Недобрые сказки на ночь - Макс Неромонт

Немного помедлив, Толай все же подошел к валуну и осмотрелся. Никакой одежды не было. Видимо незнакомка пришла голой. Если она вообще пришла, а не приплыла. Это, конечно, могло быть миражем или видением, если бы не одно «но». На валуне все еще сырел хорошо видимый отпечаток женского тела, а рядом с ним лежал блестящий гребень.

Гребень был золотым. Неприятный озноб пробежал по спине. Толай вновь оглядел реку. Но в ее волнах купались только отблески вечернего солнца. Незнакомка пропала. Вместо нее в голову стали закрадываться черные мысли.

— Чего добру-то пропадать. — сам себе сказал Толай. Он поднял гребень и осмотрел. Уникальная работа. В нижней части причудливые узоры. Рыбы, медузы и другие невиданные подводные чудовища. Но самое удивительное, что гребень был холодным как лед.

— Женщина. Покажитесь. Вы гребень забыли! — раздался крик Толая на всю округу. Прошло несколько минут. Никого. Только тяжелое ощущение чужого сверлящего взгляда. Толай решил еще подождать.

Солнце наполовину скрылось за горами. Нужно было собираться. Ожидание было бесполезным. Толай оставил холодный валун и подошел к Салгыну. Конь давно уже напился и был готов продолжить путь. Закинув гребень в седельный мешок, охотник развернул коня и побрел прочь.

— Толай! — раздался ядовитый женский голос позади, как только охотник отошел от реки на пару шагов. — Толай! — раздалось вновь прямо за спиной. Стало холодно. Толай почувствовал, как немеют кончики его пальцев.

Шорцы верят, что если духи зовут тебя по имени, то ни в коем случае нельзя оборачиваться. Иначе живым не уйдешь. Охотник стоял в нерешительности. Скованный чужим взглядом.

Взволнованный конь первый пришел в себя и дёрнул за собой хозяина. Не успел Толай сделать и шага, как тут же упал. Кто-то схватил его за ногу и потащил в воду. Если бы охотник крепко не держался за поводья, то был бы уже в воде.

Испуганный конь рванулся прочь от реки. Волоча за собой по земле хозяина, Салгын вырвал его из чьих-то цепких лап.

— Стой! П-р-р-р! — Кричал Толай. Но конь остановился только когда достиг подлеска.

Толай встал с земли и посмотрел на реку. Никого не было.

Холод отступил, руки налились кровью, страх и скованность ушли. Толай отряхнулся от грязи и песка. Не каждый день он путешествует на коне таким образом. Он почувствовал, как заболела спина от ушибов. Понял, что потерял сапог и самое досадное — ружье.

Толай посмотрел на берег. Не было там ни сапога, ни ружья. Пропали. От мысли пойти поискать, он сразу же отказался. Беспокойный конь, топтался на месте порываясь побыстрее отправиться домой.

— Спасибо тебе. — сказал Толай глядя в глаза коню. — Я твой должник.

Солнце почти скрылось за горами. Нужно было спешить. С трудом забравшись на Салгына, охотник отправился в деревню.

Конь мчал во всю прыть. Словно спасался от своры волков. Самое странное было то, что Салгын шел окольными путями, не желая приближаться к воде. Даже небольшие лужи старался обходить пятой дорогой.

Домой прибыли затемно.

* * *

Тамара с удивлением смотрела на мужа. Толай стоял в дверях грязный, порванный, с ошалелым взглядом, да в придачу без одного сапога. Он буквально свалился на стул и схватил стакан.

— Налей! — сухо сказал Толай. Тамара послушно достала бутыль самогона и немного овощей. Убрав керосинку со стола, она аккуратно разложила снедь перед мужем. Толай залпом осушил стакан.

— Еще. — сказал он. Тамара, не задавая вопросов, налила снова. Толай был явно не в себе. Он немного помолчал, собираясь с мыслями, отложил стакан в сторону и посмотрел на жену.

— Ну! Что стряслось? — Тамара присела, напротив. Толай молча встал из-за стола и вышел из дома. Через пару минут он вернулся с мешком.

— Вот что случилось. — он положил мешок перед женой. — У нас никто не гостит? — шепотом спросил Толай, пытаясь нащупать в мешке гребень.

— Была Ирнана, но давно ушла. — насторожилась Тамара.

— Хорошо. — Толай заговорщически посмотрел на супругу. — Не поверишь что я нашел! — Он выложил ценную находку на стол. Золото холодно блеснуло в свете ночной лампы. Тамара с опаской посмотрела на узорчатый гребень.

— Толай! Откуда это? — женское сердце словно чувствовало что-то недоброе.

Толай подробно рассказал обо всех своих злоключениях на реке. Тамара не перебивала, а только охала и хваталась за голову.

— Вот так я остался без ружья, но с золотым гребнем. — закончил рассказ Толай. — Будет для Ольки приданное.

— Проклятия и беды ты нашел Толай. — Тамару бил озноб. — Нужно вернуть его. А если она явится к нам в дом?

— Не явится. Далеко отсюда омут. — отмахнулся Толай. — А я туда больше ни ногой.

Тамара сидела мрачнее тучи. Даже лампа, казалось, стала тусклее.

— Верни гребень. Найдет она тебя. — взмолилась она.

— Пусть попробует. Иголок с ножами понатыкаю, иконы расставлю, да Очана позову. Он мне защиту на дом поставит. — жалко было Толаю отдавать золотой гребень. И без того ружье потерял. Нужно было новое покупать. — Если не хочешь оставить его Ольке, то я продам его. Мне все равно через неделю шкуры везти в город. Найду покупателя и на такую редкость.

— Делай как хочешь. — смирилась Тамара. — Но я не думаю, что Очан тебе поможет. Он старается не злить духов.

— Очан мой должник — не откажет.

Ничего не ответила Тамара. Она молча взяла лампу и ушла в спальню. Толай остался в темноте. Ему предстояло еще раз все тщательно взвесить. Мрачные думы заняли его. Если вернет гребень — останется ни с чем. Ни золота, ни ружья. Как кормить семью, чем торговать? А старым отцовским ружьем в лося с пяти метров не попадешь.

Как только в доме все уснули, охотник тихо покинул дом. Ночь была светлая. Деревня пустынная. Почти все огни деревенских окон погасли. Толай огляделся, прислушался и убедившись, что никто его не видит, отправился к сараю. Здесь, под покровом ночи, охотник схоронил свою ценную находку. Присыпав потревоженную землю сухой травой, охотник еще раз осмотрелся. Никого. Можно было возвращаться домой.

Толай еще долго сидел, взвешивая все за и против. Но потихоньку ночь брала свое. Усталого охотника начало клонить в сон. Он оставил все думы на завтра и отправился за супругой в спальню. Удобно расположившись на лежаке, Толай уснул.

* * *

Туман спустился на реку. Ни видно ни зги. Слабый лунный свет едва пробивался сквозь белую завесу. Холодная вода качала одинокую лодку и тянула ее по течению. Было сыро и промозгло.

Толай поежился. Он пытался нащупать одеяло, но в лодке его