Интерферометр Z - Сергей Иванович Кириенко

Госсекретарь указал на машины кортежа. Скользнув мрачным взглядом по крышам больших внедорожников, в одном из которых ему предстояло отправиться в Капитолий, Президент тяжело помолчал перед тем, как продолжить:

– И все-таки, Руни, есть новая информация от разведки? Эти чертовы русские угрожали нам, но не ядерными ракетами! Выходит, у них появилось какие-то новые, но не менее эффективные разработки?

– Господин Президент, – Госсекретарь покачал головой, – АНБ1 и аналитики в Лэнгли2 уверены: русские просто блефуют. Эти парни пытаются нас запугать, но…

– Господин Президент! – громкий голос Помощника заставил обоих на миг обернуться к крыльцу. – Министр обороны на связи. Говорит: это срочно!

Торопливо пройдя по дорожке, Помощник протянул Президенту мобильник.

– Голлохан, говорите! – Президент бросил взгляд за забор, окружающий здание Белого дома: сейчас там виднелась одна лишь полиция, уже подготовившая улицу для отъезда кортежа.

– Господин Президент, у нас экстренная ситуация! – прозвучало на том конце линии. – Минуту назад мы потеряли связь с несколькими авиаударными группами в Атлантическом океане!

– С какими конкретно?! – Президент инстинктивно напрягся, уже приготовившись развернуться и сделать знак Джонсону, но именно в этот момент вдруг случилось необъяснимое.

На улице СТАЛО ТЕМНО!

Всего лишь мгновенье назад он отчетливо видел лужайку у Белого дома, вереницу машин и людей, а секунду спустя всё исчезло.

Он невольно моргнул, машинально подумав: «Сейчас всё пройдет!», но кромешная тьма никуда не исчезла; к тому же, в мобильнике стихли все звуки.

«Какого…?!» – мелькнуло в его голове; но еще до того, как он смог попытаться понять, что случилось, вокруг раздались крики паники…

4

Год назад. Дубна

Огромный ангар, расположенный за зданием института, напоминал пирамиду. Холодные капли дождя стучали по крыше строения, создавая внутри неуютную атмосферу. Находившийся возле выхода из ангара седовласый мужчина то и дело поглядывал на часы. Два других человека проверяли аппаратуру у дальней стены и на время, казалось, не обращали внимания…

В какой-то момент сквозь размеренный шорох дождя прозвучал гул мотора. Урчание двигателя быстро усилилось, а вскоре в ворота ангара проехал микроавтобус.

Как только он замер у входа, дверь машины отъехала в сторону, из нее молча вылезли четверо: двое рослых мужчин были в штатском, два других – в камуфляже.

– Добрый день, господа!.. – седовласый мужчина поздоровался за руку со всеми приехавшими и кивнул человеку с погонами генерал-лейтенанта. – Антон Эдуардович, благодарю, что приехали!

– Сергей Леонидович, ну, мы с Вами не первый год знаем друг друга. Раз уж Вы заявили, что дело государственной важности, мы не могли отказать!

– Это радует… – Услышав шаги за спиной, седовласый указал всем приехавшим на чуть полноватого, рыжеволосого человека, подошедшего к ним от стены, где виднелись приборы. – Пожалуйста, познакомьтесь! Это один из ведущих инженеров группы «ЗАСЛОН», Воронцов Николай Алексеевич!..

– Можно просто Николай! – инженер пожал руки военным.

– Вы ведь знаете о «ЗАСЛОНе»?

– Конечно! – высокий полковник, являвшийся адъютантом генерал-лейтенанта, уверенно покачал головой.

– Они обеспечивают техническую поддержку нашего проекта. И вообще, без «ЗАСЛОНа» ничего бы не состоялось… – На мгновение сбившись, седовласый протянул руку к дальней стене. – Господа, нам известно, что вы крайне заняты. Предлагаю немедленно приступить к объяснению сути предлагаемой разработки!

– Идемте! – генерал первым двинулся по ангару.

– Антон Эдуардович, вы не будете против, если все объяснения будет давать Николай? – Седовласый махнул рукой в воздухе. – Просто он инженер и сумеет всё объяснить «приземлено». Боюсь, если я начну излагать суть проекта, то могу по привычке перегрузить вас научными терминами, а…

– Как вам будет удобнее! – оборвал его генерал. – В конце концов, Вы – академик, Сергей Леонидович!..

Через четверть минуты вся группа остановилась у стенда, на котором стояли мишени с закрепленными перед ними серебристыми трубками.

– Итак, господа, наш проект основывается на использовании эффектов волновой оптики, – инженер указал на мишени.

Двое в штатском обменялись удивленными взглядами.

– Разумеется, это не гиперзвук или ядерное оружие, – Николай был спокоен. – С другой стороны, после сегодняшней презентации они вам, возможно, покажутся не такими уж эффективными.

Не обращая внимания на скепсис во взглядах у слушателей, инженер сделал знак ассистенту, стоявшему рядом со стендом.

– Для начала я познакомлю вас с основными явлениями волновой оптики, чтобы вы могли понимать суть проекта. На самом деле, здесь нет ничего слишком сложного, обычным ученикам рассказывают о них еще в школе… Итак, – Николай указал на один из столов, на котором зажегся луч лазера, – перед белым экраном установлена мишень – непрозрачная пластина с прорезанным в ней мелким отверстием. Направляем на это отверстие луч лазера и смотрим, что получается за мишенью. А на экране, вместо одного пятна света, образуется система светлых и темных колец, причем в центре системы находится тень…

Инженер показал на систему колец на экране и без паузы продолжал:

– Или вот вам обратный пример, – он кивнул на соседний стенд, – облучим лучом лазера не отверстие, а маленький диск. В этом случае на экране за диском получаются яркая точка и опять же – система менее ярких светлых и темных колец…

– А вы знаете, я припоминаю что-то подобное, – задумчиво бросил полковник. – На опытах в школе такое показывали…

– То, что я вам описал, относится к явлениям дифракции света, – пояснил инженер. – Свет огибает препятствия, встречающиеся на своем пути, так как свет – это волна. Образование самих световых пятен объясняется интерференцией – при определенных условиях свет перераспределяется так, что в одних точках пространства усиливается, а в других – ослабляется. Я не буду пока говорить, что для осуществления интерференции необходима когерентность световых волн, и о трудностях, связанных с ее получением – вас это может только запутать. Гораздо важнее другое – все эти явления, связанные с огибанием светом препятствий, происходят только, если так можно сказать, в микромире. Например, чтобы наблюдать дифракцию света на диске, надо брать маленький диск – не больше миллиметра диаметром – и отодвигать его от экрана на несколько метров. Если же диск более крупный, то расстояние между ним и экраном должно быть в сотни раз больше…

Николай отвернулся от стендов.

– Подводя итог вышесказанному: обычные интерференция и дифракция света, о которых я говорю, известны человечеству уже третье столетие. Они постоянно нас окружают, но происходят на уровне атомов, поэтому мы их не замечаем – мы ведь живем в макромире… А теперь господа, приготовьтесь! – Представитель «ЗАСЛОНа» обменялся сосредоточенным взглядом с пожилым академиком. – Я начинаю говорить о вещах, о которых широкой науке пока не известно… Два года назад инженеры нашей компании разрабатывали новые