Эрик, сын крысы. Удивительные истории - Елена Катрич

– Что здесь происходит?

В ответ на это Шуха визгливо кричит:

– Что происходит?! Это ты у своих бездельников спроси! Только и делаешь, что спишь, а оболтусы твои честным гражданам проходу не дают!

– Ох, тётушка Шуха, ну что ты всё ворчишь? Подумаешь, детишки резвятся!

– Резвятся?! Нахалами растут! Хоть бы научила их чему-то полезному!

– Ой, тётушка, детство такое короткое!

Да и не всем грамотеями быть… – благодушно отвечает Шонья и снова зевает, похлопывая себя по открытому рту, а потом сладко потягивается.

Шуха, уходя, ворчит:

– Грамотеями! Говорить-то правильно не научились, а туда же – стихи сочинять! «Ухи»! Попадётесь вы мне в тёмном углу!.. Стихоплёты!

Замухрышка, с трудом успокоившись после визита Шухи, не сразу и заметил, что от Шебаршаны пахло чем-то вкусным. А Шебаршана, ещё немного поворчав вслед непрошеной гостье, сказала:

– Вот, принесла тебе еды. Сегодня мне опять удалось пробраться в чулан с хозяйской провизией. Смотри, какой вкусный хлеб, совсем свежий!

Но Замухрышка с удовольствием съел только кусочек сыра, а восторгов Шебаршаны по поводу хлеба не разделил. Хлеб казался чем-то не очень съедобным.

– Ах, ну да, такие, как ты, не любят хлеб… – пробормотала Шебаршана с набитым ртом.

Замухрышка решил не выяснять, кто это такие и почему они не любят хлеб, потому что очень уж не хотелось услышать, что добрая крыса считает его неблагодарным привередой. После того как он согрелся и перекусил, глаза его начали слипаться, и вскоре маленький сирота крепко уснул под боком у крысы. Так прошло несколько дней. Между тем по подвалу поползли тревожные слухи. Крысы рассказывали друг другу совершенно невероятные вещи. Будто Шебаршана притащила к себе в жилище кого-то такого, которому никак не место среди крысиного племени. Но вместо того, чтобы расправиться с этим чужаком как полагается, Шебаршана спит с ним бок о бок, приносит ему еду, а недавно даже выводила его из подвала на ночную прогулку! Эта Шебаршана и всегда-то была странной крысой, но то, что происходит сейчас, выходит из всяких правил крысиного сообщества. Однако, несмотря на многие странности, Шебаршана всё-таки пользовалась уважением. Это была бесстрашная и трудолюбивая крыса. Она никогда не пыталась поживиться за счёт соседей, предпочитая вместо этого почаще совершать набеги на хозяйский чулан и исследовать окрестности в поисках пропитания. Вдобавок она всегда честно пыталась найти наиболее мудрое решение в крысиных спорах. Обычно Шебаршана одна из первых узнавала о надвигавшейся опасности и знала как её избежать. К ней часто обращались за советом, и она, благодаря какому-то особому чутью, умела подсказать лучший выход из любого тупика.

– Неразрешимых проблем не существует, – любила повторять Шебаршана. – Если только постараться и как следует пошевелить мозгами, то обязательно найдётся выход, а иногда и целых два. Часто бывает, что какой-нибудь ленивец и сам прекрасно видит выход, но его просто пугают трудности, которые прежде необходимо преодолеть!

И всё-таки на этот раз обитатели подвала были очень уж взбудоражены.

– Представляешь, выставила меня вон! – жаловалась Шуха соседке. – А сама-то, сама-то!..

Шуха не находила слов для возмущения, хотя и не могла толком объяснить, что её так возмутило: то, что её выставили, или то, что Шебаршана водится незнамо с кем.

– Он явно не из нашего племени, а она возится с ним!

– Ну, то, что возится, это можно понять. Ты же знаешь, что её последние крысята куда-то исчезли. Надо же ей с кем-то возиться! – возразила Хишила, которая всегда здраво мыслила.

– Но ведь не с кем же попало!

– Знаешь, иногда выбирать не приходится, – дипломатично ответила Хишила.

Но Шуха шмыгала по соседям, возмущалась и донимала всех вопросами.

– Нет, ну вот, как ты думаешь, почему Шебаршана так себя ведёт?

– Не знаю… Может быть, рехнулась, – прозвучал глубокомысленный ответ, после которого ленивица Шонья сладко зевнула и свернулась, чтобы продолжить сон.

Тем временем выпал первый снег. Шебаршана нашла своего питомца поздней осенью, когда дождь шёл едва ли не в последний раз перед своим превращением в снег. В доме уже давно топили печь, и по утрам над крышами во всем посёлке курились дымки.

– Теперь нельзя просто так выйти во двор, чтобы не оставить следов, – сообщила Шебаршана Замухрышке. – Впрочем, выходить на улицу совсем не обязательно, ведь в кладовой полно запасов. К тому же иногда можно поживиться и тем, что хозяева просто забыли на кухне спрятать как следует.

– А что такое снег?

– Скоро мы опять выйдем наружу, и ты увидишь его. Это такой мягкий и холодный ковёр, который укрывает землю, как только с неба начинают падать белые хлопья. Зимой это случается часто.

– Но как же мы выйдем, если нельзя оставлять следы? – удивился Замухрышка.

– Следы бывают заметными только когда выпадает свежий снег, и во дворе ещё не натоптали. Поэтому мы выйдем из дома, когда снег пролежит уже несколько дней и покроется плотной коркой, а на ней следы не так заметны.

Теперь Замухрышка с нетерпением ждал очередной прогулки. В прошлый раз Шебаршана вывела его, когда следы последнего дождя прихватило первыми заморозками. Замухрышка не забыл, как в ту ночь вся поверхность земли состояла из твердых, заледенелых комьев, по которым скользко передвигаться. Во дворе было темно и ветрено, а в небе красовалась огромная миска с чем-то блестящим и жёлтым.

– Смотри под ноги, а то куда-нибудь угодишь! – приказала Шебаршана, и Замухрышка перестал смотреть в небо и размышлять о том, чем наполнена странная миска. Но откуда он знает про миску? Похоже, он в жизни не видел ни одной, тем более чем-то наполненной. Правда, под крыльцом валялась какая-то старая миска, но в ней не оказалось ничего, кроме налипшей грязи. Сердце Замухрышки как-то странно сжалось от смутного воспоминания о чём-то сытном и тёплом, но он так и не вспомнил, что же это такое.

Дом был тёмным и тихим. Да и во всей деревне стояла предзимняя тишина, без шелеста листьев и пения ночных птиц. Только откуда-то издали иногда доносился собачий лай, но как-то само собой разумелось, что к ним с Шебаршаной он не имеет никакого отношения. За короткую Замухрышкину жизнь Шебаршана успела ему о многом рассказать. И о том, что такое собака. Во дворе стояла заброшенная собачья будка, в которой никто не жил, но вся она провоняла противным, чужим запахом, не сулившим ничего хорошего.

В ту ночь Замухрышка не увидел снаружи дома чего-то особенного. Просто побродил по двору, принюхался к ветру, потыкался носом в поленницу дров и уловил ещё множество запахов. Запахи говорили о том, что наружный мир велик, опасен и… очень интересен. Так интересен, что стоило изучить его повнимательней. Но Шебаршана не собиралась долго слоняться по двору без уважительных причин.

– Не стоит болтаться снаружи без дела, это небезопасно! – заявила она и заторопилась домой. – Да и на промысел пора. Запомни: ночь – самое удобное время для промысла, но таким, как ты, лучше пока сидеть в укрытии.

– Я что, ещё маленький, да? – огорчённо спросил Замухрышка.

– Не переживай, ты быстро вырастешь, – ответила Шебаршана, критически оглядев Замухрышку. – Но для того чтобы попасть в беду, необязательно быть маленьким, достаточно быть неопытным.

– Как это?

– Очень просто! На свете существует много, чего следует опасаться, а неопытность – это как раз незнание о том, что опасно и почему, когда опасно и где. А этому так быстро не научишься.

В тот раз Шебаршана не сказала, что сейчас в их собственном подвале назревает событие, которое может обернуться для её подопечного большими неприятностями. Крысам не терпелось устроить собрание, на котором следовало срочно обсудить вопрос о пребывании среди них Замухрышки. И вот этот день настал.

Шебаршане совсем не хотелось вести на собрание Замухрышку, но все настаивали на его присутствии. Так что пришлось вылезти из чемодана вместе со своим испуганным питомцем и предстать перед множеством настороженных глаз.

Вести собрание выбрали Хишилу. Хишила никогда не суетилась попусту и не отличалась склочностью, хотя Шуха и рвалась на её место. Нет, Шухе ничего серьёзного поручать не стоило. Там, где Шуха, всегда разгорались какие-то ссоры. Обсуждение чего-то важного под руководством такой, как Шуха, грозило перейти в бестолковую перепалку, а та неизбежно завершилась бы всеобщей потасовкой.

Сейчас Шуха, увидев Шебаршану и Замухрышку, сразу затарахтела:

– Вот! Видали?! Где это видано? Где?! Где?!

Но Хишила тут же оборвала скандалистку:

– Я прошу тишины! Мы не галдеть тут собрались! Нам надо решить, как поступить. Поэтому я жду дельных предложений. Кто хочет высказать свою точку зрения, попрошу не устраивать гвалт, а тихо поднять хвост!