музыкальный приворот - Анна Джейн

- Что мне надо? Замечательный вопрос, дуб, - обозлилась девушка. - И вообще, где наш обаятельный и веселый придурок, ежеминутно совершающий тупые поступки? Что еще за разозленная борода стоит передо мной и корчит заунывные рожи за упокой?

- Заткнись, - совсем не по влюбленному поглядела на нее "разозленная борода".

- Что ты мне сказал? Нет, поставлю вопрос по другому - это ты мне сказал? - Заорала на всю аллею девушка. - Да ты кто такой? Щенок!

Синеволосый оттолкнул свою королеву, которая неумолимо приближалась к званию "бывшей" и быстрым шагом пошел дальше. Так с девушкой еще никто не осмеливался поступать. Недолго думая, Нинка в порыве ярости схватила с земли два каменя, некстати лежавших около ее ног, обутых в любимые синие туфли на высоченном каблуке, и кинула в молодого человека, едва не попав в его многострадальную голову. Второй камешек, небольшой и гладкий, приземлился прямо в спину и весело отскочил на землю. Затерявшись в молодой траве. Медленно, как в фильме, барабанщик "На краю" развернулся.

- Упс, - сама себе поразилась блондинка, потому что Келла обернулся, и теперь был обозлен настолько, что казалось, поднеси к нему спичку, и он загорится.

"Его мать, по ходу я переборщила, и он меня сейчас ударит. Я до Эльзы добежать успею, если прямо сейчас побегу? И поможет ли она мне?"

- Иди сюда, идиотка, - заорал он ей.

"Пора делать ноги", - решила представительница прекрасного пола, столь метко владеющая метанием камней и побежала. Оказалось, Келла бегает намного лучше. Не больше двадцати секунд - и он догнал нахалку и прижал к близстоящему широкому дереву с особенно густой листовой, сквозь которую едва-едва пробиралась пара солнечных лучей.

- Нина, ты держишь меня за дурака? - Крепко сжал ее запястья парень, чтобы она вновь не смола ударить его.

- В смысле? - Как раз и держала его за дурака Нинка. - И не смей меня бить, потому что я тебя зарежу, честное слово. Кишки вытяну через уши. Почки достану голыми руками из за…

Вместо вполне ожидаемого удара по щеке (хотя Ниночка почему-то ожидала в глаз), Келла запустил руку в ее пышные светлые волосы, сжал их чуть больно и приблизился вплотную к ней. Ника даже мола различить едва заметные желтоватые крапинки в его карих глазах.

"Фу, его губы рядом", - подумала она про себя.

Опять же, вопреки ожиданиям Нинки, музыкант не стал ее целовать: Келла закрыл глаза, чуть закусил губу и, отпустив, вдруг отошел а пару шагов назад.

- И что это было? - Не поняла Нинка, - с ума сошел, псих?

- Из-за тебя я должен был лишиться свободы, малышка. - Сквозь зубы проговорил парень, засовывая руки в карманы. - И мне это дико не нравится. Это тупо. И ты мне реально надоела со своими тупыми закидонами.

"Главное - не ссорься с ним, хотя я и понимаю, что с такими крокодилами, как он, нелегко. Терпи, дочь. Наследство не за горами" - Проплыли большими субтитрами в голове девушки слова Виктора Андреевича, и она тут же решила взять себя в руки.

- Ну, прости, - обняла Келлу в неожиданном порыве Нина, проклиная сама себя: таким добрым и сентиментальным казался ей ее собственный поступок.

Кажется, молодой человек не ждал от блондинки таких действий. Потому что сначала он просто застыл, вновь прикрыл глаза, и только потом, не спеша вытащив руки из карманов, в ответ обнял ее. Какое-то время они просто глядели друг на друга, а затем, медленно решили, чувствуя, как взаимопроникают в личное неприкосновенное пространство друг друга, столько тщательно охраняемое обоим ранее, что просто обязаны поцеловаться.

Кажется, обоим это понравилось, потому что и Ниночка, и Келла перестали обращать внимание на окружающих.

"Тля, хорошая же картинка", - подумалось Нинки, у которой впервые в жизни какого-то там поцелуя с каким-то там клиническим синеволосым идиотом закружилась голова, - "кругом молодая листва, деревья зелененькие, а под ними я стою такая вся из себя с этим придурком в придачу, целуюсь! Видели бы меня люди."

Люди видели.

Проходившие мимо них бабушка в пенсне и ее внучка - девочка пяти-шести лет с длинными золотыми кудряшками, синхронно обернулись на целующуюся около огромного дерева пару.

- Ната, ты спрашивала, что такое любовь между тетенькой и дяденькой? - Вопрошала ребенка старушка.

- Да, баба Леля, - пропищала ее внучка.

- Вот она, смотри. - На глазах ломала старушка в пенсне стереотипы бабушки, не разрешающей детям смотреть на поцелуйные сцены. - Когда ты вырастишь, Наточка, ты тоже будешь такой красивой, как эта девушка, и у тебя будет такой же милый молодой человек. Только мы тебя парня найдем не такого оригинального… Беленького, чтобы у вас деточки были такие же светленькие, как ты.

Идущие следом за ними три девушки-подружки, которым можно было дать лет по четырнадцать-пятнадцать, тут же захихикали.

- Она еще сама лялька, а ей бабка уже жениха ищет! Клево, блин! - Воскликнула одна из них, что-то увлеченно печатавшая в сотовом телефоне.

- Ой, глядите, как парочка целуется, давайте их сфотаем? - Заприметила Нинку и Келлу ее приятельница. - Какие милые! Восторг!

- Тьфу, - третья продемонстрировал откровенное недовольство увидено картиной, - аж противно! Глэмка и нефор, жесть какая-то, куда мир катится? Скоро готы с моделями начнут встречаться.

- Не ворчи! Ты завидуешь просто. - Тем временем запечатлела мою подружку и ее парня на камеру одна из девушек, а вторая последовала ее примеру.

"Не завидую, - подумала сердито третья девушка, - просто также хочу, чтобы все романтично было и красиво. А всех нормальных парней расхватали такие во жабы, как эта блонди. И вообще, я хочу себе Кея или Рэна из "На краю". Да любого парня из этой группы хочу! Каким-то дурам ведь повезет, а я…никогда с ними не встречусь"

А вслух она лишь брезгливо произнесла, дернув плечом:

- Фу, развели на улице слюни розовые. И синеволосый какой-то страшный.

- Сама ты страшная! - Накинулись на нее подруги. - Милашка!

Девушки, оглядываясь, удалились. Только лишь тогда, когда они вечером этого же дня перекинули фотографии с телефонов на компьютер, одна из них с восторгом узнала Келлу и выставила фото в Интернет, начав с неофициального, но жутко популярного сайта, посвященного их любимой группе…

Келла и Нинка слышали только слова старушки, и это их обоих необыкновенно смутило, хотя они и не спешили признаваться в подобных чувствах друг другу.

"Что такое с моим сердцем гребанным? Оно что, тает?" - с животным испугом подумала Журавль и первой отпустила Келлу.

Он улыбнулся.

- Классно я целуюсь? - тут же спросил он, уже ничуть не злясь. Его огненный характер позволял парню быстро начать испытывать самые разнообразные эмоции, но и отходил он тоже быстро.