Железный Человек. Латная перчатка - Йон Колфер

— Это что еще такое? — наконец спросил он, указывая куда-то в сторону головы сына.

— Пап, это вообще-то моя голова, — ответил Тони. — И этот допрос явно не укладывается в отведенные мне три минуты.

— Я не про твою голову, Тони. Я про штуку, которая у тебя на голове. Ты что, стал носить парик?

— Парик?! — возмущенно переспросил юноша. — Брось, папа. Разве что немного геля для волос, но о парике и речи нет. И, между прочим, это по последней моде. Есть такая британская группа — Duran Duran, может быть, ты о них слышал?

— Нет, не слышал, — ответил Говард Старк и откинулся на спинку кожаного офисного кресла. — Современная музыка — это просто старая музыка, которую специально упростили для вашего тупого поколения. Хотя мне рассказали, что этот парень, губернатор, довольно неплохо играет на каком-то саксофоне. Попомни мои слова, когда-нибудь он станет президентом.

Когда выражения вроде «попомни мои слова» употребляют другие люди, это как ткнуть пальцем в небо — не стоит даже воспринимать подобное всерьез. Однако когда это говорит Говард Старк, это означает, что он собирается использовать все свои финансовые ресурсы и влияние, чтобы то, что он предсказывает, случилось, и вы можете ставить последний пенни на то, что он прав.

«Кажется, Мистер Арканзас даже не подозревает, что его ожидает», — подумал Тони.

Впрочем, лекция Говарда по поводу неподобающей укладки еще не была завершена.

— Я так понимаю, что эта прическа, которую тебе сделали, заняла не меньше часа, так? Значит, ты на протяжении часа, не переставая, любовался на себя в зеркало. Смотрел на внешнее, Тони. А ведь в это самое время ты мог бы смотреть на суть вещей.

— Вообще-то я именно этим и занимался, — заторопившись, ответил Тони, мечтая, чтобы лекция о стиле, наконец, закончилась, потому что отведенные ему три минуты были на исходе. — И я кое-что придумал.

Говард скрестил руки на груди и тихо фыркнул. Значение этого фырканья было понятным: «Я поверю, только когда увижу, что это».

«Ну что ж, сейчас ты все увидишь, старик, — подумал Тони. — Готовься, сейчас ты затрепещешь от восторга».

А еще он успел подумать, снимая рюкзак, что вскоре, когда он будет полноценным партнером отца, он сможет говорить такие вещи вслух.

Тони положил рюкзак на стол отца и расстегнул среднее отделение. Он аккуратно засунул руку внутрь, будто доставая новорожденного котенка, но в руках у него оказался не котенок, а небольшой самолет с носом, напоминающим картошку, и двумя парами низко посаженных крыльев с приклеенными к ним роторами.

— Я знаю, о чем ты подумал, — сказал он. — Модель аэроплана. Ничего особенного, не так ли? Но это нечто значительно большее, чем просто модель.

Тони был готов к тому, что ему не удастся впечатлить отца. Однако к чему он на тот момент не был готов — так это к тому, что его отец не будет выглядеть разочарованным. Или, что еще удивительнее — что он будет по-настоящему впечатлен.

— Подожди-ка, — произнес Говард Старк, буквально выпрыгивая из кресла. — Минутку подожди, сынок.

Говард Старк обошел стол и выхватил самолет прямо из рук Тони.

— Это же… — пробормотал он, вертя поделку в руках. — Нет, я не верю. Ты что, копался в моем секретном архиве? Тот же аккумулятор, те же отсеки…

Тони забрал миниатюрный самолет у отца.

— Да не видел я твои секретные материалы. Это я все сам сделал, папа. Стопроцентное производство Тони Старка. Я назвал этот самолет «Тангриснир», в честь одного из двух козлов, которые возили колесницу бога Тора. Не то чтобы я во всё это верю, но нужно было какое-то название, а я знаю, что тебе нравятся мифы Древней Греции.

— Это древнескандинавская мифология, — рассеянно поправил его Говард. — Тор — скандинавский бог, но сейчас это неважно. Как ты вообще всё это вместе скрепил?

На секунду нескончаемый поток сыновьей болтовни иссяк, потому что, кажется, наступил тот момент, о котором он мечтал столько лет (наконец-то он поразит папу!), и теперь Тони боялся все испортить.

«Три минуты, — сказал он сам себе. — Соберись и будь неподражаем».

— Я соединил все классические сенсоры эффективности веса — магнетометры, гироскопы, акселерометры. И запихнул их все в одну коробку.

— Понятно, — ответил Говард, аккуратно забирая из рук Тони «Тангриснир». — И ты все это смастерил дома?

— Да, у себя в комнате. — Прозвучало это не то чтобы совсем невероятно, потому что в комнате Тони Старка было больше техники, чем во многих американских вузах. — «Мозг» машины — это крошечный встроенный компьютер, которым я управляю с помощью вот этой штуки, — Тони достал из кармана серую коробку. — Это прототип геймбоя. Не совсем твоя тема, пап.

Однако Говарду удалось удивить сына.

— Да, революционный игровой гаджет, разработанный компанией Nintendo. Его собирались выпустить только через несколько лет. Как ты вообще о нем узнал?

— У меня свои источники, папа, — загадочно ответил Тони. — Я переработал программу, увеличил ее мощность и — дальше начинается самое интересное — подключил ее к коммуникационному космическому спутнику. Так что теперь ТОТ — «Тангриснир от Тони» — сможет летать чуть ли не по всему миру на одной батарейке. И все, что видит ТОТ, я тоже буду видеть на специальном изящном экранчике. Что скажешь?

Черты лица Говарда Старка сложились в какое-то странное выражение, которого Тони раньше никогда не видел.

Что это?

Что это могло бы значить?

Восхищение.

Может быть, он даже заключит сына в объятия? Впервые с тех пор, как ему исполнилось десять лет.

— Я поражен, Тони, — наконец произнес Говард. — Одним этим сочетанием сенсоров ты сэкономил мне восемнадцать месяцев работы над новым дроном. Мы с тобой все это время работали над одним и тем же проектом, и я даже не подозревал об этом! Это неэффективная трата ресурсов. Мне нужно внимательнее приглядеться к тому, над чем ты работаешь.

Конечно, услышать, что он ресурс, который растрачивается неэффективно, — это вовсе не обнимашки, на которые Тони надеялся, но это, безусловно, было гораздо лучше, чем прежнее тотальное равнодушие.

Говард Старк вынул из нагрудного кармана очки и внимательно осмотрел маленький фюзеляж.

— У меня только один вопрос.

— Конечно, папа, вперед.

— Есть небольшая проблема. Я не вижу места для боеголовки… Или ТОТ сам по себе боеголовка?

Тони нахмурился.

— Боеголовка? Нет, здесь ее нет, папа. «Тангриснир» должен будет доставлять в отдаленные районы медикаменты. Например, я могу с его помощью распылять вакцину от малярии в зонах военных конфликтов, и при этом — без каких-либо потерь. Я мог бы летать над минными