Время жестких мер - Алексей Пронин

Она с изумлением уставилась на трубку в руке.

– Ты, – всхлипнула она.

– Спасибо, – хмыкнула подруга. – Вызови электрика, и все будет в порядке. Кстати, как ты относишься к сексу с электриком?

– Никак. Я лучше с мужем.

– Ну, не знаю, – засомневалась Василиса. – Временами нужно ходить в народ, а не вариться до полной шизофрении в этом вашем великосветском котле. Можешь вызвать мужа, но он не обрадуется. Можешь не подходить к плите, это же не зеркало, верно? Можешь вызвать кого-то другого… Кстати, я поняла по твоим туманным намекам, что этот «другой» несколько моложе тебя?

– Немного, – всхлипнула она.

– И он знает, сколько тебе лет?

– Частично…

Подруга прыснула.

– Странная ты сегодня, Кира. Ты уверена, что все в порядке… если не считать твоего знакомства с физикой для восьмого класса?

Она не понимала, что с ней происходит. Бросила трубку, стала собираться с мыслями. Машинально отстучала номер Павла, прослушала серию длинных гудков. Потрогала несостоявшуюся шишку на виске. Встала, переоделась – сменила халат на бриджи от Сваровски, зауженную майку. Сообразила, что все утро ходила босиком, пошла в прихожую за тапками. Тапочек там не оказалось (в чем не было ничего удивительного, она оставила их либо в спальне, либо в ванной), но тут ее внимание привлек шум в подъезде. Пьяные крики и гогот. Кто-то пробежал. Она прильнула к двери. Подвыпившая компания спускалась по лестнице, игнорируя одно из величайших достижений человечества – лифт. Это было странно. В элитных домах проживают люди, считающие себя воспитанными. Может, электрики?

Подчиняясь какому-то неосознанному чувству, она посмотрела на часы в прихожей: без трех минут одиннадцать, отомкнула замок и высунула нос на площадку. Поступок был опасный, но компания уже прошла и в данный момент материлась в районе первого этажа. Она задумалась. Куда она спрятала свой баллончик с аналогом экстракта красного перца – морфолидом пеларгоновой кислоты, гарантирующим рыдания, конвульсии и схватки в горле? Странно, он всегда лежал на полочке у двери…

Что-то щелкнуло и грозно зашипело на кухне. Она не помнила, чтобы включала чайник или ставила кастрюлю на плиту. Однако это свершилось! Жизненный опыт подсказывал: кастрюлю можно отодвинуть. А чтобы не схлопотать вторично, достаточно не соваться к проводам. Она убрала одним пальчиком «сбежавшую» посудину, выключила агрегат. Вооружившись шоколадным батончиком, прошла в гостиную, включила телевизор, чтобы окунуться в бытие симпатичных сусликов на канале «Animal planet» (там последнюю неделю показывали исключительно сусликов). Но телевизор по всем каналам показывал рябь. Она привстала, треснула его по макушке – за что, спрашивается, платят кабельным мошенникам? Развлечения, кажется, отменялись. Не беда, решила она, вот если останусь без воды и света, тогда…

Тогда что?

Уйти из дома? А когда она в последний раз выходила из дома?

Происходило что-то пугающее и взывающее к анализу. Витамины не выпила! – осенило ее. Вот причина беспокойно-раздражительного состояния! В пятый раз за текущее утро она отправилась на кухню, извлекла из шкатулки на холодильнике флакончик с разноцветными драже, отправила пару в рот. Эти витамины со сложным названием положительно сказывались на самочувствии и обладали приятным вкусом. Но от неприятностей не спасали. Забираясь в холодильник, она прищемила палец дверью, хотела сунуть его под холодную воду, но вместо холодной включила горячую…

В завершение экзекуции она порезала палец на правой руке, принялась его обсасывать… и замерла, охваченная странным чувством. В спину кто-то смотрел.

Она повернулась.

В гостиной, за раздвоенным сервантом, между ней и дверным проемом, мерцал Павел…

Он смотрел на нее так, словно получил предложение убить любовницу за хорошие деньги, согласился, но в ответственный момент вдруг засомневался…

Шквал эмоций захлестнул. Она похолодела, потом жар охватил, вспыхнула кожа на лице. Это не по правилам! – подумала она. – Так нельзя! Он не должен сюда являться. К черту правила! Следовать правилам – лишать себя удовольствий…

– Господи, Павел… – она подошла к нему на негнущихся ногах, обняла. – Ты испугал меня…

Он был какой-то деревянный. Смотрел на нее так, словно они впервые встретились. Весь из себя такой женатый… Она вдохнула его запах, прижалась к груди, сомкнула руки у него за спиной…

Он не шевелился. Она отстранилась от него, посмотрела в глаза, стала выбираться из своего сложного и запутанного состояния.

– Ты как сюда попал, несчастный? – прошептала она. – Пойми меня правильно, я счастлива тебя видеть, но это как-то странно, согласись – без звонка, уведомления, ты стоишь и смотришь, как я блуждаю по кухне…

– Дверь была открыта, – хрипло вымолвил он.

– Господи, конечно… Я вышла в подъезд, а потом забыла ее закрыть. Там местные хулиганы… хулиганили.

– Я видел, – буркнул он, – парни в стельку, я столкнулся с ними во дворе. В этом районе подобные экземпляры, видимо, не редкость?

В этом районе в любое время суток – патриархальная Англия! С Павлом было что-то не в порядке. Кто из них сошел с ума? Он стоял, как бедный родственник, не знал, куда деть руки. Физиономия то бледнела, то покрывалась пунцовыми пятнами.

– Ответь, пожалуйста, на несложный вопрос, Павел, – вкрадчиво молвила она. – Что ты делаешь в моей квартире? Я, между прочим, по-прежнему замужем. Ты следишь за моим мужем и в курсе его перемещений по городу? Или надеешься на чей-то протекционизм?

– Дверь была открыта, – хрипло повторил он.

Ну, точно, оба свихнулись.

– Я не спрашиваю, КАК ты попал в мою квартиру, это мы прошли, – ласково сказала она и задумалась, не обнять ли его вторично – уж больно беспомощным он выглядел. – Я спрашиваю, что ты делаешь в моей квартире? Это разные вещи, нет? Или с этого дня наш потаенный роман переходит в авантюрную плоскость?

Он сглотнул так, словно у него в горле выросла опухоль.

– Я извиняюсь… – выдавил он. – Это глупая ошибка…

– Только не говори, что ошибся адресом! – вскипела она. – Веди себя прилично, что происходит?.. Постой, Павел, подожди, ты неправильно понял, я уже заткнулась…

Он задрожал (примерно на том месте, когда она назвала его по имени), попятился в прихожую. Никогда она не видела его таким растерянным. Что с ней не так? Третий глаз вырос? Хлопнула дверь. Она отметила, что снова не сработала защелка, но к действию это знание не подвигло. Она стояла, оглушенная, растерянная. Обида душила. Взяла себя в руки и стала думать – что это было? Ну, пришел. Разум помутился, труба позвала в дорогу. Сам не понял, что творит. И это нормальное объяснение?

Она блуждала по необъятной квартире, терялась в трех извилинах. Подошла к окну, откуда просматривался фасад коммерческого банка «Доверие», занимающего два этажа в жилой глыбе, мраморный портал, монументальные ступени, цивилизованная парковка, на которой Максим выбил постоянное место для ее куклы. Машинка стояла в почетном окружении внедорожников солидных бизнесменов. Зачем в городе внедорожники? Чтобы ездить по тротуарам и газонам? Мимо шли какие-то люди, проезжали автомобили. Она выпадала из времени и пространства, стояла, тупо созерцала свою крохотную «самодвижущуюся повозку».

За спиной раздался шорох. Она повернулась. Посреди гостиной в нерешительности застыл Павел! Он смотрел на нее изумленными глазами, не знал, куда деть руки, и очень выразительно демонстрировал изделие из золота – молчание.

– Вернулся… – выдохнула она, подбежала, прижалась к его широкой груди. Просто фонтан эмоций! Она смеялась, тянулась губами к его выбритому подбородку. Он выбрался из плена тормозящих устройств, обнял ее за талию. Мужские руки подрагивали.

– Дверь опять была открыта… – прошептал он. Его дыхание стало учащаться, он дрожал, как газующая у светофора машина, крупинки пота блестели на лбу.

– Это для тебя, – отозвалась она. – Я знала, что ты вернешься… Подожди, милый, я позвоню своему горе-мужу, нужно убедиться, что он на работе, мы же не собираемся заняться самоликвидацией…

Он не собирался ждать. Поднял ее на руки, стал вертеться, как механическая балерина, гадая, где же в этих хоромах спальня…

ГЛАВА ВТОРАЯ

Он вырвался из собственного дома, как из душного склепа. Не существует для человека ничего невозможного. Но сколько всего невыносимого!

– С праздником тебя, зятек, – посмеиваясь, заявила теща, перекрывая дорогу у ванной комнаты.

– С каким, Тамара Александровна? – Он кисло улыбнулся, внося свой скромный вклад в дело мира и согласия.

– Уезжаю от вас на пару дней. – Она внимательно следила за его мимикой, но он не выдал своей нечаянной радости. – Навестить хочу подругу в Венгерово… О, ты только не волнуйся, провожать меня в аэропорт не надо, потому что самолеты туда не летают, да, собственно, и поезда не ходят.