Герман Геринг - Е. Готтендорф

Родив в Лондоне сына Карла, Франциска приехала вместе с ним к мужу в Виндхук, в Намибию, куда он прибыл еще раньше.

Доктор Геринг показал себя на посту губернатора колонии как умный и дальновидный правитель. Он примирил между собой враждующие племена гереро, дамара и намагуа и подружился с их вождями, наладив также мирные отношения между аборигенами и белыми поселенцами; его методы правления отличались гуманностью и тактом, и все годы его пребывания в Намибии прошли в обстановке мира и всеобщего уважения к губернатору. После его отъезда на родину одна из улиц столицы страны, города Виндхук, была названа его именем.

Отправляя Геринга в колонию, канцлер Бисмарк подарил ему свой личный экипаж — прекрасную прочную карету, в которой он объезжал фронт во время франко-прусской войны 1870—71 гг. Доктор Геринг проехал в этой карете по всей вверенной ему колонии, побывав во многих глухих ее уголках, и Франциска неизменно сопровождала мужа, даже в самых дальних и опасных путешествиях. Поездки по стране приносили много впечатлений и сами выглядели живописно: внушительный экипаж губернатора, украшенный имперским гербом, сопровождал эскорт из семи немецких кавалеристов и сотни вооруженных воинов племени аскари в ярких местных нарядах. Воинственные кочевые охотники, с вожделением наблюдавшие за диковинной повозкой из-за холмов и кустов, иногда не выдерживали соблазна и нападали на отряд, но дело обходилось обычно без серьезного кровопролития: несколько винтовочных залпов рассеивали нападавших и обращали их в бегство.

Будучи в Африке, доктор Геринг встречался и подружился со знаменитым англичанином Сесилем Родсом, осуществлявшим там гигантский проект: он создавал сплошной пояс британских колоний, протянувшихся через весь континент, от Кейптауна до Каира, и объединенных железной дорогой, постройка которой была уже начата. По сравнению с этими чрезвычайно богатыми землями германская Юго-Западная Африка, занятая пустынями Намиб и Калахари, выглядела жалкой Золушкой, на которую англичане не позарились, уступив ее немцам; немцы, понятное дело, завидовали англичанам, но те относились к ним достаточно дружески и снисходительно.

Там же, в Африке, семья Геринг обзавелась еще одним знакомым, сыгравшим в судьбе супругов выдающуюся и роковую роль. Это был доктор Эпенштейн, еврей из Германии, проживший в Африке много лет и разбогатевший на торговле с туземцами. Эпенштейн, врач по профессии, принимал у Франциски роды ее второго ребенка. В тот раз фрау Геринг родила дочь, Ольгу, в которой молодой врач из Берлина принял самое горячее участие. Он стал другом супругов Геринг; с доктором Генрихом он вел беседы о политике и делах колонии, а с Франциской — о детях, о родине и, наверное, о любви, потому что довольно скоро они стали самыми пылкими любовниками. Франциска была женщиной смелой, жизнерадостной и привлекательной; она нравилась мужчинам и знала, как с ними обращаться (в молодости она работала одно время официанткой в одной из мюнхенских пивных, пользовавшейся не слишком высокой репутацией), а жизнь в африканском захолустье, в тесном кругу местных белых, была такой скучной и однообразной… Герман Эпенштейн превратился для семьи Геринг в совершенно необходимого человека; но довольно скоро, обзаведясь достаточным состоянием, он уехал в Европу.

Вслед за ним стали собираться на родину и супруги Геринг. Генрих Геринг прослужил в Африке шесть лет и почувствовал, что его здоровье заметно ухудшилось. Вскоре прибыл его преемник, получивший от Геринга обширную и законопослушную колонию, протянувшуюся от мыса Фриа на севере до реки Оранжевой на юге. Новый губернатор изменил методы управления: он решил править «железной рукой», что привело к смуте и беспорядкам; но это было уже после отъезда семьи Геринг на родину.

Подлечившись в Германии, Генрих Геринг получил новое назначение — на пост германского консула на Гаити. Его жена последовала за ним вместе с тремя детьми, младшей из которых, Пауле, было всего шесть месяцев.

Жизнь на Гаити оказалась нелегкой и беспокойной: однажды дом семьи Геринг подвергся нападению грабителей, от которых пришлось отбиваться и спасаться бегством на лошадях; Франциска проявила настоящую отвагу, защищая себя и своих детей.

Когда пришла пора рожать четвертого ребенка, Франциска поехала в Германию. Там она снова встретилась с Эпенштейном, который снял для нее квартиру на курорте Мариенбад, в пригороде Розенгейма. Здесь, 12 января 1893 г., у нее и родился сын Герман. Герман Эпенштейн стал его крестным отцом.

После родов фрау Геринг собралась снова ехать на Гаити, но не рискнула подвергать новорожденного сына опасностям путешествия и решила оставить его на попечении фрау Граф, близкой подруги своей матери, жившей в городе Фюрт, во Франконии (область в Баварии). Так маленький Герман, потомок прусского дворянского рода, оказался подданным Баварского королевства. Заботами фрау Граф он был крещен в протестантскую веру и приобрел благодаря ей мелодичное франконское произношение, которое так резко контрастировало впоследствии с сухой и отрывистой речью Гитлера, характерной для жителей Верхней Австрии.

Супруги Геринг покинули Гаити в 1896 г. и возвратились в Германию. Сначала они поселились в Берлине, в богатом буржуазном районе Фриденау, в доме на Фреденштрассе, принадлежавшем не кому иному, как их старому знакомому Герману Эпенштейну, сделавшемуся теперь крупным богачом и весьма известным человеком.

Доктор Геринг, поистративший здоровье на государственной службе, не сумел сколотить приличного состояния и должен был содержать семью на пенсию, получаемую от государства. Он плохо выглядел и часто болел.

Доктор Эпенштейн, здоровый и крепкий мужчина (правда, невысокий и излишне полный), мог, напротив, позволить себе все, чего желал. В то время он пожелал Франциску, и они снова зажили любовниками, не таясь от мужа. Франциска, выросшая в простой крестьянской семье, теперь почувствовала себя знатной дамой и полюбила роскошь. Эпенштейн не жалел для нее денег и взял на себя все ее расходы, в том числе и содержание всей ее семьи; он покупал ей наряды и не брал денег за квартиру.

Так они стали жить. Франциска и Эпенштейн были довольны друг другом, муж не протестовал, махнув на все рукой (перестав ходить на службу, он заскучал и пристрастился к бутылке), а дети — ну а что дети? О них принято думать, что они ничего не понимают.

Помимо дома в Берлине, Эпенштейн владел также замком Маутерндорф в Австрии, который он купил обветшавшим и восстановил во всем первозданном средневековом великолепии, как того требовала мода нового времени. После этого ему захотелось иметь еще и приличное загородное поместье в Германии, и он приобрел замок Фельденштайн близ Нюрнберга. Это тоже была старинная постройка, стоявшая на фундаменте разрушенной франконской крепости XI века, на высоком берегу реки Пегниц. Из замка открывался прекрасный вид на реку, на обширный лес, протянувшийся за ней, и на синевшую за лесом горную гряду Франконская Юра. В это романтическое место Герман Эпенштейн перевез семью Геринг в 1897 г. и здесь же стал жить сам. Во дворе замка стоял красивый как игрушка дом в стиле «бидермейер», в котором доктору Генриху отвели комнатку на первом этаже, а Эпенштейн и Франциска поселились в просторных апартаментах наверху. «Друг семьи» опять все устроил наилучшим образом: любимая женщина жила рядом, ее супруг сидел в своей комнатке, никого не беспокоя, а детишки резвились в саду и на реке.