Китайцы. Особенности национальной психологии - Николай Спешнев

Г. Гегель в «Философии духа» рассматривает проблемы характера наций и рас. Им решены некоторые методологические вопросы. Так, он выступал против отождествления характера и темперамента, утверждая, что они различны по содержанию. Если национальный характер — черта национальной общности, то темперамент — черта индивидуума. Гегель считал, что далеко не все народы могут быть носителями духа, т. е. играть всемирно-историческую роль.

Такая идеалистическая интерпретация национального характера и учение о народном духе оказали большое влияние на более поздние этнопсихологические концепции.

В 1859 г. Х. Штейнталь и М. Лацарус издают книгу «Мысли о народной психологии». Народный дух, по их мнению, носит полумистический характер. Авторы не могут определить соотношение динамического и статического компонентов в народной психологии. Тем не менее в их взглядах много позитивного, особенно в постановке и решении методологических проблем создаваемой ими науки. Это, в частности: а) познание психологической сущности народного духа и его деятельности; б) открытие законов, по которым совершается внутренняя духовная деятельность человека; в) определение условий возникновения, развития и исчезновения представителей того или иного народа. Основными источниками познания, по мнению авторов, являются продукты народного духа: язык, мифы, религия, искусство, нравы, обычаи и в целом история народа.

Наиболее разработанной является этнопсихологическая концепция В. Вундта. Теория психологии народов возникла из его идеи о несводимости общепсихологических процессов к индивидуальной психологии и необходимости изучения социально-психологических закономерностей функционирования социальных общностей и всего общества. Душа народа не простая сумма индивидов, а их связь и взаимодействие, что определяет новые, специфические явления и своеобразные законы. Народная душа есть связь психологических явлений, совокупное содержание душевных переживаний, общие представления, чувствования и стремления. Ее следует изучать методом анализа конкретно-исторических продуктов народов: языка, мифов, обычаев, составляющих основные области народной психологии. По мнению Вундта, язык идентичен уму (представлениям), мифы — чувствам, обычаи — воле в индивидуальной психологии. Он провел четкую грань между психологией народной (социальной) и индивидуальной. Вундт определил исторический характер коллективного сознания, ввел в его изучение исторический метод.

Современное положение западной этнопсихологии, по сути субдисциплины культурной антропологии, характеризуется рядом особенностей. Выступая в качестве междисциплинарной области знаний, этнопсихология включает в себя элементы таких наук, как этнография, антропология, психология, биология, психиатрия, социология, что накладывает отпечаток на способы анализа и интерпретацию эмпирических данных. Развитие западной этнической психологии в ХХ в. обусловили два важнейших фактора: стремление свести все проблемы к индивидуально-личностному аспекту и учет при этом философско-методологических пристрастий того или иного исследователя. Основной тенденцией стало совмещение психологии, ориентированной на «микропроблемы», т. е. ограниченные во времени и пространстве и связанные с неисторичными и внекультурными явлениями, и антропологии с ее «макропроблемами» исторического и эволюционного характера. К числу общих проблем относятся: особенности формирования национального характера, соотношение нормы и патологии в различных культурах, значение ранних опытов детства для формирования человеческой личности.

Американские этнологи Р. Бенедикт и М. Мид рассматривают аспекты этнического со значительным уклоном в психоанализ и экспериментальную психологию. Этнопсихологи стали использовать положение З. Фрейда о том, что взаимосвязь культуры и личности можно вывести из невротических состояний субъекта. Возникло понятие «основной личности», характеризующее существенные черты индивидов различных этнических групп. К параметрам «основной личности» были отнесены: техника мышления, чувства, своего рода усредненный характер отдельной культуры, рассматриваемые как существенные признаки исследуемого народа. Р. Бенедикт сделал вывод о существовании различных стандартов «нормальности» в этнокультурах.

Американский исследователь Г. Деверо в книге «Этнопсихоанализ» утверждает, что этнопсихоаналитический подход связан с изучением генезиса и значения агрессивности и других психологических состояний (тревога, страх, привязанность, одиночество) в различных этнических общностях, невербальных коммуникаций, эмоциональной сферы этнофора, специфики и функций ритуала как особого типа этнического взаимодействия. По мнению американского этнопсихолога А. Бандуры, агрессивное эмоциональное состояние — это явление, имеющее этносоциальное происхождение.

Другое направление западной этнопсихологии связано с изучением личности в различных культурах. Так, сравнительное исследование этнических групп (Г. Роршах, Э. Блеки) позволило сделать вывод о существовании «модальной личности» — личностного типа, к которому относится наибольшее число взрослых членов данного общества. Это не конкретный, а некоторый «средний», обобщенный этнофор. Распространение получила концепция мультимодальной нации: каждая нация представлена не одной модальной личностью, а несколькими, что позволяет выделять «характеристики нации» как коллектива.

Дж. Хониман (США) считает, что главной задачей этнопсихологии является исследования того, как индивид действует, мыслит, чувствует в условиях конкретного социального окружения. Дж. Хониман вводит понятие «модель поведения», которое определяет как закрепленный индивидом способ активного мышления или чувствования (восприятия).

Наибольшее число исследований было проведено представителями социально-психологического направления. В современной западной этнопсихологии изучение проблем взаимодействия этнофоров из разных этнических групп чрезвычайно актуально. Особый акцент делается на изучении этноцентризма, расизма и национализма. Важнейшими в этом направлении являются проблемы смены этнического самосознания и этнической принадлежности, прекращения существования этноса, растворения одной этнической общности в другой. Американские ученые подходят к этой проблеме с точки зрения так называемой «теории факторов», в которой этническое сознание рассматривается как набор компонентов, или взаимосоотносящихся переменных. Например, отношение того или иного этнофора к другим этносам и даже к своему этносу объясняется посредством таких факторов, как страх, неудачи, ригидность, авторитаризм, отчуждение, борьба за статус, консерватизм, конвенционализм и т. п. При этом делается ссылка на такие «фоновые» факторы, как образование, род занятий, религия, социальная мобильность, местожительство.

У. Самнер (США) указывает на одну из проблем этнической идентификации — этноцентризм. Этноцентризм — это взгляд, согласно которому собственная группа является центром всего, а все остальные шкалируются и оцениваются в сопоставлении с ней, причем нередко обычаи чужой группы вызывают презрение.

Большинство концепций межэтнического взаимодействия можно классифицировать в зависимости от того, какие аспекты этнической идентификации берутся за основу теоретической модели: целевые, адаптационные, интеграционные или латентные. «Целевая модель» предполагает наличие у индивида набора установок на то, каким он должен быть. «Адаптационная (социальная) модель» соответствует тому, как личность идентифицирует себя через отношения с другими. «Интеграционная (персональная) модель» соответствует тому, как личность идентифицирует себя посредством уникальности только ей свойственных признаков. «Латентная модель» учитывает то, что личность означает для себя.

В России этнопсихологические исследования первоначально были делом литераторов, этнографов и языковедов. Стремление к формированию общественного мнения, к воспитанию национального достоинства, к противодействию «офранцузиванию» русской знати можно увидеть в публикациях Н. И. Новикова, Д. И. Фонвизина, Н. М. Карамзина, А. Н. Радищева.

Преемниками идей просветительства в первой четверти ХIХ в. стали декабристы. Вслед за Радищевым декабристы считали, что крепостное право есть унижение национального достоинства всякого русского. Во взглядах П. Я. Чаадаева скептицизм и неприятие исторического прошлого русского народа сочеталось с верой в его особое предначертание, мессианскую роль России в будущем Европы.

К. М. Бэр, возглавлявший этнографическое отделение Русского географического общества, считал, что главной задачей является изучение умственных способностей народа. По его мнению, необходимо исследовать способ жизни народа, его нравы и предрассудки, религию, язык, сказки, песни, музыку. В рамках Географического общества в конце 1840-х гг. было положено начало новой отрасли психологии — народной психологии. Спустя десятилетие в Германии под редакцией Лацаруса и Штейнталя стал выходить «Журнал народной психологии и языкознания», публикации которого считаются краеугольным камнем этнической психологии в Западной Европе. Работы Русского географического общества в области «психологической этнографии» привели к обоснованию объективного, «положительного» метода в психологии, который заключался в изучении продуктов духовной деятельности людей — памятников культуры, фольклора, верований.