Голый риск (ЛП) - Бёрк Джордан

Кэтрин сделала выбор, решив остаться со мной, но нуждалась в большем. Ведь это ее жизнь, ее будущее. Я честно предупрежу об опасности, с которой она столкнется, просто будучи знакомой со мной. Всего несколько часов назад я заверил, что никогда ее не отпущу. Она знала о моих чувствах — почти, потому что я еще не сказал ей трех важных слов — но мне все еще нужно четко объяснить ей, во что она ввязывается. Этот разговор не будет легким, но он должен состояться.

Кэтрин зашевелилась на кровати, вытягивая ноги и открывая глаза. Я опустился на пол, став на колени рядом с ней.

— Доброе утро.

Она медленно открыла глаза, и на ее лице расплылась улыбка.

— М-м-м. Привет. — Мне нравился ее хриплый голос по утрам.

Я наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Пойду приготовлю кофе.

Спустя несколько минут она вышла из спальни, обернутая в простыню. Я и раньше видел ее такой, но в этот раз все иначе. Это утро не будет тихим и спокойным.

Кэтрин вошла на кухню, и я передал ей чашку кофе. Немного сахара, немного молока, как раз как она любила.

Она отпила и сказала:

— Спасибо. Почти так же хорош, как и в «Старбаксе».

— Это мой скрытый талант, — произнес я, прислонившись к островку. — Если мне понадобится другая работа…

Она подошла ближе, прижимаясь ко мне и глядя в глаза. Я наклонился и поцеловал ее.

— Не могу представить тебя в переднике, — сказала она.

Я мягко рассмеялся. Черт, все сложнее, чем я думал. Она была расслаблена, весела и настроена флиртовать, а я собирался все разрушить.

Я взял ее за руку и провел в комнату, где мы рядком присели на диване.

— Что случилось? — встревожено спросила она. — Буквально несколько секунд назад ты улыбался, а теперь я вижу, как у тебя сжались челюсти.

Я ничего не ответил. Просто смотрел на нее и помимо воли видел ту Снегурочку.

— Уоттс? Поговори со мной. Ты меня беспокоишь. И почему все время спрашивал, доверяю ли я тебе?

За тридцать секунд Кэтрин из расслабленной и довольной превратилась в нервную и почти безумную. Это из-за меня. Поэтому я не мог позволить ей оставаться в таком состоянии.

Я сделал глоток кофе, поставил чашку на стол и повернулся к ней.

— У меня мало времени. Есть кое-что, что ты должна знать. И тебе нужно принять решение.

Она нахмурила брови и слегка повернула голову набок.

— Я уже это сделала. Сказала тебе, что никуда не собираюсь. И хочу быть с тобой.

Я изучал ее лицо, глядя, как выражение меняется со спокойного на взволнованное, а теперь и к тому, что казалось подлым страхом. Или злостью. Может, и тем и другим.

Кэтрин сжала губы и покачала головой.

— Не делай этого.

Мое дыхание стало поверхностным. Я узнал его сразу же, как только оно изменилось, и мне нужно было удерживать контроль, оставаться спокойным, сохранять хладнокровие. Я сделал медленный, глубокий вдох, прежде чем продолжить:

— Кэтрин…

Она перебила.

— Ты усадил меня, чтобы порвать со мной.

Я боялся, что именно так она интерпретирует этот разговор, всего лишь из-за одного предложения так и получилось. Ее проблемы с боязнью разрыва снова начнут разгораться, заполняя разум, затуманивая способность осознать, что я делаю на самом деле.

— Я не ухожу, — заверил я. — Все, что я тебе сказал, — это правда. Именно так я чувствую. Ты сказала, что доверяешь мне. Мне нужно, чтобы ты меня послушала.

Я продолжал говорить настолько нежно и тихо, насколько мог, не желая расстроить ее еще больше.

Она ничего не сказала. Напротив, перевела взгляд с моего лица на свои колени, где держала кофейную чашку, от которой шел пар.

— Ты обещала довериться мне, — продолжил я, и ее взгляд вернулся к моему лицу. — Ты не сможешь по-настоящему доверять, если точно не узнаешь, во что ввязываешься. Было бы эгоистично с моей стороны преуменьшать риск и опасность, с которыми ты столкнешься. И я не могу этого делать. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной до конца пути. Но не прощу себе, если не заставлю осознать, во что именно ты ввязываешься. — Я замолчал на мгновение, не разрывая зрительного контакта. — Хорошо?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она кивнула.

— Хорошо.

— Я живу опасной жизнью. Для меня и других людей. Уже десять лет я знаю, что все это может закончиться в любую секунду. — На несколько секунд я замешкался, не желая произносить слова, но зная, что должен. — Я пообещал, что с тобой этого не случится, но не почувствую себя нормально, не дав понять, что риск будет присутствовать всегда. Просто именно так все работает в мире.

С ее лица до сих пор не сошла маска страха и волнения. Злость испарилась. И хоть мне не нравилось оказывать на нее такое давление, но это было необходимо. Ей стоило посмотреть правде в глаза, чтобы принять наиболее правильное для себя решение.

Она еще не ответила. Вероятно, понимая, что мне есть что сказать.

— Мы уже вовлечены больше, чем мог бы подумать каждый из нас, — продолжил я. — Но если ты со мной, пути назад уже не будет. Ни от моего образа жизни, ни от меня. Я никогда не оставлю тебя там, в одиночестве с угрозой безопасности из-за связи со мной. Я никогда не уйду из твоей жизни. Все кардинально изменится.

— Я так много думала об этом, — произнесла она в этот раз без замешательства. — И каждый раз будущее совсем не похоже на мою жизнь. Я хочу этого. Я хочу тебя.

— Я с тобой, — заверил я. — Тебе лишь нужно определиться, хочешь ли ты, чтобы я остался.

Она улыбнулась, а по ее щеке побежала слеза.

— Я провела всю жизнь, чувствуя себя либо как в тюрьме, либо дрейфуя без якоря. Думала, что изменение образа жизни, отречение от людей и получение хорошей работы даст мне что-то, чтобы я могла продержаться. Так безопасно, но это не жизнь.

Она прервалась на мгновение, и я помимо воли задумался о том, насколько мы похожи. Одинокая жизнь, сосредоточенная исключительно на работе. Она права. Подобное не имеет ничего общего с настоящей жизнью. Я понял это уже некоторое время назад, с каждым годом убеждаясь все больше и больше, но не чувствовал этого так сильно, пока не встретил ее.

Я поднял руку к лицу Кэтрин и стер слезу большим пальцем.

— Я никогда не чувствовала себя такой настоящей, как сейчас. Никогда. Ты — единственный человек, с которым я когда-либо контактировала и поэтому попытала счастья с тобой. Я так рада, что сделала это. Я понимаю, что ты просишь рискнуть еще раз, но ты ведь тоже рискуешь, знаешь? — Она смотрела мне прямо в глаза.

Она была права. Я кивнул.

— Итак, — произнесла она, — я доверяю тебе, Даниэль Уоттс. Верю. А ты мне?

— Полностью.

Я притянул ее к себе, прижимаясь губами к губам. Заплакав сильнее, Кэтрин попыталась отстраниться, но я не отпустил. Хотелось хоть ненадолго продлить нашу близость. Через мгновение я позволил ей отодвинуться.

— Настолько, что даже дашь мне уйти? — спросила она. — Ты не смог бы, даже если бы попытался.

Я посадил ее к себе на колени и откинулся на диване. Она приблизилась к моему лицу, и мы поцеловались. Наши губы и языки поглощали друг друга, а в воздухе повисли невысказанные слова. Слова, которые в скором времени будут озвучены. В правильный момент, когда я почувствую, что она находится в достаточной безопасности, чтобы услышать их.

Она отклонилась, оставив руки по обеим сторонам от моего лица и улыбаясь такой улыбкой, которой я мог любоваться часами. Однако ей пора было на работу, а мне — возвращаться в Балтимор и поработать кое над чем несколько дней на этой неделе.

— Может, тебе стоит найти занятие на несколько следующих вечеров, — сказал я, садясь. — Займись чем-нибудь нормальным.

— Нормальным?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Она опустила ноги на пол и встала.

Я встал перед ней, глядя на ее красивое лицо.

— Выйди прогуляться с как там ее имя? Тэйра? Она все время пытается заставить тебя что-нибудь сделать. Иди. Повеселись.

— Но…

— Знаю. Ты волнуешься. Все пройдет нормально. Все будет в порядке.