Загадки антропологии. - Андрей Низовский

Мозг австралопитека по своему объему (428–530 см куб.) не достигал и половины величины мозга современного человека (порядка 1450 см куб.), но был несколько больше мозга крупных человекообразных обезьян (около 480 см куб.). Самое же «человеческое» в австралопитеках — это их челюсти с относительно короткими резцами и клыками, которые почти не выступают над жевательной поверхностью остальных зубов. Характер зубов и суставное соединение челюстей говорят о том, что австралопитеки жевали боковыми движениями, т. е. не как человекообразные обезьяны. В целом же челюсти австралопитека были гораздо массивней, чем у человека.

Сравнение черепов австралопитека грацильного (слева) и массивного

Острейшие споры, не утихающие и по сей день, вызвал вопрос о том, на скольких конечностях — на двух или на четырех? — передвигались австралопитеки. Были ли они прямоходящими существами? Сегодня большинство ученых склоняется к тому, что австралопитеки передвигались на задних конечностях, держа тело почти в выпрямленном положении — их тело было уже приспособлено для этого (учеными найдены останки, по-видимому, прямоходящего австралопитека — так называемой «Люси»). Однако тип их хождения отличался от всех способов передвижения, известных у современных человекообразных обезьян и человека. Наряду с этим продолжают звучать голоса тех исследователей, кто указывает на некоторые особенности строения скелета австралопитека, которые, на их взгляд, не позволяют сделать вывод о прямохождении и двуногости австралопитека.

Сколько особей могла насчитывать первая на земле популяция «человекообезьян»? Этой проблеме посвятил большое исследование американский палеоантрополог А. Манн, использовавший весь костный материал, накопленный к 1973 году. Свои расчеты Манн строил исходя из того, что на сегодняшний день численность каждого из ныне живущих видов человекообразных обезьян не превышает нескольких тысяч особей. Из этой цифры, вероятно, нужно исходить и при определении численности обитавших когда-то на Земле ископаемых гоминидов.

Фрагментарные скелеты австралопитеков найдены преимущественно в сцементированных отложениях пещер. Состояние костей заставило ряд исследователей предполагать искусственное происхождение этих скоплений: скорее всего, они представляют собой остатки особей, убитых леопардами и принесённых ими в пещеры. Примерное число индивидуумов, происходящих из пяти основных местонахождений останков австралопитеков в Южной Африке, колеблется от 121 до 157 (в зависимости от критерия подсчета). Если учесть, что нам известно до сих пор лишь ничтожное число местонахождений, то можно предполагать, что порядок этих цифр более или менее соответствует численности современных человекообразных обезьян. Таким образом, численность поголовья австралопитеков составляла 10–20 тыс. особей.

Африканские австралопитеки жили в степях и лесостепях, кормясь собирательством и охотой. Не отваживаясь охотиться на крупного зверя, австралопитеки, подобно гиенам и шакалам, частенько «подкармливались» возле львов, леопардов и других хищников. Дождавшись, когда зверь насытится и потеряет интерес к своей жертве, австралопитеки набрасывались на остатки его трапезы. На одной из стоянок археологи обнаружили множество разбитых костей животных — очевидно, что австралопитеки при охоте уже пользовались камнями или, по крайней мере, дробили ими кости, чтобы добраться до мозга.

Оружием для этих ископаемых охотников могли служить и палки, длинные кости, а также челюсти животных, усаженные острыми зубами. Однако австралопитек не мог вырабатывать, как говорят специалисты, «орудия повторяющихся форм». Попросту говоря, он пользовался тем, что подвертывалось под руку. Он сознательно применял эти орудия, но так и не дошел до их обработки. Использование орудий, пусть даже и случайных, более сложный способ добывания пищи, каким является охота и собирательство, форма и размеры мозга австралопитеков — все говорит об усложнении умственной деятельности. Поэтому сегодня сторонники теории эволюции по Дарвину называют австралопитека первым существом, перешагнувшим границы звериного интеллекта, а за начальную точку отсчета истории человеческого рода условно принимается время появления первых австралопитеков — то есть приблизительно 3 млн. лет тому назад. Однако утверждать, что эти «человекообезьяны» каким-то образом напрямую причастны к появлению современного человека сегодня, пожалуй, не возьмётся никто.

Самые значительные открытия в области палеоантропологии связаны с именем известного археолога и антрополога Луиса Лики (1903–1972) и его, без всякого преувеличения, историческими находками в Оддувайском ущелье (Танзания).

Олдувайское ущелье — одно из интереснейших мест на Земле. Оно представляет собой огромный каньон, глубоко — до 90 метров — врезавшийся в ложе древней долины, за многие тысячелетия заполнившейся речными наносами, вулканическим пеплом и другими отложениями. В стенах этого ущелья исследователи выявили пять слоев, относящихся к различным геологическим эпохам, благодаря чему можно было достаточно надежно датировать находки, залегавшие в этих слоях.

Луис Лики копал здесь более 40 лет, вплоть до самой смерти. В 1959 году он обнаружил в Олдувайском ущелье 400 фрагментов черепа еще одного претендента на звание предшественника современного человека, который первоначально получил название зинджантропа бойсовского (Zinjanthropus Boise). Изучая его останки, Лики заключил, что они определенно принадлежат человеку, а не обезьяне. Калий-аргоновый метод позволил определить возраст окаменелостей — 1,8–1,6 млн. лет. В один миг возраст самых древних найденных человеческих останков был почти удвоен!

Нет нужды говорить, что мировая пресса шумно обсуждала эту сенсацию, а сам «виновник торжества» был с почетом водворен на страницы школьных учебников. Однако спустя пять лет учебники пришлось снова переписывать: Луис Лики… отказался от своих первоначальных выводов! В мае 1964 года в журнале «Scientific America» появилось следующее сообщение:

«Л.Б. Лики, британский палеонтолог, заявил, что отказывается от своего ранее высказанного мнения, что зинджантроп, кости которого он нашел в Африке, имеет отношение к эволюционной линии развития человека. Новые находки останков экземпляра этого вида, приблизительно на 200 000 лет моложе предыдущего, указывают, что зинджантроп не имеет отношения к человеку». Бедняга «зинджи» оказался всего-навсего ещё одной ветвью рода австралопитековых и был «разжалован» в австралопитека бойсовского…

Ещё до обнаружения останков «зинджи» Лики нашел в олдувайских слоях примитивные каменные орудия — ровесников зинджантропа. Это были простейшие отщепы со следами ретуши. Но открытие это стало поистине сенсационным: судя по повторяемости типов, это были первые сознательно изготовленные человеческим существом орудия!

Сначала, естественно, авторство этих первых в мире инструментов ученые приписали зинджантропу. Но вскоре это предположение пришлось отбросить — орудия подобного типа стали извлекать и из гораздо более ранних слоев. А между тем в них не было никаких останков гоминидов!

Разгадку этой тайны принесло новое открытие, сделанное 2 ноября 1960 года. На уровне, лежащем примерно на 50 см ниже уровня залегания останков зинджантропа (что соответствует возрасту приблизительно 2,1–1,5 млн. лет), были обнаружены нижняя челюсть с зубами, один коренной зуб, две довольно хорошо сохранившиеся теменные кости и кости руки гоминида, даже на первый взгляд значительно отличавшегося от зинджантропа. Позже были извлечены большая часть скелета ноги и ключицы. Уже предварительное изучение этих останков показало, что новая находка, несмотря на свою большую древность, стоит на лестнице эволюции выше зинджантропа. Зинджантроп — это всего лишь усовершенствованный вариант австралопитека массивного. Новая же олдувайская находка получила название Homo habilis — «человек умелый».

Подобно австралопитеку африканскому, «человек умелый» имел рост до 120 см и средний вес 40–50 кг. Судя по челюсти, он был всеяден, как и его австралопитековый родственник. Однако «человек умелый» имел значительно больший объем мозга (около 650 см куб.), но самое главное — он обладал двумя признаками, типичными только для человека.

Стопа «человека умелого» имела продольную и поперечную сводчатость. Этот признак свидетельствует о передвижении исключительно на двух ногах, и он начисто отсутствует у человекообразных обезьян. При ходьбе человек ступает на всю стопу, и упругий двойной свод «гасит» возникающие при этом сотрясения. Антропоиды же при ходьбе ступают только на внешний край стопы.