Ничего не исправить (СИ) - Лесникова Рина

В дверь небольшой каморки, солидно именуемой кабинетом мастера- артефактора, постучали. Не дожидаясь ответа, в приоткрытую щель просунулась взлохмаченная голова. Повертелась, проверяя, как тут да что. Убедившись, что ничего ужасного у госпожи магички не происходит, в комнату ввалился обладатель той самой головы — парнишка лет пятнадцати, носящий гордую должность порученца, в просторечии — мальчика на побегушках. Ломающимся баском он важно сообщил:

— Мастер Алексинта, там к вам пришли. Дама, — обозначая ту самую даму, он зачем-то обвёл обеими руками свой живот, обозначая его величину. Или это он так обрисовал женскую грудь? Кто этих пубертатных поймёт. — Взашей гнать, али выйдете к ней?

— Ко мне?

Гостей Алекса не ждала. Мог неожиданно нагрянуть с проверкой куратор, но импозантного бородатого гнома с женщиной не спутал бы даже неграмотный селянин.

— Ага. Так и сказала, мол, леди Асексинту Рейнин видеть хочет. Так что, гнать? — с надеждой переспросил он. Видимо, скучно было не только столичной гостье.

— Нет, не нужно. Я выйду и узнаю, в чём дело.

Пусть здешняя артефакторная мануфактура не выпускала ничего секретного или важного, но посторонних на её территорию не пускали. Порядок есть порядок. Даже какая-никакая военизированная охрана на входе имелась. Значит, придётся идти самой. Алекса отложила самописку, которой вносила итоги рабочей недели в дневник прохождения практики. Аккуратно убрала тетрадку в небольшой сейф, который сразу по приезде сама зачаровала от излишне любопытных носов. Посмотрела в зеркало, поправила причёску. Пожалуй, хватит тянуть время, можно идти. Что там за гостья?

На проходной помимо вечно сонных охранников и того самого мальчишки- посыльного топтались ещё несколько человек. Понятно, пришли посмотреть и выяснить, кто же это к их столичной штучке приехал.

Увидев поджидавшую её гостью, Алекса едва сдержала удивлённый вскрик, но памятуя о ничуть не скрывающих любопытство зрителях, смогла удержать эмоции при себе.

— Кей? — почти нормальным голосом спросила она.

А как тут не удивиться. Появление подруги было само по себе необычным даже для её уже привычных выходок. Но самым странным было не это. Посыльный нисколько не ошибся, обрисовывая большой живот гостьи. Кейси была беременна. И на довольно большом сроке.

В голове тут же закружились тысячи вопросов. Но устраивать бесплатное представление для скучающих аборигенов? Как-нибудь обойдутся.

Алекса велела всё тому же посыльному передать управляющему, что у неё появились срочные дела, и сегодня она на работу больше не вернётся, и, к большому неудовольствию собравшихся, забрала у Кейси небольшой саквояж, подхватила её под руку и быстро, насколько позволяло состояние подруги, пошла в сторону домика, который снимала на время проживания в городке.

ж**

До дома дошли молча. Только закрыв дверь и усадив Кейси на диванчик в небольшой гостиной, Алекс заговорила.

— Рассказывай!

— Мне бы сначала перекусить, — жалобно проговорила подруга.

Точно, что же она такая негостеприимная. Беременным нужно есть больше. Кейси беременна. С ума сойти. А ведь ни словечка про это не писала. Ух, порвать бы её на тысячу маленьких Кейси. Но сначала нужно выслушать. И помочь. Ведь понятно, зачем заявилась подруга. Опять за помощью. Хотя как тут поможешь? Отыскать соблазнителя и заставить жениться? Пока это единственно разумный вариант, приходящий в голову. Но сначала нужно накормить голодную.

В холодном шкафу, который Алекс обустроила из обычной кухонной тумбы сразу, как только приехала, нашлись овощи, половина отварной курочки, творог, молоко и несколько пирожков с грибами. Неплохо, им хватит не только на ужин, можно ещё и на завтрак кашу с сырниками приготовить.

Алекс отправила подругу в туалетную комнату, чтобы привести себя в порядок с дороги, а сама принялась накрывать на стол. Времени на то, чтобы всё разогреть и настругать салатик, много не понадобилось. И что там Кейси тянет? Похоже, в кои-то веки её обуяли стеснительность и стыдливость. Жаль, что так поздно. Придётся вести на кухню за руку.

Подруга сидела на бортике ванны и бесцельно смотрела в зеркало. Что она там видела? Точно не себя с бежавшими по щекам дорожками слёз.

— Ох, Кей, Кей, — Алекса приобняла неожиданную гостью и прижала её голову к своей груди. — Не плачь, всё решим, всё устроим. Вот увидишь, всё будет хорошо. Ну, где там наш гордый носик? Задираем его повыше, идём есть, а потом решаем, что делать?

Подруга всхлипнула в последний раз, судорожно прижалась к Алексе и на грани слышимости прошептала:

— Прости меня.

Прощать? Да за что тут прощать. Перед Алексой у Кейси вины нет. Да, легкомысленная, да частенько озадачивает своими поступками и прочими трудностями, которые виртуозно находит там, где нормальный человек ни за что не найдёт, но такая уж она есть. Уже не переделать.

Ужин прошёл в молчании. Кейси, что для неё удивительно, не спешила делиться своими проблемами, Алекса терпеливо ждала. Пусть подруга спокойно поест.

Всё съедено, посуда вымыта. Тянуть больше нечего. Если уж Кейси приехала, значит, всё решила. Нужно узнать, что же с ней произошло за эти восемь месяцев, в идеале, выяснить имя соблазнителя, выслушать её, наверняка опять безумную, версию дальнейшего поведения и предложить свою, рациональную.

— Мне бы ещё молочка, — подруга устроилась в кресле в гостиной и изобразила свой самый жалобный взгляд.

Ну-ну, сколько раз мы это уже проходили. Алекса вернулась на кухню, налила в кружку молока, немного его подогрела, и, предусмотрительно прихватив вазочку с печеньем, поставила всё на столик перед Кейси. Та машинально взяла печенье, зачем-то разломала его на кусочки и сложила обратно. Вздохнула, взяла другое печенье, откусила от него и медленно прожевала.

— Лека, обещай мне одну вещь!

Начинается. Прежняя Кейси возвращается.

— Я не буду тебе ничего обещать, пока ты мне не расскажешь всё!

— Не бросай моего малыша! — продолжила подруга, как будто и не слышала того, что ей только что сказали. Это она умела превосходно.

Возмутиться бы и повторить вопрос, но последнее заявление Кейси превзошло все её прошлые выходки.

— Что ты такое говоришь?!

Подруга судорожно подскочила с кресла, в котором сидела, подошла к Алексе, рухнула перед ней на колени и крепко, до боли, ухватила её за руку.

— Я прошу тебя не бросать моего малыша, — чётко проговорила она.

Кейси сирота, и надеяться ей не на кого. Конечно же Алекса её не оставит!

— Кей, ты же знаешь, что я вас никогда не брошу. Ни тебя, ни твоего ребёночка…

— Скажи, что обещаешь не бросать моего ребёнка! — перебила Кейси.

— Обещаю…

И опять Алекса не договорила. По всё ещё сцепленным рукам пробежали знакомые разряды. У Кей был артефакт, скрепляющий магические клятвы? Можно и не спрашивать, про артефакты к окончанию последнего курса адепты факультета артефакторики Рилосской академии магии знали достаточно.

Можно укоризненно вздыхать, можно даже отругать легкомысленную подругу, но сделанного уже не вернуть. Клятва дана и закреплена на магическом уровне. Неприятно кольнула мысль, зачем это подруге? Уж не считает ли она, что Алекса от неё отвернётся? Или… нет, не может быть. Кейси легкомысленна, это да, но не настолько, чтобы бросить своего ребёнка.

Нужно бы поговорить и расспросить, но Кей широко зевнула и заявила, что устала с дороги. Ничего, никуда она от разговора не денется. Завтра и послезавтра выходные, всё выложит, как миленькая.

За окном громыхнуло. Г роза в жарком Тирвиле? Странно, но не невозможно. Дождя пока нет, но лучше бы уж он пошёл, уж очень зло поднявшийся моментально ветер бросал в окна листья, вездесущий песок и прочий мусор. Нужно бы активизировать защитные артефакты, чтобы прикрыть окна и двери от разбушевавшейся стихии, а то, не ровен час, может и выбить.

Быстро справившись с привычным делом, Алекса отвела подругу в свою спальню