Записки опального директора - Натан Гимельфарб

Иванов уверенно подошёл к знакомому администратору, протянул мой паспорт, и в считанные минуты я получил пропуск на поселение в люкс, принадлежащий ему со вчерашнего дня. Это был трёхкомнатный номер со всеми удобствами. В холодильнике был запас закусок и прохладительных напитков, а в баре несколько бутылок армянского коньяка.

Дежурная по этажу принесла кофе и мы довольно вкусно позавтракали. Иванов удивлялся тому, что я приехал накануне совещания. Он обычно приезжал в Москву заранее и имел достаточно времени, чтобы осмотреть достопримечательности столицы и иметь возможность пообщаться с нужными людьми. Вот и вчера он встретился с давней знакомой, милой женщиной из отдела снабжения министерства, с которой смотрел спектакль в театре оперетты, ужинал в ресторане и приятно провёл время в уютном номере гостиницы. Заодно и решили проблемы снабжения комбината дефицитными материалами.

Удивил его и мой тощий портфель, в котором были служебные бумаги и бритвенные принадлежности. Он признался, что всегда везёт с собой запас деликатесов для собственных нужд и угощений. В этом я мог убедиться, когда открыл пристенный шкаф, чтобы повесить плащ и шляпу. В нём была увесистая сумка со знакомыми по внешнему виду сувенирными коробками.

Иванов отверг моё предложение использовать остаток дня для решения служебных вопросов в министерстве и предложил поехать на ВДНХ, где открылась новая экспозиция в павильоне “Космос” и проходила выставка-продажа модной итальянской обуви. Ужинать предлагалось в ресторане “Седьмое небо”, где с высоты Останкинской телебашни можно было обозреть панораму Москвы.

Предложение было заманчивым, но я вежливо отклонил его. Мои финансовые возможности были достаточными для оплаты расходов, возмещаемых по авансовому отчёту, и покупки недорогих подарков детям. Поняв причину отказа, Иванов предупредил, что считает меня своим гостем и все расходы принимает на себя. Он обещал вскоре приехать в Могилёв и тогда мне предоставится возможность оказать ему ответное внимание и гостеприимство.

На таких условиях я согласился с его предложениями, оговорив при этом необходимость посещения павильона “Мясная промышленность” на ВДНХ, где экспонировалось несколько наших разработок.

Мне трудно было понять, что побудило Иванова искать знакомства со мной и нести при этом значительные расходы. По всему было видно, что директор он опытный, грамотный и пользуется достаточным авторитетом в министерстве и в местных партийных органах. Из его рассказа я узнал, что он депутат городского Совета и член Харьковского горкома партии. Директором работал уже около десятка лет и при этом ни разу не привлекался к уголовной ответственности. Уже одно это подтверждало наличие необходимой поддержки городского и областного руководства. Было у него, правда, пару партийных взысканий за неблагополучие с сохранностью соцсобственности, но тогда трудно было себе представить мясокомбинат, где было всё благополучно в этом вопросе и директор которого не имел бы партийных взысканий. Казалось, Иванов мог быть доволен своим положением, и у него не должно было быть серьёзных опасений за своё будущее. Он соответствовал своему служебному положению и по национальному происхождению, о чём говорила его чисто русская фамилия.

Кроме павильонов “Космос” и “Мясная промышленность”, мы посетили ресторан “Узбекистан”, где вкусно пообедали и Иванов смог продемонстрировать свои познания в тонкостях восточной кухни.

На выставке-продаже он приобрёл несколько пар дорогих импортных туфель и мы направились к Останкинской телебашне. Желающих осмотреть Москву с трёхсотметровой высоты оказалось много и для этого пришлось бы выстоять многочасовую очередь, но Иванов нашёл “нужного” человека и вскоре мы оказались в лифте, доставившем нас в ресторан “Седьмое небо”. Официант принял заказ на бутерброды с сёмгой и чёрной икрой, мороженое, коньяк и шампанское, и мы удобно устроились за столиком у окна. С высоты вертящейся башни Москва была удивительно красива. Мы долго любовались её панорамой, попивая холодное шампанское и закусывая вкусным мороженным. Наступили вечерние сумерки и засветились разноцветная реклама и иллюминация. Город утопал в красочном море огней. Такое я видел впервые и зрелище оставило незабываемое впечатление.

Возвращались на “Волге” по вечерней Москве, которая показалась очень красивой. Иванов хорошо знал город и выбирал наиболее оживлённые улицы и площади столицы. В гостиницу приехали довольно поздно. В просторной гостинной было свежо и уютно и, за бутылкой коньяка и чашкой кофе, мы долго обменивались опытом работы и жизни.

Я узнал о некоторых особенностях работы директора на Украине. Там, например, было принято давать “на жизнь” местному начальству и другим “нужным” людям без чего не мыслилась стабильная работа руководителя. Нам тоже приходилось заботиться о благе своих партийных боссов, но у нас это ограничивалось доставкой в закрытые распределители недорогой продукции повышенного качества. Когда я поделился своим опытом обеспечения начальства мясными деликатесами, Иванов заподозрил меня в неискренности и не скрыл своего недовольства. Он не сомневался в том, что основной причиной моего стабильного положения в должности, успехов в служебной и творческой деятельности, является умение задобрить начальство и пытался выведать тайны моих отношений с местным и столичным руководством.

Мне так и не удалось убедить его в отсутствии особых секретов в этой области, и он остался при своём мнении, считая, что я что-то от него скрываю. Со мной же он был предельно откровенным и поделился даже опытом восполнения затрат, связанных с финансированием расходов на содержание начальства.

Общением со своим украинским коллегой я остался доволен. Много интересного и полезного узнал из опыта производственной и общественной деятельности директора одного из крупнейших предприятий мясной промышленности Украины. Не всё, конечно, я мог позаимствовать у него. Не научил меня Иванов, в частности, брать “на жизнь” у своих подчинённых и давать “на жизнь” начальству. Может быть кому-нибудь из моих коллег в Белоруссии его опыт был бы более полезен. Возможно они и сами владели своими приёмами в этом деле. Я же отчётливо понимал, что для меня и любого другого руководителя-еврея такая практика неприемлема и очень опасна.

Иванов обещал вскоре приехать в Белоруссию. Наверное он не терял надежды познать невыведанные секреты моей живучести и использовать их в своей практике.

114

Перед очередной отчётно-выборной конпанией меня пригласили в горком партии. Секретарь горкома Козлов сообщил, что в связи с ростом численности партийной организации и значимости комбината в экономике города и области, по решению ЦК КПБ учреждена должность секретаря парткома мясокомбината и порекомендовал кандидатуру Николая Владимировича Процкого - выпускника Высшей партийной школы и сына известного большевика-подпольщика, погибшего в Могилёве в годы оккупации города немцами.