Маледикт - Лейн Робинс

Дети разбежались, забрались в пустые провалы окон, на кучи разбитого булыжника. Тонкие пальцы сжимали палки и камни. Ватага молча ждала.

Кучер в ливрее положил одну руку на пистолет, другой сжал хлыст, подзадоривая детей. Лошади, почуяв, что он отпустил поводья, принялись танцевать на месте и кивать, пока над их головами не раздался щелчок хлыста.

На подножке кареты появился Критос, сверкая богато расшитым платьем. В холодном взгляде мелькнуло осторожное любопытство; Критос не спешил спускаться на землю. Он достал из рукава надушенный льняной платок и на мгновение прижал его к носу и рту.

— И который из вас, жалких ублюдков, Янус, сын Селии? При проявлении подобного рода интереса Роуч и остальные члены банды пустились наутек — точно разлетелась стая голубей. Миранда и Янус не тронулись с места. Лица их были словно высечены из того же камня, что и стеньг домов, — бледные и неподвижные, хранящие свои тайны.

Критос сделал последний шаг, на землю, но его начищенные сапоги цвета шампанского чавкнули в маслянистой грязи. Критос брезгливо поморщился.

Один из вашей шайки — Янус?

Миранда первая нарушила молчание:

— А сколько вы дадите за то, чтобы мы вам его показали?

Критос не вник в смысл ее слов, пораженный безупречным произношением. Взгляд его остановился на Янусе. О наличии в мальчишке голубой крови (крови Ласта) говорили и упрямый подбородок, и правильный нос, и глаза — яркие, живые, точно пылающий болотный газ. Так вот, значит, кого он, Критос, должен найти и охранять — графского отпрыска. И снова в нем взыграла жажда убийства, но, несмотря на свою силу, Критос усомнился, что сумеет совладать с этой парочкой.

Погруженный в раздумья, он наблюдал, как Янус смотрит на Миранду. От одного к другому словно вода струились сигналы — код, заключенный в едва заметном взлете бровей, сомкнутых губах и выпяченных подбородках, в судорожно сведенных пальцах. Нет уж, Критос не повернется спиной к этим двум сорванцам. Ни за что.

— Зачем платить, — отозвался Критос, — когда я могу попросту выколотить из вас все, что мне нужно?

— Вот бы посмотреть, как у вас это получится, — заметила Миранда.

— Вот бы посмотреть, как вы нас изловите, — добавил Янус.

В словах, произнесенных на великолепном благородном наречье, слышалась издевка. Миранда и Янус напряглись словно пружины, готовые броситься в спасительные лабиринты узких улочек. Нужно усыпить их бдительность, дать почувствовать, что он принимает их правила, — так проще будет застать ублюдков врасплох.

Критос проговорил:

— И сколько, по-вашему, стоит такая информация?

— Дороже меди. И дешевле солей.

— Платите лунами, — сказал Янус.

— Серебром? За рожденного в грязи ублюдка? — Критос охрип от гнева.

Губы Миранды изогнулись в подобии улыбки.

— Заплатите цену, которая вам кажется справедливой, — сказала она.

— Тогда одну луну. Когда отведете меня к нему. — Критос прижал ко рту надушенный платок.

— По рукам, — ответил Янус.

Критос насторожился. Сторговаться удалось подозрительно быстро. Он ждал, что бродяжки запросят деньги вперед и попытаются затеряться во дворах, тупиках и переулках Развалин. Критос понял: маленькие ублюдки, точно так же, как и он, вовсе не намерены выполнять условия сделки. Согласие лишь означало, что им мало одной луны. Им нужно все.

— Мы отведем вас. — Девчонка юркнула в Развалины первой, Янус за ней. Ни одна, ни другой не оборачивались, как бы бросая Критосу молчаливый вызов. Они оказались в узком темном переулке, зажатом между двух домов.

Критос ссутулил плечи, соизмерив их ширину с величиной пролома. Кучер приподнялся на козлах:

— Будьте осторожны, сэр.

— Думаешь, я сорванцов испугаюсь? — рявкнул Критос. — Придержи лошадей до моего возвращения.

Критос не боялся — теперь, когда пути назад уже не было. Несомненно, дети решили загнать его в ловушку, однако они повернулись к нему спиной, подставили себя под удар.

Захваченный потоком этих размышлений, Критос лишь краем глаза уловил в тусклом свете проулка, как девчонка прошмыгнула мимо темной тенью, задев стену и устроив небольшой обвал; сверху ему на голову полетели камни. «Этим меня не возьмешь, девочка», — подумал Критос, отскакивая в сторону. И тут земля провалилась у него под ногами.

Ловушкой оказался вовсе не камнепад, а небрежно замаскированная яма. Критос больно ушибся, но тут же вскочил на ноги. Он провалился по грудь, под ногами были сырые камни. Похоже, именно благодаря этому каменному полу почва осела не слишком, не настолько, чтобы падающий сломал себе шею.

Критос поднял трость, и в тот же миг девчонка ударила его палкой, чиркнув по нежной коже под подбородком. Критос задохнулся от боли, скрипнул зубами. Он хлестко стукнул Миранду по ногам тростью, заставив отскочить назад. Девушка перехватила свое оружие поудобнее, вновь приблизилась и ткнула палкой прямо в лицо Критосу. Он дернулся, и удар, предназначавшийся в висок, пришелся в глаз. За вспышкой боли накатил страх. Критос взвыл и принялся молотить тростью, но тут удар сзади заставил его рухнуть на колени.

— Кошелек, Миранда! Быстрее! — скомандовал Янус.

— Но ведь с ним еще не покончено, — возразила Миранда.

— Уже почти. Вдобавок за ним может явиться кучер. С пистолетом.

Миранда с ловкостью фокусника стала отвязывать кошель. Янус втиснулся рядом, чтобы помочь. Хрипя, заливаясь слезами, Критос принялся ощупью искать оружие, рука наткнулась на обломок кирпича — один из предательского обвала. Критос замахнулся, и чувство удовлетворения вытеснило боль, когда кирпич достиг цели.

Миранда издала дикий вопль бешенства и боли, руки взметнулись к лицу, закрывая зияющую кровавую рану вдоль подбородка.

— Ублюдок! — Янус вновь обрушил на Критоса удар палки, выбив камень из его руки; потом сам потянулся за кошелем.

Поверженный было Критос вдруг резко встал и вцепился в бледную шею Януса, и стиснул горло. Три сдавленных вдоха — и вот уже мальчишка пошел пятнами от удушья. Миранда потянулась за оброненной палкой — и тогда Критос, упершись спиной в стену, пнул девчонку в живот так, что она отлетела назад и со всего маху ударилась о камень.

Сначала Янус царапал руки Критоса ногтями, потом стал метить в подбитый глаз. Большой палец скользнул по следу, оставленному палкой Миранды. Критос взвыл и швырнул ошеломленного Януса на стену из камня и земли. Он держал ослабевающее тело мальчишки перед собой словно щит, стараясь подняться на ноги и всхлипывая от боли и злости. Хватка на горле Януса ослабла, и мальчик начал приходить в себя.