Судьба принцессы - Дарья Котова

они не были столь глупы, чтобы воевать против самого могущественного королевства, в котором властвовала Тьма. Логра была слишком далеко, Фелин’Сен и Рестания — слишком сильны, поэтому внимание степняков привлекли светлые эльфы. Еще немного, и Рассветный Лес запылал бы в огне пожарищ. Король Линэлион наступил на горло своей гордости и попросил помощи у людей: еще со времен Раскола их с Фелин’Сеном и Орденом Света связывали узы поддержки. Однако для смертных прошло слишком много веков, чтобы помнить былую дружбу. Оставшись без союзников, король светлых эльфов обратил свой взор на тех, кто мог бы спасти его народ от верной смерти — на Темную Империю. Там властвовала Тьма, там правил жестокий Темный Император, дроу, что однажды выиграл войну Света и захватил половину мира. Этот союз бы не поняли, не простили. Но Линэлион рискнул. Ему было что предложить: на востоке его земель находились шахты с голубой рудой, из которой изготавливалось уникальное магическое оружие. Клинки из голубой стали были на вес золота. Конечно, существовала еще лосская сталь, но мечей из нее насчитывалось едва ли с пяток, да и ковать ее никто не умел, все знания потерялись в веках. А вот оружие из небесной руды (как еще называли голубую руду) изготавливали по всему миру. Светлые эльфы, владельцы единственных шахт, неохотно продавали этот ценный материал. Тем более они бы никогда не пошли на сделку с Темной Империей, той самой приходилось контрабандой скупать уникальную голубую руду. Так что предложение Линэлиона было поистине щедрым. А чтобы Темный Император был уверен в добросердечности намерений короля Рассветного Леса, тот отдал ему свою единственную дочь, благо той минуло девятнадцать весен, и она уже вошла в брачный возраст. Отец мог спокойно выдать ее замуж. Ответа из Империи не было долго, кочевники постепенно скапливали силы у границ Лесов фейри. Наконец черный ворон принес письмо: Темный Император дал согласие. А уже спустя неделю принцессу усадили в карету, приставили девиц-доносчиц и отправили через полмира в обитель Тьмы.

Примерно об этом думала Элиэн все то время, что их небольшой кортеж добирался до границ Империи. Все происходило тайно, ведь узнай кто даже в родном королевстве, что принцессу светлых эльфов выдают замуж за прислужника Тьмы, и Линэлион бы лишился короны и головы. Так договор между Рассветным Лесом и Темной Империей держался в тайне. Отец преследовал свои цели, он даже не позволил Элиэн взять немногих доверенных служанок: желая запустить шпионов в стан врага, он отправил с дочерью соглядатаев. Этих леди не интересовала ни принцесса, ни ее участь, они служили лишь своему королю. Как забавно. Элиэн бы рассмеялась, если бы были силы. Душа ее пребывала в отчаянии: она ехала к врагам, в чужую страну, к самому безжалостному мужчине, которому должна была стать женой. Для юной — а для светлой эльфийки девятнадцать весен, это не возраст — принцессы это было по-настоящему страшно. Она с ужасом представляла себе знакомство с женихом и их супружескую жизнь.

«Ты справишься, — мысленно повторила Элиэн, незаметно сжимая под длинными рукавами кулаки. — Ты не сдашься. Не будешь лишь безутешно плакать, как мать. И Темный Император — мужчина. Покорить его, конечно, не удастся, но и покориться нельзя».

Так успокаивала себя принцесса весь долгий путь от Рассветного Леса до Темной Империи. За те несколько недель, что карета мерно покачивалась по дорогам людских королевств, Элиэн успела вновь воспрянуть духом. В конце концов, она давно уже смирилась с мыслью, что станет женой какому-нибудь лорду, на которого укажет отец. Отец указал на Темного Императора. Она знала, что ее ждет — лишь боль и унижения. И все же согнуть спину ей не позволял страх стать покорной рабыней. Она все вытерпит. Даже жизнь среди тварей Тьмы.

Темная Империя была построена около восьмисот лет назад. Вадерион Шелар’рис, темный эльф, сверг Великую Матерь и вывел свой народ из подземных ходов на поверхность. Там уже несколько лет шла война Света. Вадерион объединил разрозненные народы Тьмы и одержал победу против Ордена Света и других светлых рас. Потом он увел свою армию на запад и основал Темную Империю, которой правил до сих пор. Вот и все, что знала Элиэн: в Рассветном Лесу было мало сведений о далеком и старинном враге. Границы Темной Империи ее правитель закрыл, и даже самым искусным шпионам не удавалось проникнуть в логово Тьмы.

— Когда же мы наконец приедем? Дорога утомляет, — заметила одна из девушек, что сидела вместе с принцессой в карете. Две другие охотно ее поддержали, принявшись обсуждать пользу и вред долгих путешествий. Милый щебет, лишь прикрытие. Элиэн была явно лишней в их игре. Она не собиралась притворяться. Единственное, на что хватало выдержки дочери короля — это не показывать свой страх. Мешала гордость и холодный расчет: она ехала в логово к зверям, к жестоким существам, живущим по законам силы. Такие не ведают жалости, а значит и слабость им нельзя показывать. Что ж, к этому Элиэн привыкла. Всю свою жизнь она носит маску. И все же сердце юной эльфийки трепетало.

Дорога подходила к концу. Не успела принцесса подготовиться к первой встречи с будущим супругом, как карета уже въезжала в Меладу — столицу Темной Империи. Здесь все было мрачным: крыши и стены домов, попадающиеся навстречу прохожие — орки, дроу и даже вампиры. Девицы из свиты в ужасе задернули шторы, позволив Элиэн лишь мельком заметить возвышающийся над городом огромный черный замок. Как ворон над своей добычей.

Если бы не страх, который сковал все существо юной эльфийки, она бы даже посмеялась над действиями девушек: как будто плотные шторки спасут их от темных, с которыми они через пару минут встретятся лицом к лицу.

Когда карета внезапно остановилась, Элиэн показалось, что сердце ее тоже замерло. Она бы так и сидела, не шелохнувшись, но воспитание и долг принцессы заставили ее нетвердой рукой отпереть дверцу и выйти на свет. Она уже не видела, как ее немногочисленная свита высыпает вслед за нею.

Первое, что почувствовала Элиэн, это холод. Несмотря на то, что сейчас было лето, ледяной ветер вмиг пробрался под дорожный плащ. Небо хмурыми серыми облаками смотрело сверху. Внутренний двор замка был таким же, как и все строение: огромным и мрачным. Все черное. Высокие каменные стены, сама крепость, брусчатка под ногами — царство черного цвета. Двор действительно был огромен: на что королевский дворец Листерэля, столицы Рассветного Леса, был большим, но сюда бы легко поместилась его половина. От