Дикая дивизия - Николай Брешко-Брешковский

Судьба литературных героев повествования тесно переплетается с военными и политическими деятелями - это великий князь, генерал Корнилов, Троцкий, Керенский, Родзянко. Некоторые из этих людей в той или иной степени были причастны к корниловскому контрреволюционному мятежу 25-31 августа 1917 года. Напомним, что эта акция была предпринята верховным главнокомандующим Л. Г. Корниловым с целью разгрома революционных сил и установления военной диктатуры в России. Корниловщина была ликвидирована Красной Гвардией на подступах к Петрограду. Тема "корниловщины" нашла свое место и в книге Брешко-Брешковского. Располагая обширным фактическим материалом, автор, прежде всего, постарался, например, окарикатурить Керенского, назвав его "Бонапартиком в бабьей кофте", показав его никчемность и беспомощность.

"В панике заметался Смольный.

- Корнилов бросил на Петроград своих черкесов.

- Этот царский генерал желает утопить революцию в крови рабочих!

- Предатель Савинков{3} заодно с Корниловым!

- Арестовать Савинкова!

С грохотом помчались набитые матросами грузовики. Но Савинкова нигде нельзя было найти. Он исчез.

- Подать Керенского сюда!

Сероземлистый, дрожащий примчался Керенский в Смольный на автомобиле императрицы Марии Федоровны{4}. Троцкий, с поднятым кверху клоком бороденки, топал ногами, орал:

- Вы продались царским генералам! Вы ответите за это перед революционной совестью!

Керенский оправдывался, как мог. Его революционная совесть чиста. Он сам только что узнал об этом реставрационном походе на Петроград. Вернувшись в Зимний дворец, он выпустит воззвание ко "всем, всем, всем", где заклеймит Корнилова изменником и предателем.

Пообещав прислать воззвание в Смольный для корректуры, Бонапартик отправился сочинять свое "всем, всем, всем..."

Вот в этой непростой обстановке В. И. Ленин пропагандировал со своими единомышленниками в массах идею о том, что исключительно диктатура пролетариата способна решить проблемы государства и революции. Ну а Корнилов, назначенный верховным главнокомандующим, в блоке с Керенским до поры до времени спали и видели военную диктатуру. 26 октября 1917 года Временное правительство было свергнуто.

А теперь коснемся некоторых аспектов жизни и творческой судьбы автора. Историки утверждают, что каждая биография не только индивидуальна, но и всегда актуальна, ибо это нераскрытая книга добра и зла. любви и ненависти, озарения и озверения; человек по своей сути двойственен испокон веков. Думается, что задача писателя - стараться помочь заблудшим людям отрешиться от пагубных, худших качеств и вызвать к бытию те самые добрые начала, которые в любом случае заложены в каждом. Разумеется, писатель пользуется в своем творчестве арсеналом собственных средств, и при всей их позитивной литературной направленности определенную роль играет социальная принадлежность автора. Эта концепция впрямую относится и к писательской судьбе Брешко-Брешковского.

Николай Николаевич Брешковский (1874-1934 гг.), - происходит из старинного украинского дворянского рода. Его мать, Екатерина Константиновна (урожденная Вериго, 1844-1934 гг.) - одна из организаторов и лидеров партии эсеров, публицист, автор многих мемуаров, прозванная в начале XX века "бабушкой русской революции". Она родилась в семье отставного гвардии поручика, бывшего прототипом Германна в пушкинской "Пиковой даме". Ее жизнь сопровождалась бесконечными арестами, ссылками и побегами. В 1903 году эмигрировала, читала в США лекции о борьбе с царизмом. После февральской революции энергетично поддерживала А. Ф. Керенского. Октябрьскую революцию 1917 г. встретила враждебно. Позднее из Петербурга вновь выехала за границу где ратовала за подготовку новой интepвeнции против Советской России.

Фактически лишенный семьи Николай с детских лет рос в семье дяди В. К. Вериго в Заславле на Волыни. После окончания Ровенского реального училища (1893 г.) переехал в Петербург, где поступил в акцизное ведомство контролером табачной фабрики. Через два года оставил службу и стал профессиональным литератором.

С начала 1900 года Брешко-Брешковский выступает с многочисленными публикациями о спорте, человеческих судьбах, модах и т. п. в газетах "Биржевые ведомости", "Русское слово" "Голос Москвы", журналах "Звезда", "Север", "Нива", "Огонек", "Синий журнал" и ряде других. Иногда спрашивают, почему Николай Николаевич то носил фамилию Вериго, то Брешковского и, наконец, - Брешко-Брешковского, В ответе исследователи ссылаются на традицию японских художников, которые в течение жизни меняли трижды свое имя, дабы "лучше познать собственное Я". Так и Брешко-Брешковский "познав себя", вдруг изменил бытописательству и принялся за критические статьи в области живописи - занимался творчеством В. Е. Маковского, В. В. Верещагина, В. И. Сурикова, М, Нестерова, Г. И. Семирадского. В его биографии мы находим и попытку стать редактором-издателем: Брешко-Брешковский выпустил в 1906 году четыре номера иллюстрированного журнала "Огни".

Несколько романов он написал о людях искусства, в том числе "Записки проходимца", "Прекрасный мужчина" и другие. Большой популярностью и широким спросом пользовались его книги, посвященные спортивной карьере бoрцов: "Чемпион мира", "Гладиаторы наши дней", "Чухонский бог". А. И. Куприн неоднократно отмечал хорошее, без всякой натяжки знание автором быта борцов, "читабельность" произведений; А. А. Блок, который в то время интересовался борьбой, считал возможным "читать с увлечением... пошлейшие романы Б.-Б.". Более резкие суждения высказывал о литературной фактуре "спортивных" произведений Брешко-Брешковского В. Г. Короленко. У персонажей Б.-Б. "нет ни характеров, ни физиономий, а есть только мускулатура, зычный голос и большее или меньшее умение "брать на передний пояс" и "строить мосты".

Очередным увлечением весьма плодовитого писателя явилось создание повестей на тему о скандальной изнанке светской жизни: "Записки натурщицы", "В потемках жизни". А. И. Куприн, правда, видел в них "холодно риторичную, искусственно взвинченную, вымученную" порнографию. Как же реагировал на подобные "приговоры" Брешковский? Очень просто: "Я пишу для невзыскательного городского читателя. А он не руководствуется мнениями строгой, серьезной критики".

Руководствуясь, хотя и не всегда, подобным воззрением на творчество, писатель принялся разрабатывать новый "шпионский" жанр. Из-под его пера выходят "Шпионы и герои", "Гадины тыла", "В сетях предательства", "Ремесло сатаны", "Танцовщица Лилиас", "Позор династии", "Дочь Иностранного легиона".

В 1910-е годы художник с огромным подъемом подвизается в кинематографе. Он стал первым в России профессиональным писателем, приглашенным для написания сценария, участвовал в создании фильмов и в качестве режиссера.