Финалом Злодейки может быть только смерть - Gwon Gyeoeul

class="p1">Ночной воздух был прохладным.

Прогуливаясь, я ощутила желание опять проверить свои записи, чтобы прояснить свои мысли и заново спланировать, что мне делать дальше, но…

Шагая вперед, я не могла ни о чем думать.

Я шла по дороге словно во сне. Это было так странно.

Через неопределенное время я неторопливо добрела достаточно близко, чтобы начать различать знакомые очертания особняка.

'Мне нужно быстро вернуться в свою комнату и лечь.'

Все, о чем я могла думать, это о том, как я хочу принять душ и поспать.

Мои шаги ускорились. Когда я подошла к широкой садовой двери.

— Вийоу-!

До моих ушей донеслось приятное чириканье.

— Птичка?

Я замерла и осмотрелась.

— Вийу-у-, Вийи-!

Птица продолжала щебетать, словно объявляя, что она здесь. Я будто в трансе пошла на звук.

Прямо за левым углом здания.

— Вийу-у-!

В щели открытого окна виднелось малиновое оперение.

— Вийоу-, Вийи-!

Птица в клетке замахала крыльями, как будто обрадовалась тому, что я приближаюсь к ней. Это был кабинет Дерика.

— Так это ты.

Драгоценная птица ослепительно сверкала даже в темноте. Я медленно прислонилась к оконной раме.

Увидев, что мое лицо приблизилось, птица заковыляла ко мне. Затем она клюнула металлический прут клетки и просунула голову сквозь решетку. Похоже, она намекала, что хочет, чтобы её погладили.

Рефлекторно попытавшись поднести руку к ней, я вдруг заколебалась. Что, если она меня клюнет, если я попробую погладить её?

— Вийи-!

Однако она не прекращала вертеться и высовывать голову из клетки, выпрашивая ласку.

Яркий темно-розовый перьевой воротник, топорщащийся из-за прутьев, выглядел забавно.

В конце концов я улыбнулась и нежно погладила птицу по голове указательным пальцем.

— Вийу-у-, Вийоу-!

Птичка зачирикала веселее, видимо, у неё поднялось настроение. Хлоп-, Хлоп-! Она снова взмахнула крыльями.

— …Разве тебе не тесно в клетке?

До этих пор в моей голове не было никаких мыслей, но слова внезапно сами вырвались наружу.

Малиновая птица, схожая цветом с моими волосами.

У неё драгоценное тело и несравненный облик, не имеющий аналогов, а она заперта в клетке и фактически ничем не может себе помочь.

Единственным источником её радости были редкие проходящие мимо люди.

— Мне на самом деле душно. Я задыхаюсь буквально каждую секунду.

Она не сильно отличалась от меня, тоже запертой в этой долбаной игре.

— Мне казалось, что это не будет проблемой, ведь я скоро сбегу отсюда…

— Вийоу-, словно отвечая мне, пропела птица.

От этой картины я слегка улыбнулась. Затем подняла руки и уткнулась в них лицом.

— Ха-ха-ха, — горько рассмеялась я.

Раньше, когда кронпринц исчез, оставив меня на террасе одну, я не могла вымолвить ни слова.

Пусть и лучше всех знала, что это игра, я почему-то чего-то ждала и в итоге почувствовала себя такой глупой и жалкой, когда мои ожидания не оправдались.

Сложив руки, я зарылась в них лицом, чтобы его никто не мог увидеть.

Несмотря на то, что каждый раз я лгала себе, что меня это не волнует, потому что всё закончится, как только я сбегу, на самом деле меня всегда это волновало.

Я боялась, пугалась и каждую минуту была готова разреветься.

'Я думала, что мне больше не придется проходить через тот ад, когда я жила в собственном доме, как чужая.'

Здесь я ничего не могла сделать по своему желанию.

Еда, одежда, жилье и даже право самой произносить свои слова — мне пришлось страдать, чтобы получить всё это. В этой игре я была злодейкой с худшей репутацией.

Я очень хорошо знала это.

— Но почему….

Но почему я поняла это, лишь когда до побега осталось всего несколько дней?

Почему первым мужчиной, к которому я стала испытывать романтические чувства, был главный герой, который отвернется от меня, когда появится героиня нормального режима?

Я тоже человек, и я не могу так легко отмахнуться от своих чувств.

Становилось все труднее держать маску и просчитывать каждый свой ход, как ни в чем ни бывало двигаясь вперед.

— Хн…

Когда мой горький смех становился всё больше похожим на всхлипы, я вдруг почувствовала себя истощенной.

— Вийу-у-.

Вероятно, недоумевая, почему этот похожий на неё человек закрыл лицо руками и замолчал, пернатая несколько раз постучала клювом по прутьям клетки.

В этот момент.

— …Госпожа?

Меня неожиданно окликнул знакомый голос.

Я медленно подняла опущенную голову.

— Иклис…?

Это была не галлюцинация.

Мерцающая в темноте темно-красная шкала интереса была видна издалека. Эти серые глаза, прожигающие меня, определенно принадлежали любовной цели.

Внезапная встреча меня удивила. Он стал подходить ближе, когда увидел, что я на него смотрю.

Топ-, Топ-.

Наблюдая за тем, как он быстро приближается ко мне, я дотронулась до своей щеки. К счастью, слез не было.

В мгновение ока Иклис оказался прямо передо мной.

— …Ты только что вернулся с тренировки?

Я совсем не была в настроении улыбаться, но заставила себя натянуть улыбку. Иклис неуверенно взглянул на меня и медленно кивнул.

— …Ты поздно, — отметила я, не зная, впрочем, точного времени.

Кстати, поскольку я вконец обессилела, он мог застать меня в состоянии, в каком меня никто не должен видеть.

Иклис медленно спросил:

— Что вы здесь делаете?

— Да так, — ответила я, небрежно пожав плечами. — Наблюдаю за птицей.

После моих слов взгляд Иклиса скользнул по клетке рядом со мной.

Через мгновение серые глаза, посмотревшие на малиновую птицу в клетке, вновь обратились ко мне.

— Вы… пришли из дворца?

Он странно глядел на меня.

Я запоздало прикрыла глаза и кивнула, осознав, что все еще накрашена и одета в парадное платье.

— Ну, да.

— ….

— Сегодня во дворце был банкет.

Я специально не уточнила, что это был банкет по случаю дня рождения наследного принца.

Он будет не в восторге от упоминания главного виновника уничтожения его страны.

Однако, как показал его ответ, такие предосторожности были излишни:

— Банкет в честь дня рождения наследного принца?

-..Ты знаешь?

— Мой наставник тоже участвует.

— Правда?

Я потрясенно моргнула.

'Значит, сегодня у него занятий не было?'

Как только я захотела спросить об этом, Иклис вдруг начал:

— Но…

— ….

— Почему вы вернулись одна?

Мне внезапно поплохело.

То, что я вернулась одна, должно быть очевидно.

Он никак не мог не заметить. Если бы настоящие хозяева вернулись, в особняке не было бы так тихо. Но мне не нужно было рассказывать Иклису свою тривиальную историю.

Я просто неопределенно улыбнулась. И в этот момент.

Глаза Иклиса дрогнули.

— Почему…?

— …Хм?

— Почему вы так улыбаетесь?

Его лицо как обычно было невыразительным, будто у восковой фигуры.

Поэтому я не сразу поняла,