Лайла. Сквозь галактику за счастьем (СИ) - Макушева Магда

В чем моя вина, если от меня тогда вообще ничего уже не зависело?

— Я просто не могу здесь оставаться, — помотала я головой. — все, что меня окружает, — я махнула рукой в сторону выхода из кабинета начальника. — напоминает о прошлом и не дает прийти в себя и преодолеть произошедшее. Коллеги, смотрящие сначала с жалостью, а теперь с подозрением и страхом, соседи по жилому комплексу, начинающие шептаться при моем появлении, знакомые, переставшие со мной здороваться... Знаете, даже в “нижнем” торе станции разумные, те самые отбросы и теневые элементы, относились к нам с бабушкой более терпимо и спокойно, и не тыкали пальцами при каждом удобном случае, припоминая грехи наших прародителей. Все, с чем я сейчас столкнулась - невыносимо, мерзко и мучительно. Это не позволяет забыть о случившемся ни на миг или расслабиться за пределами стен моего жилого отсека хоть на долю секунды. После новости о том, что случилось с Адамом и его... подругой, после расщепления его тела, которое пришлось организовывать мне, после...

Перед глазами встал образ хватающей меня за руку Энрики Болер, “новой любви” мужчины, с которым я всей своей сущностью вплоть до того рокового дня и подслушанного нечаянно разговора желала встретить старость, и которому до последнего верила, как себе.

Ее растрепанные светлые волосы, наполненные болью, слезами и непонятной мольбой глаза, кровь на комбинезоне, проступающая между бедер, бледные, искусанные губы, исступленно повторяющие имя моего бывшего супруга.

“Его нет, Лайла. Адама больше нет. ”

Знаете, что самое горькое и поразительное во всей этой ситуации? То, что соседи и все остальные вдруг вспомнили, КЕМ были мои предки, и ЧТО я кричала мужу в порыве неожиданно накатившей слепой ярости и жгучей обиды, вызванных жуткой, открывшейся случайно правдой, когда он уходил от меня к Энрике Болер из наших апартаментов. И стало неважно, что я тоже жертва, а все случившееся - лишь чреда трагических совпадений. Стало неважно, что до этого никто не мог сказать обо мне хоть что-то плохое, потому что я действительно неспособна на нечто по-настоящему жесткое, злое и коварное.

Бывших сигойн не бывает. От наследия предков просто так не избавиться. Гены не вытравить искусственно, даже делая миллион физических модификаций и меняя структуру своего ДНК. Все “космические странники”, в том числе выбравшие оседлый образ жизни и отступившие от своих традиций, лелеемых тысячелетиями - по умолчанию отщепенцы, бродяги, изгои, не нашедшие дома даже в бескрайнем космосе. Особенные люди, выделенные в отдельную касту, окутанные ореолом тайны, мистических и далеких от реальности историй, свято хранящие свои секреты до такой степени, что им можно приписать даже способность навредить, просто необдуманно, сквозь слезы и переполняющее до краев разочарование, сказав: “Тебе все воздастся, мерзкий предатель.”.

Это только кажется, что новая космическая эра избавила людей от оков старых суеверий и предрассудков.

“Лайла его прокляла...”

“Я слышала, что ее бабушка...”

“Сигойны могут отмстить “своими штучками”.”

“Я уверен, что у ром до сих пор есть ритуалы, приносящие их врагам несчастья.”

“Лайла точно что-то такое сделала, чтобы отомстить гулящему мужу и его новой возлюбленной.”

“Бедняжка Энрика потеряла ребенка. А Лайла только рада. Она замешана во всем этом, я уверена. Еще свекровь рассказывала мне...”

Да-да, не удивляйтесь. Технологии меняются, люди и представители других разумных рас за последнее тысячелетие шагнули в своем развитии далеко вперед, давно освоив нашу галактику и стремясь продолжить покорять бескрайние просторы вселенной. Но многие разумные все равно продолжают приписывать себе подобным способности, не доказанные современной наукой, вспоминая почившее в веках прошлое, и строить теории на основе давно покрытых пылью и тленом легенд, превращая их в сплетни, которые с удовольствием смакуют, придумывая новые леденящие душу подробности от собственного скудоумия, ограниченности, скуки, из зависти или еще по какой-нибудь причине.

— Вижу, что вас не переубедить и не отговорить. — вздохнул господин Айс. — Что же, может быть, то, что сейчас вам покажу, изменит ваше решение, пока еще не стало слишком поздно. Если вы захотите разорвать контракт после его подписания, то с вас обязательно стребуют внушительную неустойку, из-за которой еще долго придется работать на станции бесплатно. Не хочу, чтобы подобная новость стала для вас неприятным сюрпризом, потому что убежать до конца от воспоминаний и прошлого вам, Лайла, похоже, все же не удастся, даже если вы присоединитесь к экспедиции. К моему большому сожалению, отголоски произошедшего будут и дальше вас преследовать независимо от ваших планов и желаний и там, где вы хотите от них скрыться.

Мой коммуникатор пиликнул, оповещая о пришедшем от шефа сообщении.

Перед глазами замелькали имена членов экспедиции “Невуса”, уже подписавших соответствующий контракт.

Один из пунктов списка был обведен дважды, чтобы я точно его не пропустила.

Я закрыла глаза, пытаясь утихомирить вмиг зачастившее под ребрами сердце. Схватилась за подлокотник робо-кресла, снова и снова перечитывая два слова, составляющих знакомое имя, выжженное на сердце болью предательства. Внутри меня полыхала обида за беспощадные и необъяснимые игры Провидения и собственное бессилие перед лицом возникшей проблемы.

Захотелось закричать, вскочить, затопать ногами, схватить что-нибудь со стола моего начальника и швырнуть в стену.

Разумеется, ничего подобного я не сделала, просто загнанно задышала, методично считая вздохи и выдохи.

То, что точно передалось мне от предков - пылкий темперамент, вспышки которого периодически приходилось гасить насильно в особенно острые для моего внутреннего состояния моменты. Иногда мне казалось, что, переполняясь эмоциями, я чувствую, как в кончиках пальцах и в волосах собирается невидимая глазу жалящая энергия, которая может заискрить и вырваться на поверхность в любую секунду.

Конечно, это были лишь фантазии, пришедшие в голову еще в детстве и развеянные бабушкой, потому что помимо обостренной интуиции и некоторых не поддающихся логическому и научному объяснению, скажем так, особенностей видеть немного больше, чем другие люди, наверняка все же передавшихся мне от предков-сигойнов, никакими сверхъестественными способностями я конечно не обладала.

Это все бред и выдумки. Пусть иногда мысли материальны, а слова, сказанные в моменте, могут на что-то повлиять в будущем или вернуться к тебе или другим разумным самым причудливым образом, мое запальчивое обещание мужу точно не привело бы Адама и его пассию к настолько печальному итогу. Я их не проклинала. В тот переломный момент своей жизни я думала, как мне существовать дальше в одиночестве с разбитым вдребезги сердцем, считая, что я выше мести, а Адам Орис и Энрика Болер не заслуживают даже моей ненависти. Моей вины в том, что случилось с ними потом, не было и нет.

— И ее подписали на миссию, несмотря на состояние здоровья? Я ведь узнавала детали, и мне неоднократно подтверждали, что почти весь экипаж собран из представителей колоний и планет Содружества. Исконных жителей станции в команде "Невуса" по пальцам пересчитать! — прошелестела я хрипло, стараясь не демонстрировать начальнику, до какой степени ошеломлена полученными новостями, и насколько они меня тревожат и буквально уничтожают.

Я же все рассчитала...

Я же все для себя решила, нестерпимо желая избавиться от старой жизни....

Порвать с ней в надежде, что впереди меня будет ждать что-то новое, светлое и счастливое...

Улететь, скрыться, сделать так, чтобы фантомы недавней личной катастрофы перестали меня терзать каждый прожитый день, проведенный на “Экране” лицом к лицу со своей болью под потоком злых взглядов и слов...

— Вы, думаю, слышали, что ее отец - не последний человек в Совете станции от “среднего” кольца. Видимо, он решил, что для девушки тоже будет лучше временно улететь с “Экраны”, пока ваша история не уляжется. Дать ей время восстановиться и переключиться на что-то иное.