Смерть взаймы - Надежда Фролова

— Это было давно, последние два года Полину никто не беспокоил. По ее словам. Эти странные звонки снова начались месяц назад, после того как похоронили Маслова. Но она отрицала, что это связано с теми деньгами.

— Может, это и правда было с ними не связано?

— Уверен, что было. Маслов исчез пять лет назад, я его никогда и не видел, мы познакомились с Полиной спустя год. Она рассказала мне всю эту историю, когда я случайно услышал ее разговор по телефону — мне тогда показалось, что все дело в обычной женской неверности, но оказалось, что все гораздо сложнее. Он…

— Все это я уже слышала. И усвоила. Маслов, бывший сожитель Полины, в свое время работал на Парамона. По его поручению он убил некоего наркодельца, забрал у него эти сто тысяч долларов и, вместо того чтобы честно отдать деньги своему боссу, элементарно смылся. После этого Полину жестоко избивали, требуя, чтобы она сказала, куда девался ее любимый. Но Полина и правда понятия не имела, где он может быть. Она продала все, включая родительскую квартиру. Все деньги, соответственно, отдала Парамону, и со временем от нее отстали. А сама она до поры до времени жила у подруги, а потом переселилась к ним. Так?

Он утвердительно кивнул, а я, как прилежная ученица, принялась продолжать пересказывать ему все то, что услышала от него несколько минут назад.

— В один прекрасный день ей позвонили и попросили прийти на опознание трупа, найденного на окраине города. Это и был Маслов, который скончался от переохлаждения, сильно напившись и заснув под забором. Кстати, он что, алкоголиком был?

— Не знаю… Может, и не был, но, кажется, выпить любил.

— Понятно… И после того, как его похоронили, вы несколько раз замечали, что Полина что-то от вас скрывает.

— Однажды мне удалось услышать один из ее телефонных разговоров. Она отрицала то, что знала, будто Маслов находится в городе, просила ее не беспокоить больше, так как никаких денег он ей не передавал и она вообще в течение прошедших пяти лет с ним не общалась. А на следующий день…

— Да, я знаю, что было на следующий день. Смертельный выстрел в сердце, контрольный — в голову. И теперь вы считаете, что я должна найти этого человека и преподнести вам его на блюдечке с золотой каемочкой, а дальше Вы уж с ним сами разберетесь. Я вас правильно понимаю?

— Правильно.

— Только вот вы меня понять никак не хотите.

— Но ведь это ваша работа?

— Допустим, только специализация у меня немного другая. Никогда не мечтала стать героиней боевика с печальным финалом — боюсь, это будет моя последняя роль.

Он собрался было снова мне возразить, но я его прервала.

— Тысячу раз слышала, что вы мне поможете — техника, аппаратура, люди, оружие. Ваше дело — предложить, мое — отказаться. Поищите другого самоубийцу, который согласится за пятьсот долларов в сутки…

— Так сколько вы хотите? Тысячу?

— Нисколько! Я тысячу раз вам повторила, что нисколько. Думаю, наш разговор можно считать оконченным. Официант! — я обратилась к стоявшему возле соседнего столика высокому парнишке в форме матроса. Здесь, в ресторане «Русалка», все официанты носили такую форму, соответствующую общему морскому дизайну интерьера. Спустя минуту он подошел, и я попросила счет.

С сожалением посмотрев На почти целую пиццу и вообще нетронутый салат из крабов, я снова почувствовала прилив раздражения. Это же надо было до такой степени испортить мне настроение, что даже кусок такой вкусной еды мне просто в горло не полез! Вечер оказался бестолковым вдвойне. Зря только лишний раз из дома выходила, кто знает, не ждут ли меня впереди новые опасные приключения…

Расплатившись, Андрей поднялся и галантно предложил мне свою руку. Мы вместе прошли к гардеробу. Правила этикета ему, похоже, были знакомы, и это было приятно. Если бы не его настойчивость и занудство, я бы, пожалуй, не отказалась еще часок-другой посмотреть в его серые глаза, даже при более слабом освещении…

— Вы позволите вас подвезти, у меня машина, — предложил он, и я не стала отказываться. Своей машиной, в силу известных обстоятельств, в последние дни я не пользовалась, предпочитая ездить на такси. Ведь номера ее вполне могли быть известны тем двоим вольным стрелкам, неуловимым мстителям, черт бы их побрал. Ну ничего, еще бы пару дней продержаться, а там уж хозяин с ними разберется.

У Андрея была новенькая «БМВ», в салоне было тепло и уютно. Он негромко включил музыку, и я наконец почувствовала, что мое раздражение проходит. Краем глаза я снова принялась его рассматривать.

Высокий лоб, четко очерченный, немного жесткий подбородок, густые брови, почти сросшиеся на переносице, большие губы — нижняя чуть выступает вперед, и серые глаза. Мой тип мужчин — на все сто процентов. Жалко, что мы не встретились при других обстоятельствах.

— Послушайте, Надя, давайте и правда забудем обо всем. Нет — значит нет. Но, честно говоря, мне немного жалко, что мы с вами не встретились при других обстоятельствах.

Черт возьми, он просто читал мои мысли! Я улыбнулась.

— Мне тоже, — призналась я откровенно.

— Может быть… — сказали мы в один голос и рассмеялись.

— Только вряд ли, — пожала я плечами, и он не стал возражать. Оставшееся время мы ехали молча.

— Вас проводить? — поинтересовался он, затормозив возле подъезда. — Время уже позднее.

— Не пойму я вас. То вы считаете, что я слишком бесстрашна и предлагаете мне организовать захват опасного наемного убийцы, то вдруг решаете, что меня нужно сопровождать, потому что время уже позднее и в подъезде темно. Ладно, проводите, — согласилась я.

Все случилось настолько быстро, что я даже не успела вовремя отреагировать. Я поднималась по ступенькам на четвертый этаж, Андрей шел следом, и вдруг…

Неизвестно откуда прямо передо мной мелькнула тень, и в следующее мгновение я ощутила прямо у виска холодок металла. Скосив глаза, заметила знакомую фигуру — так и есть, это он, Лось, или как его там…

— Сопровождающих просим удалиться, — бросил он Андрею. Дернув меня за рукав, развернул к себе спиной и прижал поплотнее, не убирая от виска пистолета.

— Ты что, не понял?

В глазах Андрея я не заметила страха. Он смотрел совершенно спокойно, слегка прищурившись. Однако оптимизма это в меня не вселило — как бы он ни смотрел, умирать мне, похоже, все равно придется. И, наверное, не стоит тащить его за собой.

— Иди, Андрей, я с ним разберусь.

Он не двигался с места.

— Слышь, вали отсюда, а то