Хаос и порядок. Прыжок в безумие - Стивен Дональдсон

«Ты ничему не научился с тех пор, как я порезала тебя».

– Ты совершил ошибку, сняв свой шлем.

Усталость и боль затуманили рассудок Ника. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять смысл ее слов. Внезапно его лицо исказилось от ярости. Он с ревом повернулся к амниону, нацеливая на него ружье. В ту же секунду Сорас вскинула руку и выстрелила из пистолета. Луч, который мог пробить стальную пластину и превратить валун в песок, вонзился в грудь Саккорсо. Он успел нажать на спусковую кнопку, но выстрел Чатлейн отбросил его назад. Лазерный луч вошел в потолок. Большое ружье упало на пол. Ник посмотрел на кровь, вытекавшую из дыры в скафандре, затем перевел взгляд на Сорас и горестно поморщился. Он не мог поверить, что сейчас умрет. Жажда жизни требовала чуда.

– Ты снова обманула, – прошептал Саккорсо. – Чертова сучка. Ты меня убила…

Ник упал на колени.

– Морн, – жалобно выдохнул он. – О Боже…

Когда Саккорсо повалился на пол, он был уже мертв. Кровь оставила на почерневшем скафандре бурое пятно.

– Скатертью дорога! – прошипела Сорас. – Мне следовало пристрелить тебя еще в прошлый раз.

На мостике зазвучали возгласы и проклятия – люди сбрасывали с себя потрясение и страх.

– Капитан Чатлейн…

Очевидно, в Майлсе пробудилось нечто человеческое. Он прочистил горло и бесстрастно сказал:

– Хорошая работа. Она не будет забыта. Сорас поморщилась от отвращения.

– Это уже история. Ничего не изменилось.

Их ожидали другие дела. Подняв голову, Чатлейн призвала дежурную смену к порядку:

– У вас есть задание. Приступайте к его выполнению.

Она ничего не забывала. И ничего не прощала. Ее люди тут же склонились над пультами. Сорас положила пистолет на колени. Тэвернер недовольно покосился на оружие, но не сказал ни слова.

Как бы ни старался пилот, скорость корабля была черепашьей. Тем не менее «Планер» продвигался вперед. Чатлейн тревожно покусывала нижнюю губу. Она уже забыла о Саккорсо. Смерть Ника оказалась такой же глупой, как и его жизнь. Труп по-прежнему лежал у трапа за ее спиной, роняя последние капли крови на палубу. Но Сорас было не до него. Ее заботили свои проблемы.

Лишь несколько минут отделяло Чатлейн от победы или поражения. Она уже не видела различий между ними. Возможно, разницы и не было. Во всяком случае, Сорас не считала ее важной. Несмотря на годы мучительного рабства, она сохранила дух свободы. В ее венах бурлила неистовая радость. Она наконец договорилась с проклятой судьбой и решила заглянуть за край личной бездны. Победа или смерть. Чатлейн была готова принять любой результат.

– Капитан, – доложила штурман. – «Затишье» и крейсер полиции сражаются друг с другом. Еще немного, и они прожгут в пространстве дыру.

Прекрасно. Сорас кивнула. Пусть сражаются. Если бы Тэвернер не следил за ней, она бы свирепо усмехнулась.

– Мы приближаемся к границе роя, капитан.

Штурман взглянула на экран.

– Через пятнадцать секунд сканер увеличит зону охвата.

Связистка ворчливо заметила:

– Сообщение Шейхида настроено на автоматическую трансляцию. Оно постоянно повторяется. Черт! Этот маленький кораблик имеет мощный передатчик.

Чатлейн снова кивнула. Прекрасно. Пусть транслирует. Смерть или победа.

– Ты можешь засечь их местонахождение? – спросила она.

– Я пытаюсь, – ответила связистка. – Дайте мне еще две минуты. Как только я расставлю вектора отражения, «Труба» будет нашей.

Тэвернер повернулся к капитану.

– «Затишье» тоже просит засечь источник сигнала, – сказал амнион. – Перекрестное сканирование определит позицию «Трубы».

Оттолкнувшись от консоли, он поплыл к пульту связи. Ухватившись за подлокотник кресла, Майлс велел женщине вывести на экран результаты расчетов. Связистка быстро взглянула на Чатлейн.

– Выполняй, – подтвердила Сорас.

Как только данные появились на мониторе, Тэвернер защелкал по клавишам своего передатчика.

– Нам лучше замедлиться, пилот, – предупредила Сорас, пока амнион был занят и не мог ей возразить. – Остановимся на границе роя. Найди хорошее прикрытие. Если ты поспешишь, «Труба» может открыть огонь до того, как мы обнаружим ее.

«Или в „Планер“ выстрелит крейсер».

– Постарайся, чтобы «Затишье» увидело нас, – продолжила она. – Пусть друзья-амнионы не гадают о наших намерениях. Мы будем оставаться у них на виду.

Пилот промычал что-то нечленораздельное. Он был так занят набором команд, что не мог говорить. Внезапно Сорас поняла, что бездумно кивает головой. Ее подбородок покачивался вверх и вниз, словно не мог остановиться.

– Стрелок, ты готов? – спросила она.

– Готов на все сто, капитан, – ответил мужчина. – Хотя имею большой ущерб.

Саккорсо лишил «Планер» лучшего оружия.

– Плазменные пушки заряжены. Торпеды в боевой готовности. Лазеры включены.

Чатлейн с трудом подавила желание сказать: «Прекрасно. Пусть будут включены». «Планер» медленно выходил на позицию. Пилот идеально выполнял свою работу. Когда судно остановилось, чтобы осмотреться, оно получило чистый обзор в направлении «Затишья». Крейсер лишь угадывался за преградой скал. Связистка быстро отсеивала отраженные сигналы. Количество ложных меток на экране убывало. Трансляция сообщения превратила крейсер в навигационный маяк…

– Есть захват, – внезапно закричала штурман. – Это «Труба». Никакой ошибки!

На экране сканера появилась мигающая точка. Крейсер, как и «Планер», ожидал на границе роя, где он мог использовать для прикрытия крупные астероиды. От кого он скрывался – от «Затишья» или крейсера полиции? Сорас этого не знала: сканерный образ не позволял прояснить такую деталь.

– Открыть огонь, – приказал Тэвернер.

– Мы не можем, – одновременно ответили штурман и стрелок.

– Слишком много скал на пути, – объяснил стрелок. – Мы не имеем чистого пространства в этом направлении.

– Но в этом есть плюс, – добавила штурман. – «Труба» не может выстрелить в нас.

Амнион не спорил. Экран дисплея подтверждал, что штурман и стрелок говорили правду. Майлс быстро защелкал по клавишам устройства. Чатлейн снова поймала себя на том, что кивает головой. Она задержала дыхание и попыталась восстановить контроль над своими движениями.

Это было важно. Кивок. Задержка дыхания. Нужно контролировать себя. Поспешность фатальна. До тех пор пока «Затишье» не определит позицию крейсера и не проведет успешную атаку, любое действие будет преждевременным. «Труба» скрывалась за большой скалой, надеясь защититься от огня амнионского судна. Астероид в четыре раза превосходил размеры крейсера. Но могла ли эта скала спасти его от луча сверхсветовой протонной пушки? Хотя бы против одного-единственного выстрела? Да. Прекрасно. Кивок. Задержка дыхания. Сколько же можно не дышать?