Яшар - Джафар Джабарлы

Я ш а р. Да нет же, ничего со мной не случилось! Я нашел, понимаешь!

Т о г р у л. Садись и расскажи толком, что нашел?

Я ш а р. Соль растворил, понимаешь?

Т о г р у л. Открытие небольшое. Эка важность - соль растворить! Налей на соль воду, и растворится.

Я ш а р. Да какое там - "растворится". Я соль совсем поглотил.

Т о г р у л. Ну и глотай сколько хочешь. Что тут удивительного? Я тут целую лягушку проглотил и ничего не говорю.

Я ш а р. Да что ты болтаешь! Я изменил природу соли. В пробирке была соль - и не стало ее. Пойми, совершенно исчезла!

Т а н я. Этого быть не может, Яшар. Профессор Белокуров пять лет ломал над этим голову и ничего не добился. Профессор Иванов говорит, что природу соли изменить невозможно. Ты ошибаешься, Яшар.

Я ш а р. Я тоже думал, что быть не может. А вот, представь, получилось. Сто раз переливал из пробирки в пробирку- и следа нет. Вливаю соль, смешиваю с составом,- и нет ее. Сам себе не верю. Пускай, думаю, придет профессор и посмотрит.

Т о г р у л. Подожди здесь, я его сейчас поймаю и приведу.

Тогрул выбегает.

Я ш а р (садясь). Сердце так бьется... Дай капель. Ты знаешь, что это значит-уничтожить соль... Близ нашей деревни - бесконечная солончаковая равнина. Кроме колючего кустарника ничего не растет. Я эту мертвую равнину в плодородную превращу. Я все наши равнины в цветущие луга превращу в хлопковые плантации, в источники белого золота.

Т а н я. Не торопись, Яшар, посмотрим еще, что скажет профессор. Недавно я тоже нашла удушливый газ, а профессор посмотрел и сказал, что он даже комаров не отравит.

Я ш а р. Эх, Таня. (Обнимает ее). Ты ведь знаешь, как я тебя люблю... Я и тебя с собой возьму и Тогрула. Поедешь?

Т а н я. Если пошлют, поеду.

Вбегает Тогрул.

Т о г р у л. Профессор идет!.. Эге... да вы тут обнялись. (Засучив рукава, принимает позу боксера). Смотри, брат, это тебе не соль, чтобы ее проглотить. (Меняя позу). Закрой глаза, Таня, у профессора опять сползают штаны...

Белокуров входит мелкими быстрыми шагами, подтягивая брюки.

Б е л о к у р о в. Где же соль?

Т а н я. Какая соль, профессор?

Б е л о к у р о в. Да не соль, кто говорит о соли! Яшар, говорю, где? Яшар, ты здесь! Правда, Яшар, тебе удалось изменить природу соли?

Я ш а р. Не знаю, профессор, правда или ошибка. Знаю только одно: смешавшись с составленным мною раствором, она пропала. Провел через всю аппаратуру,- соли нет.

Б е л о к у р о в. Не может быть, Мария... Тьфу, Мария говорю, привык к имени жены, вот и путаю всех.

Т о г р у л. Ничего, профессор, и сам Яшар путается вовсю.

Б е л о к у р о в. Изменить природу соли - это целая революция в химии, это - историческое явление. Нет, Яшар, ты ошибаешься.

Я ш а р. Не знаю, профессор. Я совершенно растерялся.

Б е л о к у р о в. А ну-ка, принеси.

Яшар уходит.

Б е л о к у р о в. А ты что нашел, Тогрул?

Т о г р у л. Я, профессор, нашел лучи, которые в две секунды уничтожают туберкулезные бациллы.

Б е л о к у р о в. Уничтожают?

Т о г р у л. Без остатка! В две секунды.

Б е л о к у р о в. Тоже интересно. Ты запиши, Таня, составь протокол.

Т о г р у л. Я проверил кровь лягушки. Кровь была здоровая. Впрыгнул ей целый грамм туберкулезных бацилл...

Б е л о к у р о в. А сердце ее проверил?

Т о г р у л. Проверил, профессор. Сердце было нормальное. Подставил лягушку под ток и постепенно увеличивал напряжение.

Б е л о к у р о в. Прекрасно! Потом?

Т о г р у л. Через две секунды проверил кровь. Все бациллы были убиты.

Б е л о к у р о в. А сама лягушка?

Т о г р у л. Лягушка? И лягушка тоже.

Б е л о к у р о в. Хе-хе-хе! Хорошо, а давление человеческой крови рассчитал?

Т о г р у л. Рассчитал, профессор.

Б е л о к у р о в. Ну и что же, человек умирает или остается?

Т о г р у л. И человек умрет. В том-то и беда. Бациллы погибают, а с ними и человек.

Б е л о к у р о в. Опыт, не лишенный интереса. Надо продолжать.

Входит Я ш а р.

Я ш а р (торопливо). Вот, профессор, посмотрите: это соль, не так ли?

Б е л о к у р о в. Сейчас. А ну-ка, Тогрул, дай мне эту штучку.

Тогрул подает какой-то инструмент, который профессор опускает в

пробирку с раствором соли.

Белокуров. Так, так, правильно. Запиши, Таня.

Я ш а р. А вот найденный мною химический состав. Вливаю десять капель. Теперь проверьте, есть ли соль!

Белокуров. Сейчас посмотрим. (Проверяет инструмент). Постой, сейчас увидим. (Подходит к аппарату, Производит анализ). Нет, соли нет. Яшар, ей-богу, нет. А ну-ка, давай, проверим еще раз. Это соль. Великолепно. Записывай, Таня. А теперь давай состав. Соль исчезла. (Обращается к вошедшему Иванову). Мария, тьфу, Иван Григорьевич, видите, что получается? Нет!

И в а н о в. Чего нет, Александр Васильевич?

Белокуров. Яшара нет. Тьфу, соли, соли нет. Соль исчезла. Ученик мой добился. И вы посмотрите, Иван Григорьевич, смотрите, вот соль, проверьте, правильно, а вот состав. Теперь проверьте, где соль. Нет ее!

И в а н о в. Так, так, Александр Васильевич.

Белокуров. Таня, составь скорей протокол, надо молнией сообщить всем советским лабораториям, всему миру: соль уничтожена. Браво, Яшар, браво, сынок!

Т а н я. Поздравляю, Яшар. От души рада.

Белокуров. Нет, вы не представляете положения. Переменить природу соли! Да это революция! А ну-ка, таблицу элементов!

Я ш а р. Вот, профессор, сера - 6, кислород - 2, водород - 8.

Белокуров. Постой, постой. А ну-ка, Таня, дай мою таблицу. (Сличает таблицы).

Иванов. Поздравляю, молодой ученый. Ваше изобретение- большая ценность для науки.

Т о г р у л (тихо, Тане). Наконец-то заговорил. Помолчи он еще немного, шлепнул бы я его по затылку.

Белокуров. Постой, постой, этого быть не может. Я с этим составом проделал двадцать опытов и никакого результата. Сера - 6, водород - 8... Так и есть.

Я ш а р. Я, профессор, весь состав растворил в кислоте и провел через электрический ток. Получил химическое соединение.

Белокуров. А, вот как! Электричество. Это мне в голову не пришло. Пять лет ломал над этим голову. Правильно, Таня, Тогрул, Иван Григорьевич, поздравьте его - он уничтожил соль. Молодец, Яшар! (Обнимает и целует его).

И в а н о в. Я уже поздравил, Александр Васильевич.Я очень рад, что это мировое открытие сделано в нашей лаборатории.

Я ш а р. Я, профессор, очищу этим составом солончаковую равнину близ нашей деревни и превращу ее в хлопковую плантацию.

Иванов. Но применить изобретение будет не так просто. Прежде всего надо иметь мощную электростанцию, не так ли?

Я ш а р. Возможно. Я это продумаю. Возле нашей деревни река, мы ее используем под электростанцию.

Белокуров. Постой, постой, Яшар. Ты хочешь обработать солончаковую равнину этим составом?

Я ш а р. Да, профессор. Превратить мертвую солончаковую равнину в цветущее поле, в хлопковую плантацию... Правда, вначале потребуется много расходов - материалы, плотина, электростанция. А потом - чистая прибыль. Я все продумал.

Белокуров. Нет, Яшар. Это не выйдет. Для этой цели твой состав не годится.

Я ш а р. Почему?

Т о г р у л. Как это не годится?

Белокуров. Не годится, Яшар. Состав твой может дать эффект только в лабораторных условиях. А под открытым небом результата не будет.

Я ш а р. Почему, профессор? Я ведь соль в почве буду уничтожать.

Белокуров. Да не получится, Яшар. Ты не принял во внимание действия солнечных лучей.

Я ш а р. Факты говорят, профессор, другое.

Иванов. Это - предположение, Александр Васильевич. Оно может и не оправдаться. Сводить на нет такое огромное начинание по одному только предположению нельзя.

Белокуров. Для меня это - не предположение, а истина, факт.

Я ш а р. Нет, профессор, я с этим не согласен. Мне нужны доводы. У меня в руках научные факты, и я не могу им не верить.

Белокуров. Невозможно, Яшар. Я могу забыть свое имя, но этого не видеть не могу. Ты упускаешь воздействие солнца.

Иванов. Нет, профессор, это еще не довод.

Я ш а р. Я с этим не согласен, профессор. Научный факт говорит мне больше.

Белокуров. Я высказываю свое мнение. Бросить опрометчиво миллионы рублей и человеческий труд в голые равнины... Нет, Яшар, это слишком ответственно, я допустить этого не могу. Запиши мое мнение, Таня.

Я ш а р. А я драться за это буду, профессор. Я в правильности своих выводов не сомневаюсь.

Т о г р у л (Яшару). Да ты не слушай его, он часто так путается.

Иванов. Хорошо, в таком случае надо созвать широкое, академическое совещание. Пускай Яшар изложит свои доводы, и посмотрим. (Яшару, тихо). Не боитесь, Яшар, я буду на вашей стороне.

Я ш а р. Спасибо, Иван Григорьевич.

Т о г р у л. Я вопрос в партячейку перенесу. То есть как это так...

Белокуров. Мария, тьфу, Тогрул!

Я ш а р. Я сейчас научно все докажу. Идем, Тогрул, принесем аппаратуру.

Яшар и Тогрул уходят.

Белокуров. Принеси, Таня, мою книжку, она на столе моем.

Таня уходит.

Белокуров. Нет, Иван Григорьевич, это дело не выйдет.

Иванов. Я знаю, не выйдет, Александр Васильевич. Но вы не сумеете их убедить. Обвиняли же Рамвина, что изобретателям ходу не давал. Пусть едут. Разбросают миллионы по голым степям, попадут на скамью подсудимых и тогда узнают.