Создатель королев - Пьер Сувестр

Завернув за угол, Фандор остановил такси и сел в него вместе со своим спутником.

— Я последовал за вами, месье, — заговорил Бидуй, едва машина тронулась, — потому что вы сослались на приказ Жюва… Но кто вы такой на самом деле? Надеюсь, я не попал в западню?..

— Я Жером Фандор, журналист из газеты «Столица» и друг Жюва.

— Этого достаточно… Я много слышал о вас и рад с вами познакомиться!

И похоронщик пожал Фандору руку. Но его длинное бледное лицо сохраняло при этом скорбное выражение.

Спутник журналиста не всегда был похоронщиком и не всегда именовался Бидуем. В прежние времена он был одной из самых заметных фигур аристократического квартала Сен-Жермен и носил имя графа де Састо. Совсем молодым он стал наследником большого состояния, но очень быстро все промотал на женщин и на игру. Двери богатых домов и великосветских гостиных захлопнулись перед ним. Тогда он нашел в себе силы коронным образом изменить свой социальный статус и начать новую жизнь. Граф де Састо исчез, а вместо него появился некий господин Миле, скромный служащий префектуры полиции. Однако не так-то просто переделать свою натуру! В нарушение всех законов субординации мелкий служащий влюбился в жену начальника префектуры, более того, — стал добиваться ее взаимности и раскрыл ей свое настоящее имя. Разразился громкий скандал, и служащий был уволен.

Бывший граф впал в глубокое отчаяние и готов был покончить с собой, когда случай свел его с комиссаром Жювом, который предложил ему служить под его началом в качестве инспектора полиции.

— Это нелегкая работа, — сказал ему Жюв, — и поначалу она, возможно, вам не понравится. Но вы образованны, умны, и, приложив усилия, сможете сделать карьеру.

Мнимый Мило ухватился за это предложение как утопающий за соломинку. В сыскной полиции он фигурировал теперь в качестве инспектора Шарля Лопена. Но здесь ого подстерегало новое падение.

Инспектор Лопен был включен в полицейскую бригаду, которой надлежало наблюдать за работой игорных домов. Комиссар Жюв не отдавал себе отчета, насколько это было опасно для его протеже. И вот однажды Лопен, бледный и дрожащий, явился к нему в кабинет и признался, что проиграл деньги, которые ему было поручено доставить из префектуры в министерство.

— Это было сильнее меня, — говорил несчастный игрок, — я ничего не мог с собой поделать! Теперь самоубийство — единственный для меня выход… Но прежде чем покончить с собой, я пришел попросить у вас прощения…

— Самоубийство — не выход, — сказал Жюв, — оно не спасет вашу честь… Сколько вы проиграли?

— Семь тысяч…

— Хорошо, что не больше… Возьмите этот чек и бегите в банк! У меня есть небольшие сбережения — их как раз хватит, чтобы вам помочь.

— Вы даете мне эти деньги?..

— Я даю их вам… в долг.

— Как вы можете мне доверять? Ведь перед вами вор…

— Я полностью вам доверяю. Но вместо с тем советую поискать другую работу: в нашей профессии честность человека слишком часто подвергается испытаниям…

Лопен вышел из кабинета, шатаясь как пьяный… С тех пор он жил только одной мыслью: вернуть Жюву долг! Он ушел из префектуры и сменил множество профессий. Франк за франком он копил необходимую сумму. Снова переменил фамилию и теперь именовался Бидуем. В данный момент он работал в похоронной компании, и Фандору это было известно…

— Прежде всего, — сказал он Бидую, — я прошу у вас прощения за то, что сказал вам неправду… Жюв меня к вам не посылал, он понятия не имеет о той просьбе, с которой я собираюсь к вам обратиться… Но, поскольку вам известно мое имя, я умоляю вас сделать для меня то, что вы сделали бы для него!

Похоронщик кивнул головой:

— Я сделаю все, что вы скажете. Жюву я обязан жизнью. А вы его друг…

— Я знал, что могу рассчитывать на благородство графа де Састо… — сказал Фандор.

Похоронщик сделал протестующий жест:

— Называйте меня Бидуем… Я теперь всего лишь Бидуй!

— И все-таки, — настаивал журналист, — я прошу графа де Састо дать мне свое честное и благородное слово, что о предмете нашего разговора не узнает никто… даже Жюв!

Бледное лицо Бидуя побледнело еще больше.

— Я даю вам свое слово, — сказал он.

— Сударь, — начал Фандор, — вы работаете в компании похоронных услуг и именно в этом качество можете оказать мне неоценимую помощь. Речь идет о том, чтобы вырвать из рук Фантомаса существо, чья жизнь драгоценна для меня и для Жюва. Речь идет о моей жене. Ее необходимо, в буквальном смысле слова, спасти из гроба!

— Я вас не понимаю… — пробормотал похоронщик.

— Положение покойников в гроб входит в ваши обязанности?

— Это дополнительная услуга… Иногда я соглашаюсь на пес…

— Известно ли вам, кто в похоронном бюро обслуживает район Нейн? Могли бы вы устроить так, чтобы вам поручили доставку покойника из клиники доктора Дропа?

— Да… А что?

— То, что я вам расскажу, покажется вам бродом… Но поверьте, это чистая правда…

И Фандор поведал Бидую историю мнимой смерти Элен.

— Завтра или послезавтра ее должны похоронить, — закончил он. — Надо, чтобы эту церемонию поручили вам и чтобы вы нашли способ вместе со мной увезти Элен в безопасное место.

Похоронщик нахмурил лоб и задумался…

Вечером следующего дня Жером Фандор в страшном волнении дежурил у ворот клиники в Нейи. Он видел, как подъехал окрашенный в зеленый цвет фургон компании похоронных церемонии, как из него извлекли тяжелый гроб — место последнего успокоения для Элен, как следом за гробом в ворота клиники тяжелым шагом проследовал Бидуй. Журналист чувствовал, как кровь стучит у него в висках. Сумеет ли похоронщик обмануть бдительность тех, кто находится близ тела Элен? Удастся ли ему осуществить задуманный план?

Медленно тянулось время. Наконец Фандор увидел, как в наступивших сумерках через парк к выходу прошли две фигуры — Бидуй и его напарник. У ворот они пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Фандор подождал, пока похоронщик отойдет от клиники на достаточное расстояние, и нагнал его.

— Ну, как? — спросил он, задыхаясь от волнения.

— Все в порядке… Она спасена!

Сначала Бидуй намеревался забрать Элен из склепа после захоронения, — это казалось ему самым простым решением. Но Фандор объяснил ему, что именно так, видимо, решил поступить и Фантомас, и что речь идет о том, чтобы опередить злодея. Тогда Бидуй придумал другой план, который и осуществил блистательным образом.

Когда гроб был доставлен в клинику, Бидуй, руководящий всем мероприятием, произвел обмеры и вдруг заявил:

— Здесь какая-то ошибка: гроб не подходит по размерам — он слишком мал!

Напарник Бидуя, который ни о чем не подозревал, сказал:

— У нас в фургоне два гроба. Видимо, носильщики взяли не тот, что надо…

— Так пусть принесут второй гроб, — распорядился Бидуй, который сам подстроил дело так, что в фургоне оказалось два гроба.

Второй гроб был принесен и оказался подходящим по размерам. В него-то с помощью напарника Бидуй и уложил Элен.

— Осталось только привинтить крышку, — сказал Бидуй напарнику. — Принесите, пожалуйста, инструменты!

Когда тот вышел, оп быстро положил в пустой гроб свинцовые болванки, которые должны были имитировать вес тела, и засыпал их песком. Затем он закрыл его крышкой, наживил винты и приказал вернувшемуся напарнику:

— Завинчивайте крышку… А пустой гроб, — и он указал на тот, в котором лежала Элен, — пусть отнесут обратно в фургон!

Была, правда, еще одна трудность: гроб с Элен весил гораздо больше, чем, если бы он был пустым. Поэтому Бидуй добавил, обращаясь к вошедшим носильщикам:

— Я положил внутрь инструменты, чтобы потом за ними не возвращаться… И носильщики, и второй похоронщик не обратили на это никакого внимания, — они торопились поскорее закончить работу и вернуться домой.

— Так значит, Элен находится в гробу, который сейчас едет в фургоне на склад! — вскричал Фандор, — Но это же чистое безумие: ее там обнаружат и поднимут шум!

— Вы слишком нервничаете, господин Фандор, — спокойно сказал похоронщик. — Все предусмотрено. Кучер фургона — мой хороший знакомый. Я строго-настрого ему наказал не открывать гроб и оставить его в фургоне. Он распряжет лошадей и отправится домой. А мы тут же придем и освободим Элен. У меня есть ключи от гаража, где будет стоять фургон, и от самого фургона.

Фандор вцепился в руку Бидуя:

— Так едем скорей! Не будем терять ни минуты!

— Еще рано… Фургон не успел доехать до места.

Но Фандор не мог успокоиться. Ведь все зависело от случая: кто-то другой мог заглянуть в фургон, открыть гроб… Журналист поминутно смотрел на часы и торопил Бидуя.

— Надо еще немного подождать, — невозмутимо отвечал похоронщик.