Фантастика 2025-129 - Денис Старый

— Не дождётесь, Кондо-сан, — улыбнулся я. — Как у вас тут дела? Много работы?

— Да не то слово! Вы уж простите, что я к вам сразу с вопросом, хотя вы только что вернулись. Но уже возникла проблема, — начал тараторить Кагари. — Вот представляете, не было вас — и пациентов сложных не приходило. А стоило вам появиться — и вот вам, пожалуйста!

— Кондо-сан, короче, — попросил я. — Что там у вас?

— Брадикардия, — пожал плечами он. — Обычно пациенты приходят с повышенным пульсом, и там-то всё ясно! Пульсурежающих препаратов — куча. А вот с брадикардией беда. Что посоветуете?

— Пульс у пациента какой? — уточнил я.

— От тридцати до пятидесяти колеблется, — заявил Кондо Кагари.

— Ох, ты ж… — с трудом сдержал ругательства я. — Этого нужно точно класть.

— Отказ написал, представляете? Не хочет ложиться.

— Вы хорошо объяснили последствия? С таким пульсом он может однажды не проснуться. Сердце остановится или кровообращение в органах нарушится, — объяснил ему я.

— Я всё это уже сказал ему. Всё равно — отказ написал, от госпитализации пока что отказался. Говорит, ему нужно неделю или две решить все свои дела, а после этого уже сможет лечь, — ответил Кондо Кагари.

А это действительно — беда. От брадикардии препаратов крайне мало.

— Единственное, что могу посоветовать — атропин, — сказал я. — Он ускорит сердцебиение. Только подробно расскажите пациенту, как его принимать. Всё-таки — это яд. И обязательно скажите про побочные эффекты. Головные боли, сухость во рту, запор, нарушение зрения — всё это может быть. И нельзя предсказать заранее, какие из этих симптомов возникнут. Атропин действует почти на весь организм. Не только на сердце. В идеале ему, конечно, нужно кардиостимулятор ставить. Скорее всего, там какой-нибудь синдром слабости синусового узла. Только кардиохирурги могут решить этот вопрос.

Эх, помню, в России был такой препарат — капли Зеленина. Не сказать, что прямо-таки чудо какое-то, но ускорял он сердце неплохо. И побочек у него было мало. Но всё равно, это — не лекарство. Лишь временная мера.

— Спасибо, Кацураги-сан, и снова вы меня выручили, — улыбнулся Кондо Кагари. — Побегу к пациенту. Ещё раз поздравляю вас с победой и с возвращением!

Кондо убежал, а я принялся заполнять накопившуюся документацию.

Как только приёмный день подошёл к концу, я вышел из поликлиники и встретился с Окабэ Акирой. Он стоял на парковке, заводил свою машину, которая успела заглохнуть из-за мороза. Видимо, совсем старый автомобиль. У японцев мороз — это «минус пять градусов». В России легко можно двадцать-тридцать встретить. А в некоторых регионах и ещё ниже. На пару десятков.

Как только инфекционист завёл машину, мы направились к его внуку, который жил вместе с родителями неподалёку от района Акихабара.

— А я ведь их предупреждал, — стукнул по рулю Окабэ. — Следите за ним! Парень-то умный! Но связаться может с кем угодно из-за своей наивности. Сатору-кун всегда мне нравился. Я хоть старик ворчливый, но всё равно видел в нём большой потенциал. Порой думаю, что некоторые от излишнего ума на такие штуки и подсаживаются. Не знают, куда девать свои мозги. Проклятье! А ведь мне об этом только три дня назад сообщили, скрывали всё.

— Окабэ-сан, год употребления — срок большой. Но всё же убрать зависимость ещё можно. Станет совсем другим человеком. Да чего я рассказываю, вы и сами знаете, — сказал я. — Правда, важно, чтобы он сам хотел вылечиться.

— Он хочет, — кивнул Окабэ. — Наверное. Я пока что лично его не видел. Отец его сказал, что парень сам признался в том, что пользуется этим порошком уже много месяцев. Плакал, говорит, умолял помочь.

— Сколько ему лет?

— Девятнадцать, — вздохнул Окабэ. — Только поступил в медицинский университет. Хотел по моим стопам пойти. Не знаю, как так вышло. Где мы допустили ошибку?

— Себя только не вините, — сказал я. — Парень уже взрослый. Мировоззрение у него почти сложилось. И большинство решений он принимает сам, независимо от того, как его воспитали.

— Думаете? — нахмурился Окабэ.

— Конечно. Воспитание — это лишь часть сил, которая формирует личность. Огромную роль играет окружающее общество и самовоспитание. Далеко не факт, что вы или его родители допустили ошибку.

— Ладно, Кацураги-сан, об этом поговорим потом — на месте, — заключил инфекционист. — Нам ещё час ехать. Пробки сегодня просто дикие. Давай лучше обсудим «Фебрис-12». Вы не представляете, сколько договоров я подписал… Шаг вправо, шаг влево — смертная казнь!

— Прекрасно понимаю, я сделал тот же самое, — ответил я.

— Мне уже скинули отчёты о тех больных из Гренландии, — вздохнул Окабэ Акиро. — Ужасающая статистика. Смертность составила девяносто процентов. Грубо говоря, из ста человек в стационаре сейчас лежат только десять. У одного кровавый понос, у второго лёгкие сгнили. Про остальных даже вспоминать не хочется. Ужас! Так, ещё и вирус постоянно мутирует. Его даже высокая температура не всегда берёт. А противовирусные препараты… Чего уж тут говорить? Совсем бесполезны.

Всю дорогу мы с Окабэ обсуждали, каким образом можно диагностировать инфицирование «Фебрис-12». Однако никаких идей, кроме повышения уровня лимфоцитов в общем анализе крови у нас не возникло.

Ведь этот вирус можно спутать с чем угодно. Хоть с гастроэнтеритом!

— Приехали, — сказал Окабэ, когда мы остановились у небольшого частного дома.

Странно было видеть что-то кроме многоэтажек. Видимо, семья Окабэ владеет приличным капиталом, раз может позволить себе поселиться в таком районе.

Из дома тут же выбежала женщина. Видимо, это мать Сатору Окабэ. Мы тут же выскочили из машины.

— Шихо-сан, что случилось, где Сатору-кун? — крикнул Окабэ.

— Он… Он заперся в своей комнате! — воскликнула рыдающая женщина. — Я уже не знаю, чем его оттуда достать. Он не отвечает! Игнорирует меня!

Повезло, что в этот момент я перевёл взгляд на проулок. Молодой парень выпрыгнул со второго этажа дома, приземлился на мусорный контейнер, перекувыркнулся, тут же вскочил на ноги и опасливо взглянул на нас.

— Сатору… — оцепенел Окабэ Акира. — Сатору-кун! Стой!

Однако Сатору рванул со всех ног вглубь проулка. Я решил, что медлить нельзя.

— Ждите, Окабэ-сан, — произнёс я. — Я верну его домой.

Я сбросил сумку на землю и со всех ног помчался за Окабэ Сатору.

Глава 3

Парень оказался быстрее, чем я думал. Пока пробирался между кустов к проулку, он уже успел смыться аж на соседнюю улицу. Что ж, вот сейчас мне и пригодятся мои регулярные тренировки!

Спринтом я никогда не занимался, но вот в забегах на долгие дистанции могу считать себя, если не профи, то очень крепким любителем. Марафонов и полумарафонов я за свою жизнь