Волк Севера (ЛП) - Дункан M. Гамильтон

которого вы все знаете как Ульфира Кровавого, бича Белека, Драугара и Дракона, избранника Йорундира, с самого детства и до его последнего великого деяния. Вы услышите о его знаменитой группе воинов: Эндерлейне Великом Клинке, Вараде из Дарвароса и Яговере Скальде, а также о других, столь же храбрых, чьи имена были развеяны ветрами времени. Кое-что вы уже слышали, но ни одна живая душа не слышала всего этого, да еще в таком изложении".

Никто не шелохнулся. Все взгляды были устремлены на него. Рассказчику пришлось подавить улыбку, не желая отвлекаться от торжественности своего рассказа. Его кожу покалывало. Это был момент, который сделал все это стоящим; пьянящее предвкушение, надвигающаяся радость от хорошо рассказанной истории.

Эта история, как и многие другие, существует благодаря женщине и любви, которую испытывал к ней один человек…

Часть I

1

Вульфрик с усилием вытащил меч из воды. Металл был холодным от пребывания в ледяной реке. Несмотря на то, что весна уже наступила, река спускалась с Высокогорья, где снег и лед никогда не таяли. Его пальцы онемели от прикосновения к холодной стали, и он изо всех сил старался не уронить ее. Лезвие было покрыто тонким слоем бурой ржавчины, которая на ощупь была зернистой, но он знал, что металл под ней все еще хороший. Кожа рукояти была цела — она недолго пробыла в воде. Он едва мог поднять его обеими руками, поэтому, таща его за собой, он попятился назад по берегу реки. Оказавшись на скользкой грязи у самой кромки воды, он остановился и позволил острию погрузиться в землю. Поддерживая меч одной рукой, он осторожно коснулся пальцем его острия. Оно все еще было острым.

Он еще несколько мгновений смотрел на меч, мысленно убеждаясь, что это действительно то, о чем он думает; он впервые держал в руках настоящий меч. Его никогда не подпускали к отцовскому мечу. Мечи стоили дорого, и он подумал, нельзя ли вернуть этот меч в первозданное состояние и продать. Его мать сочла бы монету полезной, хотя отец презирал деньги. Его не интересовало ничего, что нельзя было завоевать умением и силой оружия. Деньги были уделом торговцев и хитрых купцов, которые проходили через деревню, приезжая из городов на юге, чтобы продать свои товары. Для воина это было ниже презрения, даже если иногда это было необходимо. Даже ржавый, меч притягивал Вулфрика. Воина редко можно было увидеть без меча. У лучших из них были имена и рассказы о великих делах. Вулфрик подумал, не может ли этот меч быть одним из таких. Может быть, мать разрешит ему оставить его у себя?

Он посмотрел в сторону от меча и пошел вдоль берега реки, чтобы увидеть, нет ли там еще чего-нибудь ценного. Река была неширокой; если очень постараться, можно было перебросить камень на другой берег. Вода была еще слишком холодной, чтобы переходить ее вброд, но ниже по течению был шаткий деревянный мост, по которому можно было перебраться, если он заметит что-то стоящее внимания.

Должно быть, там, выше по реке, была битва, подумал Вулфрик. Он не мог поверить, что кто-то мог быть настолько беспечен, чтобы потерять такое прекрасное оружие. Его теория подтвердилась, когда он увидел раздувшийся труп, зацепившийся за куст на другом берегу. Он плавно покачивался на воде, которая текла мимо него. Вульфрик почувствовал, как у него забурчало в животе, когда его сознание дорисовало детали, которые не мог разобрать глаз. Меч, вероятно, принадлежал тому человеку, кем бы он ни был. Вульфрика охватила паника. Что, если убитый воин превратился в драугра и захочет вернуть свой меч? Он уставился на тело, но не увидел никаких признаков фоксфайра. Жрец Этельман говорил, что драугр и фоксфайр всегда ходят вместе. Тем не менее, его желание сохранить меч сильно уменьшилось. Просто держа его в руках, он почувствовал тошноту в желудке.

'Что у тебя там, толстяк?'

Вулфрик испуганно вскочил. Сначала он подумал, что голос исходит от тела, но он раздался у него за спиной. Однако этот факт не уменьшил его страха, потому что он хорошо узнал голос и знал, что он означает. Родульф и трое его дружков, Рорик, Хелфрик и Вальмер, стояли в нескольких шагах от него. Все они были воинами-учениками и считали, что могут делать все, что им заблагорассудится. По большей части они были правы.

'Ну что? В чем дело, толстяк? сказал Родульф, присев перед ним на корточки.

'Это меч', - сказал Вулфрик, его глаза едва доставали до подбородка Родульфа.

"Что такой жирный маленький засранец, вроде тебя, делает с мечом? Родульф пристально смотрел на Вульфрика, его глаза были как темные угли на фоне бледного, угловатого лица и песочных волос.

'Нашел его', - сказал Вулфрик.

Отдай его. Родульф протянул руку, стоя с уверенностью, что их четверо, а Вульфрик — один.

Вульфрик подумал о том, чтобы бросить им вызов. Его отец мог презирать деньги, но мать — нет, и отец был совершенно счастлив наслаждаться приятными вещами, которые она покупала на них, когда могла. Она могла бы продать меч за хорошую цену, на которую можно было бы купить прекрасные ткани и пряности с юга. Если бы он передал его, мать Родульфа сделала бы это, а его семья наслаждалась бы удачей Вулфрика. Он знал, что так или иначе вернется домой без меча, но что-то шевелилось внутри него. Оно не позволяло ему отдать его Родульфу.

'Отдай меч. Сейчас же! сказал Родульф.

Вулфрик знал, чем обернется его неповиновение, но ничего не мог с собой поделать. Он бросил меч обратно в реку с такой силой, на какую только были способны его хрупкие руки. Он был гораздо тяжелее камня, но он вложил в этот бросок больше, чем когда-либо прежде; все унции гнева, разочарования и бессилия, которые он чувствовал в этот момент. Он плюхнулся в воду — ледяную воду — почти точно посередине реки.

'Какой меч?' сказал Вулфрик, испытывая такое чувство удовлетворения, что побои, которые ему предстояло получить, почти оправдали себя.

Вулфрик! Вулфрик! Смотри, что я нашла!" Адальхаид подбежала к Вульфрику, который сидел у дерева на поляне рядом с деревней, и опустилась рядом с ним. Его лицо болело, как и многие части тела. Он понял, что его темные светлые волосы слиплись от крови после предыдущей встречи с Родульфом у реки, и попытался убрать