Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

что не скажешь ей. Я боюсь ее. Не нужно ей говорить, не надо, чтобы Айз Седай знала, что я жив. Обещай. Обещай!

— Обещаю, — успокаивающе сказал Ранд. — Но нет никаких причин бояться ее. Идемте со мной. По крайней мере, поедите чего-нибудь горячего.

— Может быть. Может быть. — Фейн задумчиво почесал подбородок. — Завтра, ты говоришь? В это время... Ты не забудешь своего обещания? Ты ей не?..

— Я не дам ей вас обидеть, — сказал Ранд, подумав о том, как это ему удастся — удержать Айз Седай от того, что бы она ни задумала.

— Она не причинит мне вреда, — сказал Фейн. — Нет, не причинит. Я ей не позволю.

В один миг торговец зайцем шмыгнул мимо Ранда и нырнул в толпу.

— Мастер Фейн! — окликнул Ранд. — Подождите!

Он выскочил из переулка как раз вовремя, чтобы увидеть мелькнувший в толпе драный плащ торговца, когда тот метнулся за угол дома на соседней улице. Окликая торговца, Ранд побежал за ним, свернул за угол. Он успел заметить чью-то спину, тут же врезался в нее и упал вместе с прохожим в грязное месиво.

— Ты что, не видишь, куда идешь? — донеслось из-под Ранда ворчание, и он в удивлении вскочил на ноги.

— Мэт?

Мэт сел прямо и, свирепо глядя на Ранда, с мрачным видом принялся счищать грязь с плаща.

— Ты точно превратился в городского человека. Спишь все утро, бежишь сломя голову прямо по людям. — Поднявшись на ноги, Мэт уставился на свои запачканные руки, что-то пробурчал и вытер их о плащ. — Слушай, ты никогда не догадаешься, кого я, по-моему, только что видел.

— Падана Фейна, — сказал Ранд.

— Падана Фей... Откуда ты знаешь?

— Я с ним разговаривал, но он убежал.

— Так трол... — Мэт осекся и с опаской огляделся кругом, но люди текли мимо, не удостаивая парней даже взглядом. Ранд обрадовался, что его друг хоть немного научился осмотрительности. — Так они его не сцапали. Интересно, а чего он вот так, без единого словечка, ушел из Эмондова Луга? Наверное, тоже тогда пустился в бега и не останавливался, покуда тут не очутился. Но почему же он убежал сейчас?

Ранд покачал головой. Лучше бы он этого не делал — ему показалось, что голова вот-вот оторвется и упадет.

— Непонятно, знаю лишь, что он боится Мо... госпожи Элис. — Следить за тем, что у тебя на языке, оказалось не так-то легко. — Он не хотел, чтобы она знала, что он здесь. Он заставил меня пообещать, что я не проговорюсь.

— Ну, у меня эта тайна как за каменной стеной, — сказал Мэт. — Мне тоже хочется, чтобы она не узнала, где я был.

— Мэт? — Люди по-прежнему проплывали мимо, не обращая на парней никакого внимания, но Ранд все равно понизил голос и склонился поближе к другу. — Мэт, тебе снились этой ночью кошмары? С человеком, который убил крысу?

Мэт не мигая уставился на него.

— У тебя тоже? — выдавил он наконец. — Сдается мне, и у Перрина. Я почти выспросил его этим утром, но... Ему наверняка снились. Кровь и пепел! Теперь кто-то заставляет нас видеть сны. Ранд, я хочу, чтобы никто не знал, где я был.

— Утром по всей гостинице валялись дохлые крысы. — Говоря об этом, Ранд не испытывал такого страха, как раньше. Он вообще мало что сейчас чувствовал. — Со сломанными хребтами. — От собственного голоса у Ранда звенело в ушах. Если он заболел, то лучше, наверное, обратиться к Морейн. Юноша удивился: мысль о том, что Единую Силу используют на нем, нисколько не обеспокоила его.

Мэт глубоко вздохнул, подтягивая плащ, и оглянулся, словно раздумывая, в какую сторону пойти.

— Что происходит с нами, Ранд? Что?

— Не знаю. Я собираюсь спросить совета у Тома. О том, стоит ли говорить... кому-то еще.

— Нет! Только не ей. Может быть, ему, но не ей.

Такая его горячность поразила Ранда.

— Значит, ты ему веришь? — Ему незачем было уточнять, кого друг имеет в виду, говоря «ему», — выражение лица Мэта подсказало, что тому все понятно.

— Нет, — медленно произнес Мэт. — Это случайности, вот и все. Если мы ей расскажем, а он лжет, то тогда, может быть, ничего не случится. Может быть. Но, может быть, именно то, что он появился в наших снах, как раз... Я не знаю. — Он помолчал. — Если мы ей не скажем, может, нам еще будут сниться разные сны. С крысами или без крыс, но кошмары лучше, чем... Помнишь паром? Я за то, чтобы оставить это в тайне.

— Договорились. — Ранд вспомнил паром... и угрозу Морейн тоже, но все это происходило чуть ли не целую вечность тому назад. — Хорошо.

— А Перрин никому не скажет? — продолжал Мэт, раскачиваясь на носках. — Нам нужно вернуться к нему. Если он ей расскажет, то она и нас раскусит. Можно поспорить. Пошли.

Мэт сорвался с места и устремился в толпу, Ранд стоял и смотрел ему вслед, пока Мэт не вернулся и не схватил его за руку. Ранд заморгал от прикосновения, а потом пошел за Мэтом.

— Да что с тобой творится? — спросил Мэт. — Ты что, опять уснул?

— Кажется, я простудился, — сказал Ранд. Голова была словно туго натянутый барабан и почти такой же пустой.

— Когда вернемся в гостиницу, тебе нужно выпить куриного бульона, — посоветовал Мэт. Он так и продолжал беспрестанно болтать, пока друзья пробирались по забитым людьми улицам. Ранд изо всех сил старался прислушиваться и даже порой вставлял словечко-другое, но беседа требовала таких усилий. Он не устал — спать совсем не хотелось. Он лишь чувствовал, как его несет словно бы по течению. Спустя какое-то время Ранд сообразил, что уже рассказывает Мэту о Мин.

— Кинжал с рубином, а? — сказал Мэт. — Мне это нравится. Хотя насчет ока ничего не скажу. Ты уверен, она ничего не выдумывала? Сдается мне, она должна бы знать, что все это значит, раз уж она и вправду предсказательница.

— Она не говорила, что она предсказательница, — возразил Ранд. — Я верю, она что-то видит. Вспомни, когда мы кончили мыться, Морейн ведь разговаривала с нею. И она знает, кто такая Морейн.

Мэт неодобрительно посмотрел на друга.

— По-моему, это имя мы условились не произносить.

— Да, — пробормотал Ранд. Он с силой потер виски руками. Сосредоточиться на чем-нибудь было так трудно.

— Кажется, ты и в самом деле заболел, — сказал Мэт, хмурясь. Вдруг он дернул Ранда за рукав, чтобы тот остановился. — Глянь-ка на них.

По улице в сторону Ранда и Мэта вышагивали трое мужчин в кирасах и конических стальных шлемах, начищенных до зеркально-серебряного блеска. Сверкала даже