Загадки антропологии. - Андрей Низовский

Эти отличия распространяются на только на физический, но и на культурный тип. Так, набор каменных орудий, которыми пользовался «человек из Комб-Капелль», фактически является развитием орудий более раннего мустьерского типа, которыми пользовались неандертальцы. Кроме того, «человек из Комб-Капелль» был явно склонен к кочевой жизни — его стоянки имеют малую насыщенность культурного слоя и более или менее равномерно рассеяны почти по всей Европе и Ближнему Востоку. В противоположность этому кроманьонские стоянки характеризуются высокой насыщенностью культурного слоя (что указывает на длительное проживание в одном месте) и четко сгруппированы на западе Европы и Северной Африки. Далее к востоку их число резко уменьшается. Й. Л. Майерс даже называет кроманьонскую культуру «региональной культурой Атлантического побережья».

Другая человеческая популяция той поры, «люди из Брно-Пржедмостья», занимала территорию Центральной Европы и дунайские равнины, спускаясь к югу. Исследователи видят в этих людях ряд неандерталоидных признаков. Вероятно, это была первая волна более примитивных, чем кроманьонцы, людей современного типа, пришедшая в Европу, скорее всего с Ближнего Востока.

Кроманьонцы известны как непревзойденные мастера наскальной живописи. Оставленные ими памятники до сих пор поражают воображение. В то же время единственная форма искусства, известная восточным типам верхнепалеолитических людей — это маленькие глиняные или костяные фигурки так называемых палеолитических Венер, изображающих женщин с подчеркнутыми символами плодородия (большая грудь, очень широкие бедра). «Люди из Брно-Пржедмостья», кажется, вообще не отличались склонностью к искусству, зато имели большой навык в изготовлении оружия.

Венера Виллендорфская. Виллендорф, Нижняя Австрия

Наскальное искусство кроманьонцев оставило нам множество свидетельств повседневной жизни этих людей. Вопреки мнению о том, что первобытный человек был голый и косматый (а как еще может выглядеть близкий потомок обезьяны?), на наскальных рисунках изображены чисто выбритые люди, облаченные в рубашки, штаны, куртки (нередко с воротниками и рукавами) и головные уборы, на ногах — обувь, в качестве украшений используются браслеты и ожерелья. О том, что кроманьонцы умели изготавливать одежду (по всей видимости, из кожи и растительных волокон), свидетельствуют многочисленные находки костяных игл, а в пользу того, что они следили за своей внешностью, говорят найденные археологами обсидиановые «бритвы». Кроманьонские деревни состояли из наземных построек (мы не знаем, как они выглядели, и то, из чего они были сделаны: все, что от них осталось, — это ямы от вкопанных в землю столбов).

Венера из Лоссель. Франция

Охота была главным занятием кроманьонцев. Их жизнь подчинялась годовым циклам миграции стад крупных копытных, являвшихся основным объектом охоты. Долгую холодную зиму ледникового периода эти люди проводили в постоянных становищах. Летом племя кочевало вслед за стадами животных, делая короткие стоянки и живя в легких палатках из жердей и шкур.

Основным отличием кроманьонца от всех предшествовавших ему человекообразных существ является неизмеримо более совершенный и разнообразный инвентарь. Главным оружием человека каменного века было копье с каменным или костяным наконечником. В искусстве изготовления этих орудий кроманьонцы достигли настоящей виртуозности. Нередко можно встретить костяные наконечники с желобком для оттока крови, гарпуны с направленными назад шипами («елочкой»). Кроманьонские охотники знали уже разнообразные системы западней и силков. В прибрежных поселениях кроманьонцев обнаружены сети и сачки, сплетенные из лозы и служившие для рыбной ловли, а также различные типы удочек. К тому же периоду относятся каменные наконечники стрел и луки, тяжелые костяные дубинки, костяные ножи, часто украшенные орнаментальной резьбой. Высокой степени совершенства достигла и выделка кожи. Даже некоторые этнографические группы современных людей, например эскимосы или некоторые народы Сибири, признанные мастера обработки кож, располагают менее богатым набором орудий, чем кроманьонские охотники.

Набор костяных игл мадленского периода

Характерно, что неандертальцы, населявшие Европу на протяжении десятков тысяч лет, никогда не произвели ничего, что хотя бы отдаленно напоминало орудия кроманьонцев. Из этого вовсе не вытекает, что неандертальцы были генетически или морфологически не способны к этому. Тот факт, что индейцы, живущие в наши дни в Амазонии, не делают компьютеры, не означает их неспособность к созданию компьютеров — они им просто не нужны, у них другой образ жизни и другая культура. Такая же культурная пропасть разделяла неандертальцев и кроманьонцев.

Кроманьонцы делали музыкальные инструменты, костяные календари (на некоторых из них встречаются знаки, похожие на пиктограммы), возможно, им даже удалось одомашнить лошадь. Обнаруженные археологами захоронения кроманьонцев доказывают наличие у них развитой системы культово-религиозных представлений. Из отложений позднего палеолита известны погребения с чертами сложного погребального ритуала. В большинстве захоронений могилы прикрыты лопатками, челюстями и другими крупными костями мамонтов. Обеспечение умерших «последним приютом» характерно не только для первобытных людей, но и для исторического времени (римские саркофаги и т. д.), и даже для наших дней. О существовании у кроманьонцев каких-то сложных ритуалов свидетельствуют и находки чаш, сделанных из человеческих черепов.

Верхнепалеолитические костяные орудия, украшенные спиральным орнаментом

На множестве стоянок кроманьонцев, имеющих возраст 17 тысяч лет и моложе, встречаются свидетельства сельскохозяйственной деятельности. Археологи, не зная, как объяснить это обстоятельство, называют эти очаги раннего земледелия «ложной зарей» («false dawns»). В 15 000 — 10 000 годах до н. э. (мадленский период) культурный прогресс развивался настолько быстро, что археологи даже вынуждены были подразделить этот период на шесть подпериодов (мадлен I–VI), каждый из которых имеет собственные характеристики. Заключительная фаза кроманьонской культуры характеризуется появлением маленьких кремневых лезвий — так называемых микролитов. Небольшие углубления, встречающиеся на некоторых микролитах, заставили учёных предположить, что это наконечники отравленных стрел — подобных тем, что и в наши дни еще используются некоторыми примитивными племенами.

В самом конце ледникового периода кроманьонцы бесследно исчезают. Некоторые исследователи предполагают, что эти люди, прекрасно адаптированные к холоду, с потеплением климата двинулись на север вслед за отступавшим ледником и через покрытую льдом Северную Атлантику переселились в Северную Америку и Гренландию, став предками современных эскимосов. Какая-то часть кроманьонцев осталась в Европе и смешалась с другими человеческими группами.

Если с судьбой кроманьонцев, несмотря на некоторые «белые пятна», все более-менее ясно, то вопрос их происхождения остается тайной за семью печатями. Ведь это были не человекообезьяны, подобные всевозможным «умелым людям» из Олдовайского ущелья. Это были не просто люди иного, чем неандертальцы, антропологического типа. Это были прежде всего люди иной культуры. Откуда и под воздействием каких факторов они пришли на запад Европы? Где следы их предшественников? Откуда берут начала истоки их культуры? В каких отношениях эти люди современного нам типа находятся с другими группами людей современного типа, населявшими параллельно с ними не только другие регионы Европы, но и другие регионы Земли? Наконец, откуда вообще на Земле появились первые современные люди — Homo sapiens sapiens, включая кроманьонцев, и в чем причина разнообразия их физических типов?

Сегодня никто не в состоянии ответить на эти вопросы.

Глава 2. Генезис

Кто же остался на ступенях эволюционной лестницы, ведущей к человеку, после всех этих открытий и «закрытий», шумных сенсаций и мистификаций, о которых говорилось выше? Никого. Лестница опустела, лишь на ее вершине одиноко маячит Homo sapiens sapiens, лишившийся всех своих «предшественников». Чтобы это утверждение не выглядело голословным, приведем сводную таблицу всех находок ископаемых антропоидов, в разные времена претендовавших на роль «предка» современного человека, заимствованную из книги Уильяма Фикса «Торговцы костями»[2] и уточненную с использованием других данных (см. с. 51–52.).