Фантастика 2025-129 - Денис Старый

Вы так это оставите, Кацураги-сан? — нахмурился Рэйсэй Масаши. — Позволите ему и дальше творить всё, что вздумается?

— Скажите, как часто вы наблюдали ситуации, когда специалист улучшает работу клиники и после этого его увольняют? — спросил я. — Это будет вашей ошибкой, Рэйсэй-сан. Не делайте этого.

— Проклятье! — выругался он. — Ладно, у нас проблемы. Терапия заполнена до отказа. Все койки заняты. А другие отделения пустуют. Из-за этого мы тоже потеряем проценты. Терапия переработает, а все остальные отделения — наоборот!

— Я уже принимаю новых сотрудников, — сказал я. — Скоро будет подкрепление. Кстати, Фукусима-сан, в ваших рядах тоже. Продолжается в том же духе, скоро появятся коллеги.

Всё это казалось какой-то абсурдной игрой, но на самом деле мы воочию узрели, как выглядит клиника «с высоты птичьего полёта». Одно дело — быть внутри. Выполнять свою функцию, лечить людей, заниматься стандартной документацией.

И совсем другое дело наблюдать за этим от лица главного врача. Хотя это симуляционная программа позволяла нам взглянуть даже шире. Увидеть то, чего не видит каждый главный врач.

Я увидел, что Фукусима Ренджи действительно изо всех сил пытается принести нам победу. И из этого я извлёк мудрость. Да, не каждый работник может нравиться руководителю. Может даже так случиться, что заведующий или главный врач будет ненавидеть одного из сотрудников. И это будет взаимно.

Но! Если он приносит пользу, лечит людей, помогает увеличивать продуктивность работы в клинике — увольнять его попросту глупо. Иногда стоит таким людям довериться.

И всё пошло, как по маслу. Я начал готовить отчёты. Смертность в отделениях значительно снижалась. Посещения у участковых врачей возросли, как и зарплаты. Министерство выделило премии, и я равномерно распределил их между сотрудниками.

Оставалось только отрегулировать койко-дни. Дело в том, что этот показатель в организации здравоохранения считается крайне важным. Он обозначает простую закономерность. Чем больше людей проходит через одну койку — тем лучше. То есть, другими словами, чем быстрее человек выписывается, тем лучше у стационара статистика.

С точки зрения организации здравоохранения я понимал, в чём смысл. Но как врач согласиться с этим не мог. Получается, если к нам в стационар ложится тяжело больной, то…

— У нас проблем, Кацураги-сан, — прервал мои размышления Рэйсэй Масаши. — В кардиологии пациент лежит уже месяц. Из-за этого эффективность работы падает. Надо выписывать.

Вот… Вот! Да чтоб эта система провалилась! По-другому ведь и не выразишься! Если человеку требуется время на восстановление после болезни, он должен лежать столько, сколько потребуется.

Но — нет. Некоторые руководители воспринимают это правило не верно. «Выписывайте, как только больному станет лучше».

Так быть не должно. Врачи должны работать не ради системы, а ради пациентов. Это — моё мнение, но я искренне верю, что оно правдиво.

И ради победы на олимпиаде я своим принципам изменять не стану. В таком случае я поведу себя, как двуличный человек.

— Нет, Рэйсэй-сан, держите пациента до выздоровления, — посоветовал я.

— А вы уверены, что готовы так поступить, Кацураги-сан? — вмешался в наш разговор Фукусима Ренджи. — Это — большой риск для всей нашей команды. Понимаете? Вы ведь сейчас отвечаете не только за себя, но и за всех нас. Если мы вылетим… Кто знает? Может быть, Рэйсэй-сан или я будем винить вас за это решение.

— Да мне плевать, — прямо сказал я. — Если вам не хватает ума понять, что пациенту, чёрт подери, нужно время на восстановление — это ваши проблемы. Я сейчас говорю, не как главный врач. А как терапевт. Как Кацураги Тендо.

В моей команде нависла тишина.

— Вы меня удивили, — усмехнулся Фукусима Ренджи. — Приятно удивили! Большинство участников, скорее всего, выберут — выписать пациента. Но мы поступим иначе! Продолжайте в том же духе, Кацураги-сан. Я распределю время между врачами. Его быстро восстановят, не испортив при этом статистики. У нас много других коек, которые скоро сменят новые пациенты.

— Да… Да! — воскликнул Рэйсэй Масаши. — Я тоже вас поддержу. Нельзя бросать людей, чего бы там не требовали клинические рекомендации и отчёты!

Мы продолжили работу. Составляли отчёты, распределяли время и нагрузку. Ничего из нашей деятельности не было связано с медициной напрямую. Только организация — не более того. Только работа на систему.

Больше никто не пытался увольнять друг друга. Однако под конец, когда у нас осталось всего двадцать минут, я услышал бешенное биение сердца.

И оно исходило от тела Фукусимы Ренджи.

Терапевт девятого ранга был в ужасе. Будто осознал, что нам конец. Мы проиграли.

— Фукусима-сан, что случилось? — спросил я ещё до того, как он обрёл власть над своей речью.

— М-мысли читаете, Кацураги-сан, — усмехнулся он. — У нас поступление. Много пациентов… Десять! Наших дежурных терапевтов не хватит, чтобы… Чёрт! Точнее, меня одного не хватит, чтобы справиться со всей толпой.

Я тут же промчался по вкладкам своего функционала. И понял, что моя мысль оказалась правильной. Организаторы олимпиады учли такой вариант.

Главный врач может быть не только управляющим организацией. Он может быть и одним из лечащих врачей.

— Я вам помогу, Фукусима-сан, — сказал я и принялся разбираться с электронными клиническими случаями.

— Я с вами! — воскликнул Рэйсэй Масаши и переместился в хирургическое отделение, куда мы с Фукусимой уже начали отправлять часть пациентов.

Панкреатиты, инфаркты, пиелонефриты, остеохондрозы, инсульты!

Всё это нужно грамотно распределить, чтобы… Да плевать на эффективность! Главное, чтобы всем была оказана помощь!

— Время вышло, уважаемые участники! — воскликнул организатор.

И уже через секунду наши компьютеры заблокировались.

Мы больше не могли управлять нашей клиникой, к которой так успели прикипеть за последние полтора часа.

— Какой был процент⁈ — воскликнул Рэйсэй Масаши, обращаясь ко мне. — Какой процент⁈ — хирург бросился на Фукусиму, попытавшись вцепиться в его халат, но терапевт успел отбиться от коллеги.

— Спокойно, коллеги, спокойно, — попросили организаторы. — На этот раз вам не придётся долго ждать результата. Вы узнаете его уже сейчас. Внимание — на главный экран.

На том же телевизоре, где только что отображались команды, высветились имена людей, прошедших на следующий этап.

И… Кошмар, как же мало их там оказалось. Нам обещали, что дальше может пройти сто процентов человек.

Но, как оказалось, прошли лишь восемнадцать.

Да, это чуть больше половины участников третьего этапа. Но всё равно… Тридцать три и восемнадцать — разница большая.

— Кацураги-сан… — прохрипел