Короли карантина - Кэролайн Пекхэм

это была бы прогулка в парке. Потому что это было единственное, чего я действительно боялась. Привязанности.

Обычно я могла влететь в жизнь человека и исчезнуть из нее как ветерок, никогда не привязываясь. В этом я была профессионалом. Но здесь я собиралась проводить двадцать четыре часа в сутки в компании других подростков. Мне предстояло "приложить усилия", "выйти из своей зоны комфорта" и — боже упаси — "смешаться с толпой". Хотя идея завести настоящих друзей всегда привлекала меня, реальность заключалась в том, что я всегда была готова встать и оставить их позади. Чтобы мой пейзаж изменился, а вместе с ним изменились и лица вокруг меня. Но все было бы не так. Папа записал меня на весь выпускной год.

— Не надо меня ненавидеть, — тихо сказал он, и я поджала губы. Мне было семнадцать. Еще бы год и у нас даже не было бы этого разговора. Почему судьба должна была быть такой стервой?

Охранник пропустил нас через двое огромных железных ворот, и папа нажал на рычаг, когда мы проехали через них.

— У тебя есть перцовый баллончик? — Спросил он.

— Ага.

— А твоя тактическая ручка?

— Ага.

— А твой брелок для самозащиты?

— Да, папа, — простонала я. — Ты же знаешь, что мне вообще-то не разрешают ничего из этого дерьма здесь, верно? Если меня поймают…

— Я слишком хорошо тебя обучил, чтобы ты могла попасться, — гордо сказал он, и улыбка тронула мои губы.

— Что ж, это правда, — признала я, и он одарил меня ухмылкой.

Мы подъехали к огромным деревянным дверям, и я постаралась не испытывать страха перед зданием. Хотя оно выглядело довольно-таки устрашающе.

Сбоку от него появился парень, направлявшийся к нам по тропинке, и от его вида у меня перехватило дыхание. Как будто воздух на самом деле только что превратился в камень? Я не могла вдохнуть ни грамма воздуха.

На нем была футбольная майка "Титанов" цветов школьной команды "лесной зеленый" и "белый", материал облегал его мощное тело. Его лицо могло бы очаровать змею за милю, каждая линия и черточка такие угловатые, какие я когда-либо видела только в журналах. Его чернильные волосы падали на глаза цвета нефрита, а мальчишеская улыбка выглядела так, словно ему нужно было регулярно питаться невинными девчачьими сердцами, чтобы сохранить себя в целости.

Я не была той добычей, к которой привык этот охотник, но я также не могла отрицать, что мои щеки вспыхнули, и я все еще задыхалась, по-видимому, от нехватки воздуха. Мои светлые волосы, голубые глаза и полные губы были не чем иным, как миражом, нарисованным моей генетикой. Они были поверхностными, но я знала, как использовать их силу, когда мне это было нужно. Этот парень также умело пользовался своей. Но там, где я носила свою кожу как щит, он носил ее как оружие.

Он шел вперед медленной, непринужденной походкой, которая говорила о том, что он полностью контролирует ситуацию, и он закатал рукава, прежде чем наклонится, чтобы постучать в мое окно. Папа опустил его нажатием главной кнопки, приоткрыв на дюйм, и свирепо уставился на пожирателя сердец.

— Да? — Коротко спросил папа.

— Эй, сэр, вы, должно быть, мистер Риверс? Я здесь, чтобы показать вашей дочери ее общежитие. — Он кокетливо подмигнул мне, как будто мой отец не видел, хотя он обращался к нему, а не ко мне. Я небрежно показала ему палец в ответ, и его голодная улыбка стала шире.

У чувака были яйца, я бы отдала ему должное.

— Доктор Риверс, — прорычал папа, снова закрывая окно, прежде чем парень успел ответить. Пожиратель сердец рассмеялся, отходя от машины.

Я отстегнула ремень безопасности, но, прежде чем успела выйти из машины, папа положил руку мне на колено, чтобы удержать на месте.

— Не терпи дерьмо, детка. Ты помнишь мои уроки самообороны от насильников?

Я рассмеялась, качая головой.

— Я помню. Как я могла забыть? Всегда бей по яйцам, — повторила я его наставления.

— Это моя девочка. — Он притянул меня в объятия, поцеловал в висок, и что-то в его крепкой хватке заставило меня забеспокоиться. — Здесь тебе ничто не причинит вреда.

Я улыбнулась и отстранилась, мое сердце сжалось, когда я потянулась к двери.

— Люблю тебя, папа.

— Я тоже тебя люблю, Малышка.

Я вышла на гравийную дорожку, прихватив с собой рюкзак, пока папа открывал багажник из машины. Мой сопровождающий быстро подошел к нему, открыл его и достал мой здоровенный чемодан, который был покрыт потертыми наклейками из всех штатов, которые мы когда-либо посещали.

— Ты часто переезжаешь, — с ухмылкой прокомментировал парень, закрывая багажник.

Я неопределенно кивнула, прощаясь с папой. Он послал мне воздушный поцелуй, прежде чем уехать, и я проглотила твердый комок в горле после того, как меня оставили. Мы так долго были только вдвоем. На что вообще похожа жизнь без него?

— Я Блейк Боумен, квотербек футбольной команды.

Я повернулась к парню, перекидывая рюкзак через плечо и маскируя любую боль, которая могла бы проскользнуть на моем лице.

— Это довольно типично для тебя, — поддразнила я, и он приподнял бровь.

— Что? Симпатичный и звездный игрок "Титанов"? — Он запустил руку в волосы, задирая рубашку, чтобы я мельком увидела мускулистый V-образный вырез, сужающийся под поясом. Я снова перевела взгляд на его лицо, когда жар пробежал по моей спине. Он был стереотипом, о котором мечтает каждая женщина. Высокий, темноволосый, красивый. И я могла бы с уверенностью предположить, что он также был богат, обаятелен и бессердечен.

— Нет… Высокомерный и предсказуемый. — Я перевела взгляд на здание рядом с нами, разглядывая великолепные шпили, торчащие из его вершины. Как ни странно, перед ним был припаркован классический красный "Форд Мустанг" с небольшой табличкой, гласившей, что он был подарен бывшим студентом. Это было только начало. На карте, которую я получила в приветственном письме, был изображен весь кампус, ожидающий меня. Имущество было построено на огромном участке земли между милями соснового леса. Там было озеро, футбольный стадион, лодочный сарай, ультрасовременный тренажерный зал и многое другое. Это была не просто подготовительная школа, это был чертов курорт. И я не могу отрицать, что мне очень хотелось это увидеть.

— Высокомерный, может быть, — усмехнулся Блейк. — Но предсказуемый? — Он подошел ко мне сзади, положив руку мне на спину, отчего дрожь пробежала по всему моему телу. Его насыщенный аромат пряного одеколона был слишком восхитительным, чтобы не заметить, когда он наклонился к моему уху. — Ты никогда не сможешь предсказать мой следующий шаг, Татум Риверс. Я тебе это обещаю.

Я застыла на долгое