Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

— Все это сделала я? — спросила безжизненным голосом у людей, они испуганно кивнули.

— А зачем я вас сюда привела? — уточнила, надеясь, что они подскажут, потому что сама я ни черта не помнила.

— Для ритуала, — ответил мужчина и постарался поскорее отвести глаза в сторону.

Я застонала, обхватив голову руками. Это отец! Он управлял моим телом. Наша связь с ним стала намного прочнее, чем я думала. Понятия не имела, сколько смогу оставаться собой, поэтому представила нож в руке и он сразу возник. Заметила панику в глазах мужчины и женщины.

— Умоляю! Не убивайте! Пощадите мужа! Я люблю его больше жизни! — завопила женщина, а у меня сердце кровью облилось.

— Убей меня, только ее не трогай! Умоляю! — прорычал мужчина, а мне и вовсе дурно стало.

Молча перерезала веревки, что удерживали их и прошептала:

— Простите! Бегите! Как можно дальше! Пока я в состоянии себя контролировать.

Бедняги с подозрением смотрели на меня и с места не сдвинулись.

— Что стоите? Бегите! — рявкнула я, после чего мужчина схватил за руку жену и они побежали. А я завыла, как раненый зверь. Понятия не имела где находилась и сколько времени прошло. Что делать и куда идти?

Слезы текли по щекам, меня сотрясали рыдания. Я была самым одиноким созданием во вселенной. И никто не мог мне помочь.

— Сапфира, — услышала я голос Рамира за спиной, в тот же миг дым вышел из-под моего контроля и устремился, чтобы уничтожить друга, а я не могла остановить его. Рамир упал на колени и склонил голову, быстро протараторив:

— Дитя Тьмы, я твой вечный раб! Не гневайся!

Дым затормозил в миллиметре от Рамира и отступил, и я выдохнула с облегчением.

— Рамир! — радостно воскликнула я, но приблизиться побоялась.

— Сапфира, я пришел с посланием. Если ты не явишься в замок прорицателей, Актазар и Феникс убьют Рамину. Она у них в плену. И поверь, это не пустая угроза, — промолвил милорд, не поднимая на меня глаз. Меня затрясло как в лихорадке, ладони вспотели и дыхание сбилось. Сердце тарабанило оглушающими ударами. «Рамина! Нет! Нет! Я не хочу, чтобы сестра погибла из-за меня!», — вопил внутренний голос. Ради нее я была готова на все.

— Подожди, а как ты меня нашел? — удивилась я, но заметив, как напрягся от моего вопроса Рамир, меня осенило. — Кулон! Ты подарил мне кулон Инь и Ян, зная, что я его не сниму. Ты установил защиту, чтобы всегда иметь возможность возникнуть рядом. Умно!

«Мне вообще кто-нибудь делал подарки просто от чистого сердца, а не для того, чтобы следить?», — подумала я с сожалением.

— Не злись, моя миледи! Я хотел иметь возможность прийти тебе на помощь. Вот кулон и пригодился, без него я бы тебя никогда не нашел и Тьма бы тебя поглотила. Ты тут ритуал собиралась устроить, как раз жертвоприношение привело бы дьявола на Пандору. Ты чуть не вызвала сюда своего создателя. Чудо просто, что ты взяла верх над ним. Но у нас мало времени, если тобой снова завладеет отец… Он уничтожит Пандору, и твоя сестра погибнет, — проговорил Рамир.

Я протянула руки и подскочила к нему.

— Надень блоки! Чтобы я тебе не навредила! — воскликнула, ощущая, как дым снова устремился по венам. Рамир среагировал мгновенно и защелкнул браслеты, но моя сила успела обжечь его руку. Милорд поморщился от боли.

— Прости, — выдохнула я. — Отец теперь контролирует меня и мою силу, и он сильнее. Не знаю, удержат ли его браслеты. Нам нужно спешить!

Мы отправились в путь на летунах. Я очень переживала за сестру. То, что Актазар или Феникс убьют ее, даже не сомневалась. Мужчины были на все готовы, лишь бы не впустить дьявола в мир Пандоры. И я была уверена, Актазар лучше пожертвует собой, чем позволит Тьме захватить мир. Поэтому мне ничего не оставалось, как отправиться на помощь сестре. Муж знал, что Рамина- единственная, ради кого, я бы отдала жизнь, и воспользовался этим. Нашел мою слабость, и это очень злило. Отец продолжал шептать и призывать меня к себе, но я сосредоточилась на мысли, что должна спасти Рамину. Она единственная, кто не считал меня чудовищем, она никогда не винила меня в смерти родителей. Сестра была мне очень дорога, я не хотела ее смерти, даже не знаю, как бы перенесла такую потерю.

Руна несла меня навстречу погибели, от этого сводило желудок и подкатывала тошнота. Я до безумия не хотела умирать. Ощущала злость, ненависть на весь мир, раздражение на мужа, потому что снова не нашел выход, не спас меня. Кем я стану в следующей жизни? Я же уже буду иной, не вспомню ничего, ну или частично. Как таковой Сапфиры больше не будет. Я не хочу прощаться с этой жизнью. И чем больше я противилась, тем громче слышала голос отца, тем сильнее становился черный дым. Он плавил мои оковы и рвался наружу. Делала глубокие вдохи, чтобы удержать силу. Вспомнила уроки Маркуса и представила, как затянула цепью свой дар и удерживала чудовище на привязи. И это помогло, браслеты хоть и расплавились, но я все равно взяла контроль в свои руки.

К вечеру мы приземлились около замка прорицателей. На удивление, мне не встретилась охрана, а внутри дворец был пуст. В сопровождении Рамира я вошла в тронный зал. Ощутила какое-то давящее чувство и присмотрелась. Усмехнулась про себя, заметив прутья из метала сумария вдоль потолка и стен. Актазар все предусмотрел, сделал ловушку для меня, чтобы лишить телепортации и не дать мне и Рамине уйти. Все продумал! Из соседнего помещения вышли все мои близкие и друзья. Они медленно заняли свои позиции и не сводили с меня глаз. А я стояла посреди зала и не знала, чего от них ожидать. Чувствовала себя злодеем, на которого устроили охоту.

Актазар появился, держа одной рукой Рамину, а другой нож у ее горла. Сестра выглядела напуганной. Следом вошел Феникс, который прислонил металл к горлу Маркуса. У меня перехватило дыхание.

— Сапфира, давай без глупостей! — прорычал Актазар. — Попытаешься сбежать и Феникс перережет горло Маркусу на глазах твоей сестры. Она испытает муки ада перед собственной смертью.

Ощутила дрожь в теле. То, что брат и муж не блефовали, читалось в их глазах. Правители были готовы на все, лишь бы не дать мне впустить в этот мир отца.

— Я смотрю ты поладил с моим любимым братом? — съязвила я, обращаясь к мужу. — Теперь вы оба против меня? А как же любовь? Готов