Инопланетянин на Рождество (ЛП) - Абель Реджина

— Никаких «но», Кэтлин, — сказал Филипп строгим голосом. — Ты слишком пренебрегаешь собой, и мой долг — убедиться, что у моих сотрудников все хорошо. Если ты продолжишь в том же духе, я попрошу Пэтти ежедневно проверять тебя, чтобы ты не навредила своему здоровью.

— С удовольствием, — сказала Пэтти с серьезным, материнским видом.

Как координатор по персоналу базы, она сочетала в себе несколько должностей: администратора по кадрам, организатора мероприятий и менеджера по снабжению. Хотя казалось, что это много, на самом деле она часто переоценивала свою занятость, поскольку все было в значительной степени автоматизировано, а события проходили по нескольким циклам различных типов, что не требовали такой уж большой подготовки.

— Не беспокойся, — сказал Уилсон, даже не пытаясь скрыть торжествующую улыбку. — Я буду очень хорошо заботиться о нашей маленькой Кэтлин. Сюда, моя дорогая.

Он указал в сторону коридора, выпятив грудь. Никогда еще мне так сильно не хотелось кого-нибудь ударить. На долю секунды я подумала, не поспорить ли с ним. Не сказать ли просто отнести еду в мои комнаты, но я знаю, что только получила бы еще один выговор о необходимости социализации. Поскольку две трети персонала базы разъехались по домам на праздники, руководство настояло, чтобы те немногие, кто остался, общались друг с другом, чтобы избежать депрессии.

Стиснув зубы, я натянуто улыбнулась Уилсону, втайне проклиная всех троих. Мы вчетвером прошли по коридору в промышленный сектор базы, где также располагалась столовая. Я размышляла в тишине, пока все они радостно беседовали о подарках, которые либо надеялись получить сами, либо планировали отправить своим родственникам на Землю или еще куда-нибудь.

Мы разделились, как только прошли мимо пустующего в настоящее время поста охраны, отделяющего промышленный сектор от жилого. Обычно охрана следила за тем, чтобы посетители не входили в эту частную зону, если их не сопровождал житель базы. Поскольку в составе нашей основной команды на следующие несколько недель оставались только местные, не было смысла укомплектовывать этот пост.

Когда остальные ушли, твердые подошвы ботинок Уилсона громко застучали по полированному бетонному полу. Это было неудивительно. Все в нем стремилось привлечь внимание людей. Если бы он имел возможность проехаться на мотоцикле по базе, его барабанные перепонки, вероятно, лопнули бы от громкости, но он все равно установил бы сверхгромкие глушители, чтобы убедиться, что все обратили на него внимание. Одежда — ярко-оранжевая облегающая футболка и черные кожаные штаны, обтягивающие его ноги, как вторая кожа — также выделяла его.

Честно говоря, Член не был неприятным внешне. Совсем наоборот. Высокий и широкоплечий, он был причиной многих овуляций Блайд. Как и большинство здешних женщин, я почувствовала слабость в коленях, когда впервые увидела его. Он был крепким мужчиной, с великолепными мускулами, с задницей, от которой текли слюни, которая так и требовала, чтобы ее сжали, мечтательным мужественным лицом, которое могло принести ему главную роль в Голливуде, и таким рокочущим голосом, от которого мокли трусики и загибались пальцы на ногах. Но в ту минуту, когда он открыл рот, все было кончено.

— Тебе действительно нужно лучше заботиться о себе, — сказал Уилсон укоризненным тоном. — Ты слишком важна для нас, чтобы заболеть из-за плохого питания. Отныне я собираюсь считать своим долгом заботиться о тебе.

— О, в этом действительно нет необходимости, но спасибо, — сказала я, в ужасе от того, что он воспользуется этим, как возможностью еще больше изводить меня своим вниманием. — Обычно я не пропускаю приемы пищи, и я все равно собиралась позаботиться об этом, если бы не вмешался Филипп.

— Что ж, я рад, что он это сделал. Такой хорошенькой девушке, как ты, нужен кто-то, кто ее балует, — снисходительно ответил Уилсон.

Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не закатить глаза. Я не только не была хорошенькой, но и определенно не нуждалась в том, чтобы меня баловали. Ну что ж… ладно. Я бы не отказалась, чтобы меня побаловал кто-то, но не он.

— Когда мне нужно побаловать себя, я хожу в спа, — невозмутимо заявила я, когда мы подошли к большим дверям кафетерия.

Они разъехались перед нами, открывая огромный зал с достаточным количеством столов, чтобы вместить триста постоянных жителей базы. Это был один из трех кафетериев на базе, два других были намного меньше. Поскольку многие люди брали еду с собой, предпочитая есть в комнатах или за своими столами, мы никогда не сталкивались с проблемой рассадки. Даже когда все возвращались из отпуска, гибкий график работы персонала гарантировал, что достаточное количество людей будут есть в разное время, чтобы избежать неуправляемой толпы.

Как и везде на базе, в цвете стен и мебели преобладали белый, светло-серый и хром. С точки зрения гигиены так было легче обнаружить проблемные участки — не то чтобы у нас были какие-либо жалобы на этот счет. Роботы-уборщики творили чудеса. На базе было так чисто, что можно было буквально есть с пола.

Прямоугольная комната состояла из трех отдельных секций. Самая большая из них была окружен буфетом, в средней были предложены блюда по меню, а в последней стояли специальные столики вокруг плиты, где посетители могли либо приготовить себе мясо самостоятельно, либо попросить шеф-повара-андроида приготовить все блюда в режиме реального времени. Уилсон направился к последней секции, но я пошла прямиком к буфету, заставив его последовать за мной. Это было не свидание. Обедать за этими столами с горячими тарелками означало, что мы проторчим здесь несколько часов. Я просто хотела перекусить чем-нибудь уже приготовленным и убраться отсюда к чертовой матери.

Уилсон разочарованно поджал губы. Я почти почувствовала себя виноватой… почти. Мне захотелось чего-нибудь вкусненького, и я положила себе на тарелку большую порцию лазаньи, рулет чесночного хлеба с плавленым сыром и небольшой салат от шеф-повара. Я посмотрела на десерты, и клубничное печенье свирепо мне подмигнуло. Однако я решила подождать, пока не покончу с основным блюдом. Если я все еще смогу дышать после этого, то вернусь и съем что-нибудь сладкое.

Обычно я тяну время и выбираю всего понемногу. Но на этот раз я спешу взять первое блюдо и найти нам столик. Я выбрала свободный рядом с другими уже занятыми. Уилсон выбрал бы изолированное место, чтобы транслировать ложную историю о том, что у нас свидание. Он регулярно использует подобные тактики, чтобы заставить свою жертву чувствовать себя почти обязанной подыграть.

Я устроилась поудобнее и вежливо подождала, пока он подойдет, прежде чем прикоснуться к своей тарелке. Тем временем я налила каждому из нас по стакану воды из бутылок, которые уже стояли на столе. Когда он наконец занял свое место в кресле рядом со мной за круглым столом, я не могла не уставиться в его тарелку. Мне всегда было удивительно, как такой громоздкий парень мог достичь серьезной массы, учитывая, что он ест как кролик. Забавно, потому что обычно девушка поедает салат во время совместного ужина, пока парень наслаждается стейком.

Однако, пока я с удовольствием разглядывала его еду, он с неодобрением смотрел на мою. Это, очевидно, не принесло ему дополнительных очков доверия — хотя у него их и не было с самого начала.

— Слишком много углеводов, — сказал он как ни в чем не бывало, хотя я не упустила осуждающего подтекста.

— Это хорошая порция лазаньи, — невозмутимо ответила я. — Но тебе определенно нравится много травы, — добавила я насмешливо, прежде чем отправить в рот немного вкуснятины.

— Это не трава, — надменно сказал Уилсон. — Это тушеные овощи, жареный картофель и куриное филе на гриле. Просто правильная диета, которая даст моему телу то, что ему нужно, чтобы оставаться стройным и наращивать мышечную массу. Как можешь видеть, она дает очень хорошие результаты, если можно так выразиться, — добавил он, разводя руками и глядя на свое собственное тело.