У каждого свой путь - Любовь Рябикина

Как раненый зверь, Радуев прекрасно понимал, что в населенном пункте его ждет гибель и решил использовать последний шанс выжить. Он собрал все силы и кинулся на прорыв, навстречу наступавшей банде. Через три минуты стрелять стало невозможно. Зажатые со всех сторон спецы оборонялись отчаянно. Против них выступило более двухсот бандитов. Правда, федералы тоже начали стягивать силы к месту прорыва, но пока спецы дрались в кольце в одиночестве.

Дело дошло до рукопашной. Дрались всем, что попадало под руку: саперными лопатками, камнями, ножами, использовали приклады автоматов, как дубинки. Маринка чертом вертелась во все стороны, зажав в правой руке автомат за ствол, а в левой штык-нож. С трех сторон женщину старались прикрыть Мешков, Бутримов и Овсянников, но она то и дело уходила от их «опеки». Русский мат, чеченские ругательства и проклятья неслись над склоном. Хруст костей и стоны раненых, редкие выстрелы и тяжелое дыхание — все смешалось. Затем чеченцы откатились, чтоб через несколько минут кинуться в новую атаку.

Командовавший спецназом полковник Вахромеев, воспользовавшись передышкой, приказал отходить на промежуточный рубеж, ориентируясь на звуки боя слева. Это отчаянно пыталась прорваться к осажденным рота мотострелков. Потери к этому времени составляли семь спецназовцев и более полутора десятков раненых. Овсянников повел людей на прорыв, подчинившись приказу командира.

Вахромеев, с двумя спецназовцами, прикрывал их отход, отвлекая огонь кинувшихся в атаку боевиков на себя. Его пулемет не умолкал ни на секунду. Автоматы бойцов яростно били по врагу. Дважды раненый, полковник продолжал отстреливаться. Кровь заливала глаза, а сделать перевязку было некогда. Выстрел из ручного противотанкового гранатомета превратил укрытие между корней ели в братскую могилу. Спецназовец и его бойцы были убиты, зато жизни многих были спасены. Прорвавшиеся к своим мужики сняли шапки, когда на склоне наступила тишина. Они поняли, что это значит.

Первомайское к утру было взято. Во время прорыва через оборону спецназовцев погибло более ста радуевцев. Профессионалы оказались на высоте. Федеральные войска захватили спутниковую связь «Инмарсат», по которой велись переговоры с руководством незаконными вооруженными формированиями, а так же огромное количество оружия и патронов. Почти все спецы подходили к захваченной установке, разглядывая ее. В российских войсках подобной роскоши не было. Все вздыхали и думали примерно одно и тоже — «если бы у нас такая связь существовала…». Осматривающие установку связисты гордо сообщили:

— Если бы мы их сегодня не заглушили, сюда бы еще не один отряд чехов на помощь Радуеву пожаловал!

Марина спросила:

— Вам удалось их заглушить?

Капитан, заметив красивое женское лицо в пороховой гари, небрежно сказал, явно рисуясь:

— А как же! К Радуеву на связь выходил «Саддох» — главный штаб боевиков, потом «15-й» — Басаев, «33-й» — Удугов, и даже «Ангелы». Пытались узнать, где Салман прорываться собрался, да мы помешали! Мы заранее вскрыли систему связи боевиков.

Марина улыбнулась капитану и подошла к ревниво глядевшему Ивану. Группой прошлись по селу. Местные жители наконец-то начали вылезать из укрытий. Радовались, что остались живы. Проклинали боевиков. Многие плакали над трупами родных и близких. Кое-кто из чеченцев попытался спрятаться в сараях и подвалах. Были и такие, кто застрелился. Это были те, кто уже не надеялся на снисхождение. Некоторые сдались в плен, махнув рукой на все.

При зачистке села спецназовцы обнаружили более сорока трупов боевиков, среди которых оказалось немало арабских наемников и даже… уроженец Сомали. Здоровенный чернокожий, одетый в камуфляж, распластался в грязи. При некоторых имелись документы. В обнаруженных записных книжках, затейливой арабской вязью были написаны инструкции по закладке мин и фугасов, а так же ваххабитские проповеди. Кое-где упоминалось имя бен Ладена.

Радуеву удалось удрать только по одной причине — федералы не выставили на границе Чечни и Дагестана «секреты». Будь это сделано, Радуев наверняка оказался бы в сетях. Но… Прикрываясь захваченными новосибирскими омоновцами, Салман спустился к реке и приказал уходить по воде. Лодки с боевиками вскоре накрыла российская авиация, вызванная кем-то из федералов. Радуев счастливо избежал участи утопленника. Он успел выскочить на берег и углубился в лес. Отсидевшись несколько суток среди холмов, используя туман, как прикрытие, он ушел на территорию Чечни.

Пленные боевики на допросах не скрывали, что боевой дух поднимался наркотиками и надеждами на Всевышнего. К тому же присутствие в их рядах двух эмиссаров от самого Усамы бен Ладена вселяло надежду, что их не оставят на произвол судьбы. Правда эта надежда несколько поколебалась, когда они увидели среди трупов арабов и эмиссаров саудовского шейха.

Ваххабитские призывы отравили не мало умов молодых чеченцев. Марина с горечью признала этот факт. Умереть во время ведения джихада среди ваххабитов считалось «угодным Аллаху». Степанова присутствовала на трех допросах захваченных в плен арабов в качестве переводчика. Сидела в уголке с натянутой на голову маской и горько усмехалась время от времени. Дважды на допросах всплывало имя Ахмада.

От радуевского отряда остались единицы уцелевших. Из перехваченных связистами переговоров, удалось узнать кое-что интересное. Полевые командиры в открытую говорили в эфире о бездарно проведенной Салманом «операции». Оставшиеся в живых боевики обвиняли его в трусости. Упрекали за то, что оставил убитых и раненых на поле боя, за то, что бежал, не приняв последнего боя, как подобает истинному мусульманину.

Родственники погибших под Первомайским боевиков больше месяца выслеживали Радуева, а выследив, изрешетили пулями. Бандит выжил чудом.

Усама бен Ладен вновь поменял охрану. Один из его наиболее доверенных людей обнаружил радиоуправляемую бомбу в крошечном внутреннем дворике, где часто прогуливался шейх. Несчастных пытали и избивали в подвале дома, стремясь вырвать признание в том, что они «продались» американцам. Крики и стоны доносились до работавшего за компьютером Усамы, но его людские страдания ничуть не трогали. Время от времени он даже улыбался при особенно громких криках.

На этот раз его убежищем был дом на окраине Джелалабада. Он обосновался в районе, населенном преимущественно шиитами, которые помогли бы ему бежать в Иран в случае опасности. Не смотря на то, что он проливал кровь за свободу Афганистана, узбеки генерала Дустама и таджики полевого командира Масуда без зазрения совести могли бы выдать его американцам. К этому времени бен Ладен окончательно поссорился с ними. Защитить Усаму в Афганистане мог лишь шиитский хазарейский клан, абсолютно равнодушный к требованиям США.

Благодаря царившей в Афганистане неразберихе, бен Ладен сумел избежать пленения в Кабуле, где останавливался на короткое время. И теперь он поселился рядом с границей Пакистана не случайно. В горах было немало тайных пещер, вполне годных для жилья. Из многочисленных, тщательно замаскированных убежищ, Усама успешно руководил созданным им «Братством бен Ладена». Вместе со своими приспешниками разрабатывал план борьбы с американским присутствием в Персидском заливе. Активно вел пропаганду с помощью своей сети в Европе и сайтов Интернета.

Вместе с былыми соратниками-афганцами из «Хезб-аль-Ислами» Гульбеддина Хакматияра, расширил сеть наркоторговли, дабы пополнить кассу своей организации, которая несколько истощилась.

Из двух взводов, летавших в Кизляр, погибло двое. Четверо получили тяжелые ранения и были отправлены в госпиталь Махачкалы. Легкораненые перевязали себя сами и летели в Дуба-Юрт вместе со всеми. Молчали всю дорогу, прокручивая в головах проведенную операцию. Все ломали голову над тем, каким образом Радуеву удалось пройти через многочисленные посты и секреты на территорию Дагестана незамеченным. С горечью понимали — их снова предали.

Степанова, прежде чем залезть в вертолет, с сожалением посмотрела на бушлат, покрытый кровью и грязью. Его совсем недавно выдали на складе. Теперь многочисленные дыры от осколков превратили одежду в рванье. Женщина вздохнула: зашивать придется долго. Мужики выглядели ничуть не лучше. Лица у всех покрылись копотью, синяками и кровоподтеками. Воды не хватало. Натаять снега и умыться не хватило времени и пришлось терпеть.

Все столпились возле вертолета, разглядывая друг друга и неохотно переговариваясь. Марина осторожно дотронулась до скулы, на которой «красовался» огромный синяк. Языком дотронулась до зубов и поморщилась от боли. Чеченец «угостил» ее рукояткой ножа от всей души. Она провела пальцем по нижней губе и констатировала, что губу сильно разнесло. Левый глаз наполовину заплыл и она постоянно видела край щеки. Посмотрела на разбитые в кровь руки. Остановившийся рядом Мешков тихо сказал: