ней и, сняв с нее сапог, начал прощупывать ногу:

– Так болит?

– Болит, – застонала Нес.

– А тут?

– Тут тоже болит.

– Хм, – Сау почесал лоб, – Перелома вроде бы нет. Больше похоже на вывих. Потерпи, сейчас будет немного больно. И попробуй пока не двигаться.

С этими словами Сау одной рукой зафиксировал больную ногу, второй взялся за лодыжку и резко дернул. Птицы, напуганные криком Нес, вспорхнули с ветвей. Если раньше боль пульсировала только в ноге, то сейчас она обожгла все тело и разлилась в груди огненным озером, по которому то и дело проходили волны.

– Можешь встать? – участливо спросил Сау.

Нес оперлась на руки и попыталась подняться, но одно движение ногой заставило её снова бессильно рухнуть на землю:

– Нет, не могу. Больно.

– Значит, нам придется тебя понести, – констатировал Ольт. – Тай, ты будешь первым. Потом поменяемся. Пойдёмте – мы и так потеряли достаточно времени.

Тай подхватил Нес на руки и двинулся следом за странниками, неся ее перед собой и стараясь не задевать больную ногу. Сначала ноша показалась ему легкой, но уже через десять минут дыхание его начало сбиваться, и лоб покрылся испариной. Рюкзак за спиной тоже будто прибавил в весе – Тай чувствовал, что выбивается из сил. Но передать свою ношу другому он не торопился – не желая расписываться в собственной слабости, пыхтел и с упорностью танка шел вперед.

Путники сбавили темп. Вдоль тропы тянулся однообразный пейзаж лишь изредка разбавляемый особенно большим валуном или пробегающим мимо зверем, и от этого странникам казалось, будто они ходят кругами, а то и вовсе топчутся на месте. Когда Тай передал свою ношу Ное, движение немного ускорилось. Но вскоре Ное тоже устал и начал отставать, вынуждая путников идти медленнее.

Зали чувствовала, как с каждой минутой в ней нарастает раздражение. Нес своими стонами только подливала масла в огонь. Наконец, она резко остановилась и развернулась в сторону отстающих:

– Нес, держи себя в руках. Слушать противно, – Зали швырнула слова, будто горсть камней.

– Посмотрю я на тебя, когда у самой нога распухнет, как свод законов Магистрата во времена покорения новых планет.

– Уж это вряд ли. Меня-то родители учили хоть иногда посматривать под ноги, а не только задирать нос и глядеть поверх голов, пока за меня пережевывают еду и вытирают мне задницу.

– А тебе какое вообще дело?

– Да такое, что от тебя одни проблемы. Заставляешь всех вокруг тебя вертеться, а они и рады. Тошнит уже от твоего нытья.

– Зависть не украшает, – в своем стремлении ответить колкостью на колкость Нес будто забыла о боли в ноге. – Кидаться на других всегда проще, чем решать собственные проблемы. Но ты же у нас не такая – гордая, считаешь себя лучше всех. Думаешь, я не помню того инцидента на корабле, после которого тебя направили ко мне на консультацию? Могла бы сказать мне спасибо, что я не доложила командованию о твоей неявке.

– Это тебя вообще не касается, – прошипела Зали.

– Нет уж, меня это касается в первую очередь. Мне платят за то, чтобы такие, как ты, не слетали с катушек.

– Тогда считай, что на этот раз ты с работой не справилась, – Зали сделала шаг в сторону Нес, и та покрепче прижалась к Сау, все это время державшему её на руках.

Ольт, чувствуя, что перепалка вот-вот может перерасти в драку, решил переступить через принцип никогда не вмешиваться в женские скандалы:

– Так, заткнулись обе! Зали, будешь идти возле меня. Нес, тебе уже лучше?

– Кажется, да, – робко сказала Нес, напуганная направленным против нее эмоциональным напором.

– Да ей давно уже стало лучше, – Зали смерила Нес презрительным взглядом. – Просто наша девочка любит, чтобы весь мир вертелся вокруг неё.

– Я, кажется, сказал заткнуться, – процедил Ольт. – Так что, Нес, уже можешь идти?

Сау аккуратно опустил Нес на землю, и та, прихрамывая и держась рукой за плечо доктора, поплелась рядом. Каждый шаг все еще отдавался в ноге тупой болью, но теперь Нес терпела молча.

– Так что там за история приключилась на корабле? – тихо, чтобы остальные не слышали, спросил Ольт немного погодя.

– Мне бы не хотелось об этом говорить, – ответила Зали.

– Я должен знать все, от чего может зависеть благополучие команды.

– На этот счет можешь не беспокоиться. Все осталось в прошлом.

О, как же Зали хотелось, чтобы минувшие события действительно ушли в прошлое и больше не тревожили ее! Но воспоминания, лишь слегка подернутые паутиной времени, будто волны бушующего моря, подхватывали её и швыряли о скалы реальности. Стоило лишь на миг прикрыть глаза, и вот она снова крадется к каюте Лоци, сгорая от стыда из-за того, что кто-то может её заметить, и мучаясь от неуверенности – правильно ли она поступает, действительно ли хочет этого? А если ее приход вовсе не обрадует Лоци? Но ведь он так улыбался ей за обедом, бросал на нее такие взгляды… А вдруг она все себе нафантазировала?

Обшитый шестиугольными панелями коридор казался ей бесконечным, а собственные шаги – такими громкими, что их могли бы услышать даже в капитанской рубке. Слева десятки одинаковых дверей – не ошибиться бы. Зали шепотом считала «Девять, десять одиннадцать…» Если она помнила всё правильно, каюта Лоци находилась за пятнадцатой дверью. Двенадцать, тринадцать, четырнадцать… Вот и его дверь – стоит только нажать на кнопку справа, назвать код доступа, и она окажется внутри.

Зали замерла в нерешительности. Пока рука ее тянулась к желтой кнопке, внутренний голос убеждал не делать глупостей и возвращаться в свою каюту. Зали так и не успела принять решение, потому что дверь сама с шипением отворилась, и в коридор вышла женщина. Изящная, высокая – на ее фоне Зали показалась себе нескладной коротышкой.

– Хола! – поздоровалась женщина и, улыбнувшись, зашагала по коридору так легко и грациозно, будто плыла над ним.

Краем глаза Зали заметила в глубине каюты Лоци и что было духу помчалась прочь. Гулкое эхо шагов сопровождало ее всю дорогу.

Ворвавшись в каюту и захлопнув за собой дверь, Зали обессилено упала на кровать. Она лежала, уставившись в потолок и тяжело дыша. В голове было пусто, будто ветер вымел изнутри все мысли и эмоции. Немного придя в себя, она взяла зеркало и стала внимательно рассматривать отражение – обычные глаза, обычный нос и губы… Всё обычное. С чего она вообще взяла, что могла понравиться Лоци? Чувство стыда горячей волной прошло по телу и угнездилось под горлом, то затихая, то разгораясь с новой силой.

Она бросила еще один взгляд в зеркало и швырнула его в стену. Раздался звон, и Зали ощутила, словно сам разлетелась на тысячу осколков. В бессильной злобе она принялась крушить все, что попадалось под руку, бить кулаками в стены, стол, стальные крепления кровати. В коридоре послышались встревоженные голоса, но Зали не было до них дела – слепая ярость и боль сделали ее глухой ко всему, что происходило вокруг.