Дикие карты - Джордж Мартин

По его словам, парень якобы прилетел с планеты Такис. Ну а я в жизни о такой планете не слыхал. Марс, Венеру, Юпитер — да, знаю. Даже Монго и Барсум. Но Такис? Я обзвонил десяток известнейших астрономов по всей стране, обращался даже к одному англичанину. «Где такая планета — Такие?» — спрашивал я их. Нет такой планеты, ответили они мне.

Он же вроде был инопланетянином, так? Что ж, мы обследовали его. Полное медицинское освидетельствование, рентген, уйма психологических тестов, все как положено. Результаты показали, что он человек. Как только мы его не крутили — человек, и все тут. Ни тебе лишних органов, ни зеленой крови, по пять пальцев на руках и на ногах, два яйца, один х... — все как полагается. Этот сукин сын ничем не отличался от вас или меня! Черт возьми, да он говорил по-английски! И по-немецки тоже. А также по-русски и по-французски, и еще на нескольких других языках, уже не помню на каких. Пару раз я записывал наши беседы на пленку и потом давал прослушать лингвисту, так тот сказал, что у него центрально-европейский акцент.

А психиатры! Ха! Вы бы слышали их отчеты! Классический случай паранойи, твердили они. Мания величия... короче — шизоид. Чего только не говорили! Нет, ну вы понимаете, этот придурок заявил, что он принц из космоса, что он обладает какой-то там долбаной магической силой и прилетел к нам в одиночку, чтобы спасти всю нашу чертову планету. По-вашему, нормальный человек станет такое говорить?

Да, позвольте еще кое-что сказать насчет этой его чертовой магической силы. Признаюсь, именно она больше всего меня и встревожила. Ну, то есть, Тахион мог не только сказать, о чем вы думаете, он мог так странно на вас взглянуть и заставить вас вскочить на стол со спущенными портками, хотели вы того или нет. Я проводил с ним целые дни, и он убедил меня. Беда в том, что мой отчет не убедил наших генералов. Они решили, что это какой-то трюк, что он гипнотизирует нас, а потом при помощи всяких психологических штучек заставляет нас поверить, будто он может читать мысли.

Нет, он не просил многого. Он хотел всего лишь встретиться с президентом, чтобы мобилизовать всю американскую армию на поиски какой-то потерпевшей аварию ракеты. Руководить всем, разумеется, собирался сам Тахион — ни у кого другого не хватило бы квалификации. Но, так и быть, позволил бы нашим научным светилам быть у него на подхвате. Парень хотел радар, реактивные самолеты, подводные лодки, собак-ищеек и еще всякие странные приборы, о которых никто и слыхом не слыхивал. А отчитываться ни перед кем не хотел. Одевался он, сказать по правде, как какой-нибудь педик-парикмахер, а команды раздавать горазд был — можно подумать, на погонах у него три звезды, не меньше.

А все почему? Ну да, его история была хороша. На этой его планете, на Такисе, по его словам, всем заправляла пара десятков знатных семейств, что-то вроде королевского двора, но только все они якобы обладали этой самой магической силой и над всеми, у кого ее не было, верховодили. И эти семейства большую часть времени враждовали, как Хэтфилды с Маккоями. А у его родственничков было секретное оружие, над которым они работали вот уже пару столетий. Искусственно созданный вирус, взаимодействующий с генетической структурой организма хозяина, так он сказал. И Тахион к этому руку приложил.

Ну, я решил ему подыграть. «И как же действует этот микроб?» — спрашиваю. Можете себе представить, что он мне ответил? «Он действует по-всякому!»

Если верить Тахиону, то вирус должен был увеличивать эту их ментальную силу, возможно, даже наделять их какими-то новыми способностями, превращать их чуть ли не в богов, что, как пить дать, позволило бы его родственникам взять верх над всеми остальными. Но так получалось не всегда — чаще всего подопытные помирали. Tax все болтал и болтал, какой этот вирус опасный да смертоносный, так что в конце концов я даже струхнул немного. «Ну и какие у него симптомы?» — спросил я. Мы тогда, в сорок шестом, уже знали про бактериологическое оружие, и я поинтересовался просто так, на всякий случай: а вдруг он говорит правду, тогда хоть будем знать, что искать.

Ничего вразумительного парень мне не ответил. Симптомы, сказал он, могут быть самые разные, у каждого свои. Вы слыхали о микробах, которые так действуют? Лично я — нет.

Потом Тахион сказал, что иногда вирус не убивает людей, а превращает их в уродов. «Каких уродов?» — спрашиваю. В самых разных, ответил он. Я согласился, что штука, видать, действительно мерзкая, и спросил — а почему его родственники не испробовали ее на других семействах? Потому что иногда вирус срабатывает, ответил Tax; он переделывает своих жертв, наделяет их новыми способностями. Какими именно способностями? Самыми разными, какими же еще?

Короче говоря, получили они эту дрянь. Но испытывать ее на врагах не хотели: она могла дать им силу. Испытывать на себе и погубить половину семьи тоже не хотели. Плюнуть на нее тоже было жалко. В общем, они решили проверить ее на нас. Почему выбрали именно нас? Потому что мы генетически идентичны такисианам, сказал он. Единственная такая раса, о которой они знали, а этот микроб был рассчитан на такисианский генотип. Почему именно нам так повезло? Некоторые из них полагали, что наши эволюции шли параллельно, другие считали Землю потерянной или забытой такисианской колонией. Он не знал точно, да это его и не волновало.

Его волновал эксперимент — он считал, что это подло. Тахион утверждал, что высказывал возражения, но его не послушали. Корабль вылетел. И парень решил помешать. Он отправился следом за ними на другом, маленьком кораблике и спалил к чертовой матери этот свой тахионный двигатель, чтобы поспеть сюда вперед них. Когда Tax их перехватил, они велели ему убираться к черту — это своему-то! — и завязалось что-то вроде космического боя. Его корабль подбили, тем ребятам тоже изрядно досталось, и они рухнули, по его словам, где-то на востоке. Он потерял их — из-за повреждений корабля. Поэтому он приземлился в Уайт-Сэндзе, где, как он считал, ему смогут помочь.

Я все это записал на пленку. Потом военная разведка к каким только экспертам не обращалась: к биохимикам, к докторам, к специалистам по бакоружию — короче, всюду. Инопланетный вирус, сказали мы им, с совершенно произвольными и непредсказуемыми симптомами. Быть того не может, ответили они. Полная нелепица. Один из них даже прочитал мне целую лекцию — дескать, земные микробы ни при каких условиях не могут подействовать на марсиан, как в книгах Герберта Уэллса, а марсианские микробы, наоборот, на нас. А ту штуку насчет произвольных симптомов вообще все на смех подняли. И что мы, скажите на милость, должны были делать? Тогда все кому не лень отпускали шуточки по поводу марсианского гриппа и космической лихорадки. Кто-то — не знаю, кто — в каком-то отчете назвал его «вирусом дикой карты», и все остальные тут же подхватили это название, но никто не поверил ни на секунду.

Ситуация сложилась скверная, а Тахион только усугубил ее, когда попытался сбежать. И даже почти успешно, но, как говаривал мой старик, почти не считается. Пентагон прислал вести допрос своего человека, некоего полковника Уэйна, и, думаю, это стало последней каплей. Тахион подчинил полковника Уэйна своей воле, и они вдвоем просто вышли из здания. Каждый раз, когда кто-то преграждал им дорогу, Уэйн приказывал пропустить их, а у парней его ранга есть свои привилегии. И еще Уэйн рассказывал байку, будто бы у него есть приказ отконвоировать Тахиона обратно в Вашингтон. Они конфисковали джип и даже успели доехать до космического корабля, но к тому времени один из часовых сообразил связаться со мной, и там их уже поджидали мои ребята, которым был дан приказ игнорировать все, что будет говорить полковник.

Мы вернули Таха обратно и еще усилили охрану. Несмотря на всю свою магическую силу, с этим он поделать ничего не смог. Этот парень мог заставить плясать под свою дудку одного, ну, может быть, трех-четырех, если старался изо всех сил, но не всех нас, а мы к тому времени уже научились не попадаться на его удочку.

Может, с побегом он и погорячился, но зато эта попытка принесла ему встречу с Эйнштейном, о которой он нас умолял. В общем, нам с Уэйном удалось добиться разрешения самолетом доставить заключенного в Принстон. Я рассудил, что один разговор с Эйнштейном вреда не сделает, а пользу принести может. На корабль нам ходу не было, а из самого Тахиона мы уже выжали все, что могли. Все-таки Эйнштейна считали величайшим умом в мире, вот я и подумал — вдруг ему удастся раскусить этого стервеца?

До сих пор находятся такие, кто считает, что во всем виноваты армейские, хотя это не так. Все мы крепки задним умом, но я был там и даже на смертном одре стану утверждать, что все меры, какие мы приняли, были разумными и логичными.

Но что действительно выводит меня из себя, так это когда начинают болтать, что же это мы ничего не сделали, чтобы найти эту чертову капсулу со спорами дикой карты. Может быть, мы допустили ошибку, да, но мы же не дураки и прикрыли свои задницы. Каждая распоследняя военная база в стране получила указания искать потерпевший аварию космический корабль, похожий на ракушку с фонарями. Я, что ли, виноват, что ни на одной из них наши указания не приняли всерьез?