Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

замерли с оружием наизготовку, вокруг них валялись груды костей и полусгнившей плоти, над которыми медленно тускнел зелёный огонь.

— Неужели всё закончилось? — первым спросил Кикутиё. — Синкурэа-сан, это ведь ты учуял этих мертвецов, скажи, они все вышли?

— Наверное, — ответил усталым голосом тот, тяжело опершись на своё копьё. — По крайней мере, зловещие огни в распадке уже не горят.

Он махнул рукой, указывая за обрыв, где царила теперь непроглядная тьма.

Той ночью никто из ронинов не уснул.

Утром вопрос о том, разделяться или нет, вновь встал ребром. Злые, толком не отдохнувшие за оставшиеся часы ночи, ронины сидели вокруг угасшего за ненадобностью костра и спорили до хрипоты.

— Да поймите, — то и дело вскакивал Кикутиё. — Мы уже угодили в одну ловушку Горной ведьмы. И если бы мы не действовали сообща, все вместе, мертвецы одолели бы нас!

— Хватит кричать на нас, — осадил его Набисабуро. — Мы тебе не нерадивые ученики, чтобы по десять раз кряду выслушивать вопли и нотации.

— Вот именно, — поддержал его Цумимото. — Мы хорошо слышим и с первого раза всё понимаем.

— Но сами-то ничего не предложили, — уселся прямо перед ними обоими Кикутиё. — Только и знаете, что рот мне закрывать.

— Надо решить только два вопроса, — сказал Ясуока, чистящий свой мушкет. Он занимался этим с того момента, как первые лучи солнца показались из-за склона горы Фудзи. — Разделимся мы или нет? И, если разделимся, кто с кем пойдёт?

— Ты забыл ещё один, — заметил Синкурэа. — Кто куда пойдёт? Тоже весьма важный вопрос.

— Если мы не станем разделять отряд, — сказал Набисабуро, — то остальные два вопроса отпадают сами собой.

— И как мы решим этот вопрос? — поинтересовался Кикутиё.

— А кроме тебя, Кикутиё-сан, никто не возражает против того, чтобы разделиться, не так ли? — обратился сразу ко всем Цумимото.

Кикутиё вскочил на ноги, обвёл всех взглядом, и наткнулся на полное равнодушие, у Цумимото оно было разбавлено иронией. Кикутиё зло засопел и уселся обратно.

— Теперь решаем, кто куда и с кем отправляется, — произнёс Цумимото.

— Двоим лучше спуститься сейчас, — предложил Набисабуро. — Одному с длинным оружием, вроде копья Синкурэа-сан или полевого меча Кикутиё-сан, и кому-то с обычным мечом. Это уравновесит шансы, в случае схватки внутри замка. А трое продолжат путь до следующего входа. На открытой местности у отряда из трёх человек будет больше шансов добраться до него.

— А у… — вскинулся Кикутиё, но хватило одного мрачного взгляда Набисабуро, чтобы он уселся на своё место и понурился.

— Первым лучше всего пойти нам с тобой, Набисабуро-сан, — предложил Синкурэа. — Твой меч составит хорошую пару моему копью.

— Я не против, — пожал плечами бритый ронин. — Думаю, лучше всего отправиться прямо сейчас.

Синкурэа поднялся на ноги, взял копьё и вместе с Набисабуро отправился к краю распадка.

— Синкурэа-сан, — окликнул его Цумимото, — без карты нам не найти второго входа в замок.

Пожилой ронин обернулся, вынул свиток с картой и кинул Цумимото.

— Надеюсь, мы встретимся внутри замка, — сказал на прощание, — не забудь вернуть её.

— Благодарю, — усмехнулся Цумимото, — и, конечно же, верну. Внутри она будет нужна нам не меньше, чем снаружи.

Оставшиеся трое ронинов также встали и, следуя указаниям карты, направились вокруг распадка ко второму входу в замок Горной ведьмы.

Шагали медленно, бессонная ночь и жестокая схватка давали о себе знать. Кикутиё использовал свой полевой меч, как посох, опираясь на него. Примерно также поступил со своим мушкетом, который уже не прятал в чехол, Ясуока. Цумимото же посматривал на них, но ничего не говорил.

Ни дороги, ни тропы до второго входа в замок, не смотря на его предположительно хозяйственное назначение, не было. Поэтому Цумимото то и дело сверялся с картой, нарисованной весьма точно, с указанием всех ориентиров.

— Послушай, Цумимото-сан, — обратился как-то к нему Ясуока, — не могу я понять Синкурэа. Мне не даёт покоя приписка на карте. А Синкурэа так просто отдал тебе карту, не смотря ни на что.

— Могу отдать её тебе, если не доверяешь, — протянул ему свёрнутый свиток карты Цумимото. — Какая разница, у кого она.

— Мне своей ноши хватает, — усмехнулся Ясуока, тряхнув мушкетом.

К искомому входу они пришли достаточно быстро, вот только он охранялся. Два демона, закованных в великолепные доспехи и с нагинатами[549] в руках. С виду демоны мало отличались от обычных людей, только ростом были почти в дзё, а в глазных прорезях жутких масок горел красный огонь. И, конечно, из ротовых отверстий вырывался пар.

— Попробуй подстрелить одного, — предложил Цумимото, — или хотя бы ранить. А мы с Кикутиё-сан вместе атакуем второго. Если не получиться убить первого одним выстрелом, схватись с ним, не дай ему ударить нам в спину.

— Да ты, Цумимото-сан, прямо настоящий стратег, — усмехнулся Кикутиё.

— Есть предложения лучше? — поинтересовался тот.

— Были бы, — огрызнулся Кикутиё, — уж не стал бы молчать.

Ясуока начал сноровисто готовить мушкет к стрельбе.

— Как и в хижине, — сказал он, — мой выстрел будет сигналом к атаке.

Демоны никак не реагировали на появление ронинов. Равно как и на их явные приготовления к бою. С великолепным равнодушием, более присущим статуям из храмов или дворцов, взирали они на суетящихся неподалёку от них ронинов.

Ясуока вскинул мушкет, тщательно прицелился в маску, закрывающую морду демона, и нажал на курок. По звуку выстрела Цумимото и Кикутиё сорвались с места, с мечами наголо. Демон, в голову которого угодила пуля, пошатнулся, рухнул на колени и начал заваливаться на бок. Тупой конец его нагинаты упёрся в землю, не давая ему окончательно упасть. Ясуока отложил мушкет в сторону и присоединился к Цумимото и Кикутиё.

Демон, с которым ронины сцепились в рукопашную, оказался чрезвычайно силён. Тяжеленная нагината в его руках летала, будто не весила ничего. Он легко отбивался от всех атак, умудряясь ещё и доставлять обоим противникам немало проблем. Казалось, в любой миг её широкий клинок может рассечь любого из двух ронинов напополам. Но Кикутиё каким-то чудом умудрялся парировать могучие удары демона своим полевым мечом. Он отлетал на несколько шагов, падал навзничь, но тут же вскакивал на ноги, снова кидаясь в атаку. Цумимото же, отлично понимая, что отбить нагинату, да ещё таких исполинских размеров, обычным мечом не выйдет, предпочитал увёртываться от вражеских ударов и молниеносно контратаковать. Он метил в уязвимые места в доспехе демона — под наплечники, в маску, в пах. Несколько раз ему удалось даже весьма удачно попасть, но противнику как будто было наплевать на это. Не было никакой крови и на движениях и скорости реакции возможные ранения не сказались.

Ясуока атаковал демона, целя