Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— И что нам до тех кошек? — поинтересовался Цумимото. — Пусть и дальше себе жрут.

— Жрут они, кажется, человека, — сказал Синкурэа, перехватывая копьё.

— С кошками я ещё не дрался, — усмехнулся Цумимото, вынимая меч из ножен. — Интересно, сумею ли разрубить пять штук одним взмахом.

— А шестая выцарапает тебе глаза, — мрачно заметил Набисабуро, не спешащие обнажать оружие. — Страшнее кошки зверя нет.

— Доставай своё оружие из чехла, — обратился Цумимото к Ясуоке, — поохотимся на этих кошек-людоедов!

Ясуока ничего не ответил, но чехол с плеча снял, неуверенно взялся за завязки.

— Не стоит их трогать, — посоветовал Кикутиё. — Если их там, и правда, сотня, кое-кто из нас может лишиться глаз.

— Достаточно будет Ясуоке-сан раз пальнуть из своего мушкета, — рассмеялся Цумимото, — и все кошки тут же разбегутся.

Дискуссию прервал залихватский свист. Свистел Синкурэа, по-бандитски вложив два пальца в рот. И свистом своим он распугал всех кошек. Мелкие звери кинулись кто куда с недовольным мявом. Синкурэа прошёл вперед по тропе и присел над лежащим телом. Остальные поспешили за ним, окружив труп плотным кольцом. Цумимото не спешил убирать мечи в ножны.

— Клан Симадзу, — продемонстрировал всем эмблему на одежде мертвеца Синкурэа.

— Весьма интересно, — погладил подбородок Цумимото. — Что же он тут делал?

— Уж не паломничество совершал! — воскликнул Кикутиё. — Это тропа идёт к замку Горной ведьмы!

— Непонятно только с какой целью он к ней шёл, — задумчиво протянул Набисабуро.

— Сейчас это уже не важно, — отмахнулся Кикутиё, — он ведь мёртв. Его кости кошки глодают.

— Но ведь он вполне мог быть не один, — заметил Цумимото. — И мы можем встретить десяток отборных бойцов Симадзу у замка Горной ведьмы или уже внутри него.

— Отборные погибли при Сэкигахаре, — бросил Синкурэа.

— Даже не отборные могут стать для нас серьёзной проблемой, — сказал Цумимото. — Кстати, у этого самурая нет оружия, вряд ли он шёл на гору без меча.

— Над этой загадкой сейчас размышлять не стоит, — отмахнулся, вставая, Синкурэа. — Жаль, что похоронить его мы не сможем. Даже пропасти подходящей, чтобы кинуть его тело туда, нет.

— Значит, его судьба быть съеденным кошками, — философски заметил Цумимото. — Кстати, а что ты искал в его одежде, Синкурэа-сан? — с самым невинным видом поинтересовался он у пожилого ронина.

— Это карта, — честно ответил тот, разворачивая перед всеми свиток, — замка Горной ведьмы.

— Ты не до конца развернул её, — заметил Цумимото.

— Тебе может не понравиться приписка под картой, Цумимото-сан, — на полном серьёзе сказал Синкурэа, но всё же развернул свиток до конца.

Под картой кровью было намалёвано несколько иероглифов, складывающихся во фразу: «Не доверяй голоногому».

— Выходит, — протянул Набисабуро, — эта карта предназначается одному из нас.

— И убитый знал состав нашего отряда, — добавил Ясуока, выразительно глянув на Цумимото.

— Я даже ног не прячу, — рассмеялся тот, — и уж в чехле ничего тайного не таскаю. С чего бы это мне не доверять?

— Мы все и без чужих писулек друг другу не доверяем! — рассмеялся в ответ Кикутиё. — Это проклятая ведьма стравливает нас! И карту лучше оставить тут. Уверен — это фальшивка и она заведёт нас в ловушку! Прямо в лапы Горной ведьмы.

— Мы к ней и идём, Кикутиё-сан, — ехидно заметил Цумимото.

— Значит, — настаивал Кикутиё, — там будет смертельная ловушка. Или ещё что-нибудь такое, вроде той трясины, что едва не затянула Синкурэа-сан, стоило ему сойти с тропы.

— Здесь, на карте, — как будто не слышавший перепалки Набисабуро взял у Синкурэа карту и внимательно рассматривал её, — обозначены три входа в замок ведьмы. Первый, главные ворота, туда нам хода нет. А вот остальные два, похоже, ведут в хозяйственные помещения замка.

— Один из них, — заметил стоявший рядом Синкурэа, — скорее всего, вот этот, — указал он, — выход из подземного тоннеля, через который из замка выводят женщин и детей во время осады. Он достаточно далеко от стен, чтобы выводить их за кольцо вражеских позиций.

— А через второй, — добавил Набисабуро, — в замок, скорее всего, доставляют провизию. Он ведёт на склад или к кухне. И раз ведьма уже знает о нашем появлении, и даже тэнгу за нами отправляла, то оба выхода хорошо охраняются.

— И каким из двух мы пойдём? — поинтересовался Ясуока, также подошедший к рассматривающим карту ронинам.

— Можем снова разделиться, — насмешливо предложил Кикутиё, — чтобы ведьме было сподручней приканчивать нас.

— У двух отрядов поменьше может быть больше шансов добраться до цели, — вполне серьёзно предложил Цумимото, — чем у одного большого.

— Наш отряд и так не слишком велик, — возразил ему Ясуока. — Не стоит и дальше делить его.

— Шестеро во внутренних помещениях и коридорах замка будут скорее мешать друг другу, — покачал головой Цумимото, — как те тэнгу на плато. А вот двое-трое будут куда эффективней.

— Да оба они в ловушку ведут! — снова не выдержал Кикутиё. — Вы что — слепцы?!

Но на его слова уже никто внимания не обратил.

— Рано пока думать, будем мы разделяться или нет, — решительно заявил Набисабуро, сворачивая свиток. — До первого выхода почти полдня ходу. Быть может, и до него не все из нас дойдут.

— Вот именно, — кивнул Синкурэа, забирая у него свиток и пряча в рукав кимоно.

Тело самурая клана Симадзу отнесли с тропы, но земля не спешила затягивать его в свои глубины. Не смотря на все разговоры, ронины забросали труп камнями, которых тут было в избытке, чтобы не достался кошкам или иным зверям, не брезгующим мертвечиной. После этого продолжили путь.

Большой распадок преградил дорогу ронинам ближе к вечеру. На дне его залегли чёрные тени. Ронины остановились на краю его, все мрачно глядели вниз.

— По карте выходит, — произнёс Синкурэа, — что первый выход из замка находится как раз на дне этого распадка.

— Лезть туда на ночь глядя — глупость, — заявил Кикутиё. — Да и вообще…

— Насчёт ловушки все поняли, — отмахнулся Цумимото. — Довольно уже талдычить нам об этом. Мы тут не тупые крестьяне и понимаем всё с первого раза.

— А, по-твоему, все крестьяне тупые! — вскричал Кикутиё. — Что ты вообще знаешь о крестьянах?!

— Не больше твоего, Кикутиё-сан, — усмехнулся Цумимото. — Если ты, конечно, не крестьянский сын.

Кикутиё вскинулся, так крепко сжал ножны своего полевого меча, что костяшки пальцев побелели. Но говорить ничего не стал.

— Заночевать лучше, действительно, здесь, — сказал рассудительный Набисабуро. — А утром уже будем решать, кто куда пойдёт.

И как будто, чтобы подтвердить свои слова, он сел прямо на землю. Вынул узелок с едой. Остальные решили последовать его примеру. И только Синкурэа продолжал молча вглядываться в темноту на дне распадка.

— Садись с нами, Синкурэа-сан, — сказал ему Цумимото. — Или ты собираешься первым