Светлый мир (СИ) - "ЙаКотейко"

Мальчишка, похоже, понимал его состояние, не прекращая лыбиться, поманил пальцами правой руки, но сам шевелиться и не думал.

— Грок, да пни ты его чем, — возмущенно взревели монстры. Смотреть на мнущегося парнишу им надоело.

— А, курва, бей! — в спину впечатался еще один ком. Дернувшись, Анвар зло оскалился, чуть повернув голову к стоящим сзади.

— Бырг, пошевели своего, пускай прибьет этого щенка!

— Ашту, с-сука, вали его! — хриплый голос Бырга, закончился кашлем. Орк только успел затянуться дурной травой, как его пнули в бок, требуя действий.

Мальчишка одним плавным движением оказался на ногах, поднял руки и вновь поманил Анвара. Удостоверившись же, что кидаться на него тот не думает, первый сделал выпад. Смазанным движением оказался рядом и со всей дури саданул кулаком в живот. Анвар согнулся, пытаясь сделать хоть один вдох, и пропустил второй удар, по уху. Завалив противника в пыль, добивать мальчишка не стал, прошел по кругу, красуясь, и вновь застыл напротив, поманив ладонями.

Анвар поднялся на ноги, откашливаясь и сплевывая забившую рот пыль. Выдохнул медленно, как отец учил, и больше не ожидая пошел на бледного пацана.

— Давай, мочи его! — орали в запале монстры.

— Рви паскуду, — ржали все менее членораздельные голоса.

Мальчишки застыли друг напротив друга: побитые, в кровавых разводах, с расплющенными носами и раздутыми губами. Бледный больше не улыбался, зло провожая взглядом Анвара. Анвар устал, тоскливо думая, что тумаки от Грока не самое плохое, давно бы уже закончил и лежал спокойно на подстилке, подыхая. Здесь же просто так подохнуть не получалось, а проиграть… что-то подсказывало, что тогда Грок разозлится сильнее, чем если бы Анвар отказался биться.

— Может, хватит? Посмотри на себя, мы оба устали и больше не можем сражаться! — попытался достучаться Анвар до бледного, но тот в ответ лишь ухмыльнулся криво и зло.

Анвар сделал ошибку, придав противнику сил, признался в усталости и слабости. Ашту с новыми силами налетел на него, быстро и почти незаметно работая руками и ногами. Анвар не отставал, отбиваясь и даже иногда контратакуя. Бледный выдохся, Анвар болезненно скрючился, стараясь не свалиться. И вновь они стояли друг напротив друга.

— А кто-нибудь ставил на ничью? — пролетел легкий шепоток над заскучавшими монстрами.

— Не было у нас ничей! — буркнул Шрок, покусывая кривой желтый ноготь на руке.

— Так пускай будет, достали, — недовольно буркнул здоровый Убарг, ковыряясь в зубах чьей-то косточкой.

— Хрен вам, а не ничья! — заорал Грок, — как прибыль делить-то будем, никому?

Толпа недовольно заворчала, прибыль никому это не выход. Деньги хотели получить все, и желательно с процентами за победу.

— Ну а ты? — тихо зашептал Анвар, пока толпа выясняла отношения, — согласен на ничью?

— Не выйдет, — как ни странно, ответил мальчишка спокойно и даже вполне дружелюбно, пускай холод в его глазах до сих пор заставлял Анвара ежиться. — Их ничья не устроит, так что, давай быстрее. — После этих слов мальчишка бросился вперед, как-то хитро крутанул Анвара, бросил, и внезапно оказался на нем верхом, мерно и безэмоционально впечатывая голову в песок сильными ударами.

Эта каменная физиономия со льдом вместо глаз еще долго снилась Анвару в кошмарах, но тогда… Отключающееся сознание бубнило на одной ноте затихающей, монотонной мелодией: «Слабак. Позор. Если этот щенок победит, это будет твоя смерть. Смерть твоего отца. Не сможет он во Тьме упокоиться зная, насколько слаб его сын. Трус и слабак».

Заорав в лицо опешившему, отшатнувшемуся мальцу, Анвар неимоверным усилием зудящих, едва ощущаемых мышц откинул его с себя, налетел сверху, вымещая всю скопившуюся злость на свою беспомощность и, напрягая последние силы, взвалил висящего тряпкой противника на плечо, выпихнув его из круга. Опустил безжизненное тело на звякнувшие кувшины, прямо под ноги опешившему Быргу.

— Да! Да-а, выкусите с-суки! — взревел Грок.

За ним, все повышая голос, заорали и завизжали те, кто поставил на его бойца. Бырг зло пнул лежащего без сознания тощего мальчишку и, сплюнув в сторону, ругаясь поплелся к казарме. Больше здесь делать было нечего.

— Молодец, пацан, — каждый из выигравших монстров считал своей обязанностью ткнуть едва стоящего на ногах мальчишку кулаком в плечо, или широкой ладонью по спине.

На второго внимания никто не обращал, перешагивая через распластанное тело как через кучу мусора, а то и пиная радостно.

Плац опустел, оставив лишь стоящего в полной прострации Анвара, да тяжело дышащего его противника.

Переборов сковывавшую тело боль и обиду, что затаилась в душе на этого глупца, Анвар все же поднял его вновь на плечо. Медленно, стараясь сохранять то и дело желавшее покинуть его равновесие, он поплелся в казарму к своей лежанке. Стояла она в самом дальнем и темном углу, чтобы не путался под ногами у воинов.

— Зачем? — мальчишка очнулся, когда Анвар уже закончил с его лицом, приведя страшную, закоревшую маску опять в человеческое, пускай и попорченное лицо.

Анвар пожал плечом, не желая объясняться.

Тощий еще немного побуравил его холодными глазами и, выдохнув, отвернулся, позволяя продолжать.

Анвар его тогда почти седмицу выхаживал. Сперва даже думал, не сможет, упустит. Настолько плох был мальчишка, но ничего сдюжил, и тот, в благодарность, уже на четвертый день ехидно прокомментировал содержимое притащенной Анваром миски.

Сам Анвар тогда ел только раз в день, остальное оттаскивал Ашту. По-другому не получалось, добавки сопляку никто не давал, да и его порцию с удовольствием забрали бы, если бы не быстрые ноги и ловкость.

Глава 2

Анвар открыл дверь комнаты и напряженно замер.

Время раннее, но Сауле уже не было, ушла к Абару. Кахира наверняка взяла с собой, она его не отпускает.

Вот только, в покоях кто-то был. Кто-то, кого здесь быть не должно.

Анвар вытащил ромфею — «подарок», который Ашту вернул из эльфийского плена — и крадущимся шагом двинулся вглубь помещения, обводя взглядом доступное пространство. На первый взгляд, все как обычно: тяжелые шторы чуть трепещут от сквозняка, диван, стол и два кресла, дверь в гардероб прикрыта, в спальню нет, и вот там…

— Да не нервничай ты, — с легкой насмешкой велел до боли знакомый голос.

— Ашту, тьма побери, что ты тут делаешь? — едва сдерживая рычание, спросил Анвар у развязной фигуры, появившейся в проеме двери.

— Тебя жду, — пожала плечами фигура, ничуть не смущаясь недовольства хозяина.

— Какого… как ты сюда попал? — вернув ромфею на место, уже почти спокойно уточнил Анвар.

— Милашка твоя впустила, — хохотнул Ашту, а Анвар застонал.

Вот как же ей объяснить. Пять лет прошло, а она все никак не запомнит, что живет среди темных. Пусть последнее время в замке стало значительно спокойнее. Пускай Ашту друг, но он темный и что взбредет в его больную голову, можно только гадать. Даже шутка Несущего хаос, может откликнуться большими проблемами.

— Не кипятись ты. Я же обещал, что не трону, ни ее, ни, уж тем более, Кахира.

Ашту отвернулся, глотнув из бокала в попытке скрыть обиду, и шагнул в гостиную, выглядывая куда пристроиться. Недолго думая сел на диван, забросив ноги на низкий резной столик. Хозяйки нет, можно расслабиться.

Сауле давно и безуспешно вела борьбу с привычками Несущего хаос, периодически заходившего к Анвару по делам или поговорить.

Анвар лишь хмыкнул и на обиду друга, и на нарочитое поведение.

— Хотел видеть? — откинув голову на спинку, лениво поинтересовался Ашту.

— Да, — Анвар медленно прошел к бару. — Что ты устроил вчера в Цемре? К чему эти смерти?

— Этот недоумок плел интриги, собираясь кое-что исправить в нашей иерархии. Его действия грозили замку проблемами, — поморщившись рассказал тот. — Пришлось несколько поубавить его пыл.

— Ты убил девять воинов!

— Я их и пальцем не тронул! — возмутился Ашту, пытаясь посмотреть на Анвара через спинку дивана, при этом не отрывая от нее головы.