Голубь погибели - Кай Имланд

– Я остановлю тебя! Прямо сейчас! – зло бросила она в лицо противнику.

Патриарх чуть улыбнулся, его усы шевельнулись, а глаза замерцали в полумраке зловещей желтизной.

– Ну что ж, попробуй… – насмешливо процедил он, поднимая руки ладонями вверх.

Мир потряс страшный удар грома. Небо, словно ливень стрел, разорвали ветвистые молнии. Слепящие клинки электричества врезались в землю. Бичи плазмы хлестнули девушку. Та с визгом полетела в сторону. Но тут же, перекатившись, вскочила на ноги. Ее рука откинула назад слегка обгорелую прядь, а нежное лицо потемнело от ярости. Она вихрем устремилась на врага, замахиваясь мечом. Прыжок, замах, удар, затем еще и еще. церковник качнулся, разимый хищной сталью. Из его горла вырвались вздохи. Но он не упал. Девица отскочила, заняв боевую стойку. Ее грудь часто вздымалась, глаза горели, меч в руках дрожал. Патриарх отряхнулся, хмыкнул. Его рука простерлась к оппонентке, рукав облачения загорелся. С ревом с него сорвался огненный вихрь. Приняв форму дракона, он обрушился на девицу. Та дернулась, огласив округу воплем нестерпимой боли. Однако она, встряхнувшись, снова встала на ноги. Снова замах, разбег – и ее легкое тело взлетело, словно подхваченный бурей лист, чуть не под облака. Клинок меча запылал, и его хозяйка с ревом обрушилась вниз. В полутьме, словно молния, засверкал клинок. Под его ударами враг задергался, в стороны полетели брызги крови. Воительница отпрянула, замерла, твердо опершись ногами о землю. Но враг снова поднялся, усмехаясь. Его руки возделись к небу. Пальцы замерцали голубым огнем. Воздух пронзил сухой треск, и с рук волшебника сорвался ливень тонких лучей. Они, словно туча жадных насекомых, вонзились в тело девушки. Ту затрясло, как в лихорадке, тело охватил вихрь синего пламени. Вспышка – и девица вверх тормашками полетела в кусты. Взметнулось облако листвы, в стороны брызнули какие-то зверюшки, но уже через миг она, с треском ломая ветви, выбралась обратно на поляну. Ее одежда покрылась пятнами грязи, кое-где разорвалась, по лицу протянулись алые дорожки. Но глаза смотрели на самодовольного старца так же непримиримо. Вот только стояла амазонка с трудом, сгибаясь к земле. Ее рука сделала крестообразный взмах, в воздухе пронеслись верткие искры. Вокруг тонкого стана пронеслись спирали света. Тут же пятна грязи исчезли с одежды, лицо разгладилось и очистилось. Девушка выпрямилась, столь же гордо, как и раньше.

Лицо врага снова покривила усмешка. Он скрестил руки на груди, чуть склонив голову. Губы что-то быстро зашептали. Раздался электрический треск, в стороны посыпались хвостатые искры. Воздух вокруг злодея замерцал, вверх побежали разноцветные сполохи. Девица выпрямилась, ее руки устремили меч в зенит. Клинки ярко загорелись. В стороны от них устремились лучи. Они закружились, будто карусель. Металл светился все сильнее, на него уже больно взглянуть. Вдруг воительница сорвалась с места, ее сапоги, замелькав с головокружительной быстротой, подняли тучу пыли. Вот она сорвалась с места – три громадных прыжка – и она нависла над врагом. Быстрый взмах меча, и на голову старца обрушились сокрушительные удары. Один, другой, третий – они сыпались так быстро, что нельзя уследить. Каждый сопровождался вспышкой. Вот фигуру патриарха захлестнула морская волна, затем – огненный взрыв, разряд молнии, а тут земля вспучилась, ударив злодея бурым столбом. Наконец, девица взмыла вверх, занеся оружие за спину. Меч вытянулся, пылая, метров на 5. Просверк расплавленного металла, и разящий клинок обрушился на врага. Женщина отскочила, внимательно глядя на противника. Тот, тяжело дыша, припал на колено. Его голова дергалась, по телу, из под лохм рассеченного облачения, струилась кровь. Он медленно поднял голову.

– Ты думаешь, победила? – спросил он, глядя на амазонку. Музыка отреагировала на это парой высоких аккордов.

– Правда всегда берет верх! – дерзко бросила она, не опуская оружия. Ее голова гордо тряхнула растрепанными розовыми локонами.

– Да что ты знаешь о правде? – досадливо поморщился старец.

Вдруг его тело затрясла крупная дрожь. Оно дергалось, точно колеблемая детьми слива. От членов повалил густой дым. Контуры тела заколебались, стали полупрозрачными.

– А-а-а! – вырвался из его горла протяжный вопль, от которого по спине у девицы побежали мурашки. Ее глаза испуганно расширились.

Тело врага медленно превратилось в темное облако. Оно заклубилось, пронзаемое разрядами, едва касаясь земли. Вот оно начало принимать некую форму… широкий торс, длинные, переплетенные могучими мышцами ноги, с согнутыми назад коленями. Длинные, почти до земли руки, с мощными пальцами, увенчанными кривыми, словно турецкие кинжалы, когтями. Массивная голова с длинным рылом и жуткой пастью, усеянной острейшими зубами. На лбу горели желтым пламенем глаза. Чудище походило на прямостоячего волка ростом метра 4. Только тело его оставалось призрачным.

– О, женщина! – пророкотал монстр – Я покажу тебе истинную силу посвященных!

– Чертов ублюдок! – яростно бросила девица, дрожа всем телом, толи от страха, толи от злости – Теперь я вижу, что скрывается за вашими речами! Вы служите злу! Но я положу тому конец!

Она сорвалась с места, прыгнула. Меч со свистом ударил врага, потом еще и еще. Чудище слегка дернулось, но не похоже, чтобы сильно пострадало… Девушка отскочила, тяжело дыша. Вокруг ее тела заклубился зеленоватый туман. Она слегка охнула, будто у нее закололо в боку. А враг простер вперед лапу, когти повернулись вверх, издав сухой щелчок. Вмиг из земли вокруг девушки взметнулись гигантские сосульки, искривившись в воздухе, пронзили тело воительницы. Она со сдавленным стоном взметнулась вверх, словно насаженный на иглу жук. Враг загнул один палец. Лед со звоном разлетелся в прах, но не успела девица упасть, как с неба обрушился огненный вихрь. Он завертел тело несчастной в убийственной карусели… Враг загнул второй палец. Со стоном покрытая сажей девушка упала на землю. Над ней воздух засветился, в нем зажглись белые точки. В стороны от них зазмеились молнии. Уши заложило от сухого треска. Бичи молний, вертясь с невероятной скоростью, обрушились на воительницу. Та лишь повизгивала, кажется, она почти оглушена. Враг загнул третий палец. Земля задрожала, по ней побежали трещины. И тут же вверх вздыбились огромные каменные плиты. Из них в стороны метнулись острые гранитные иглы. Снова девушка примерила обличье жука в коллекции. Враг махнул лапой. Земля успокоилась, снова их окружала мирная поляна. В воздухе витала мрачная песня хоров. Ее сопровождал гром труб и барабанов.

Но девушка еще была жива. Она, шатаясь, встала на ноги. Рука смахнула струящуюся из ноздрей кровь. Тряхнув головой, она ринулась на врага. Замах… монстр ловко перехватил клинки когтями. Могучая лапа отшвырнула воительницу. Та полетела на землю, словно тряпичная кукла. Враг хлопнул в ладоши, и из земли выросли обглоданные ребра, плотно сжав тело девицы в жестокой хватке. Та застонала, извиваясь всеми конечностями. Вот ей, покрасневшей от натуги, удалось освободить ногу, потом руку. Еще пара рывков, и она свободна. На нее страшно смотреть – вся в синяках, одежда изорвана, по рукам обильно бежит кровь. Но лицо сурово и решительно. Нежные пальцы извлекли из притороченной к ремню сумки какой-то предмет, подкинули в воздух. Тот рассыпался дождем зеленых искр. Огоньки счистили с одежды грязь, кровь остановилась, хотя вид у амазонки остался помятым. Волчара скакнул к ней, стальные когти подхватили девушку под ребра. Пасть раззявилась, сверкнули клыки, и монстр принялся, яростно чавкая, грызть жертву. Та, наполовину скрытая в страшном рту, дергалась, слышались приглушенные взвизги. По одежде стекала тяжкая слюна. Наконец, довольно рыкнув, монстр отбросил девицу. Та, шатаясь встала. Она взмахнула рукой, но ничего не случилось. Ее ноги подкашивались, руки дрожали.

– Я покончу с тобой! Чего бы это не стоило! – крикнула она срывающимся голосом, но слова оборвались надсадным кашлем.

Но, совладав с собой, воительница распрямилась, и с ревом понеслась на врага. Клинки меча запылали. Короткий замах, и они вонзились чудищу в брюхо. Тот дернулся, чуть подпрыгнул. На морде изобразилось что-то вроде изумления. Могучее тело задрожало, темень, будто вода, стала стекать с него. Из-за туч проглянула луна, осветив выступавшую из под лохм клубившейся вокруг волка тьмы серую шерсть. Но вражина не растерялась. Тряхнув страшной головой, она разинула пасть. Лапы раскинулись в стороны, выкатив грудь колесом. Из утробы вырвался протяжный вой. Девушка, тяжело дыша, наблюдала за этим. Неожиданно в небе над ней материализовались гигантские черные клыки. Еще несколько выскочили из земли. Женщина вздрогнула, попыталась метнуться в сторону. Но поздно… призрачные клыки со свистом устремились на нее со всех сторон. Щелчок, противный хруст, пронзительный визг, и тело амазонки вспороли жуткие зубы. Они задвигались взад – вперед, словно пилы. Полетела кровь, тело в стальном капкане беспомощно, с еще отчаянной попыткой жить, задергалось. Хруст, хлюпанье – на землю посыпались, орошаемые кровью, куски тела… Волк опустился на передние лапы, из его груди вырвался заунывный вой. Издали ему ответили. Музыка стала тише, трубы утихли, тихо заплакала скрипка. Мир медленно померк, его поглотила сплошная тьма. Скрипку сменил мелодичный перебор фортепиано. Все стихло, и из тьмы выплыла собранная из костей надпись «Game Over». А снизу, чуть погодя, выскочила другая: «Continue?» рядом зажглись пара кружков – один с синим крестиком, другой с оранжевым ноликом. Лишь только они существовали теперь во всем мире…