музыкальный приворот - Анна Джейн

Нет, жить стало очень страшно! Что твориться? Ниночка с ума сошла или ее любовный приворот подействовал в обратную сторону, то есть на нее саму? Если так - то я ей не завидую. Зато какой у нее вид безмятежный! Я даже на миг позавидовала подруге, которая с таким безмятежным видом сидела около Келлы, удобно устроив на нем белокурую голову, что я тоже захотела оказаться на ее месте, только чтобы не около синеволосого.

А около кого, позволь узнать? Нет, поставим вопрос точнее - около кого из братиков?

Отстань с глупостями.

Я выглянула из-за угла и помахала Нинке. Она меня не замечала. Я вновь помахала ей, но опять этот мой жест оставался ею незамеченным. Зато один из бородатых рокеров подумал, что я подаю знаки ему, и в ответ замахал мне с самой приветливой улыбкой. Я смутилась, ругаю про себя подругу. Когда не надо, все замечает, как будто у нее глаза не только на затылке, но и на висках!

Откуда мне было знать, что подруга сильно утомилась эти днем и использовала Келлу в качестве удобной подушки. Вообще блондинка ждала Кея, поэтому и терпела общество всех этих странных людей во главе с моим папочкой уже третий час подряд.

После университета она на машине отца прибыла к месту, где ее ждал Келла, и бедному, но крайне корыстному Виктору Андреевичу, который хотел заполучить наследство тетушки, пришлось везти среднюю дочь и ее "противного синеволосого жителя планеты Кретинов" в коттеджный поселок, где проживала Эльза Власовна. С одной стороны Нинкин папа радовался, что у него в руках есть хоть какой-то рычаг воздействия на наглую нервную систему тетки, с другой стороны его жутко раздражал Келла, и с каждой минут дядя Витя все больше и больше ненавидел парня, развязно рассевшегося на заднем сидении рядом с Ниночкой. В парне его не устраивало все, начиная от неформальной одежды ("голодранец чертов, напялил широкие джинсы с цепями, бомжара несчастная"), украшений (" ух, мелкий урод, харю все себе проколол, вы только посмотрите на него!"), прически ("только бездельники красят волосы, да еще одни типы, о которых в приличных местах не упоминают!") и даже характера (" развязный блохастый пес, отодвинься от моей дочери!"). Но сейчас дядя Витя не мог ничего сделать гнусному музыканту, и даже когда парень, громко хлопнув дверью, забрался в салон его дорогой и крайне любимой машины и сказал наглое: "Привет, папа", Виктор Андреевич лишь благосклонно кивнул. И заметил:

- Называй меня лучше Виктором Андреевичем.

- Я не люблю, чтобы так официально, но если папа вас не устраивает, давайте буду звать дядей Витей, - тут же возразил молодой человек, и на какой-то миг Нинке, сидевшей рядом, показалось, что Келла изощренно издевается над ними. Он ткнула барабанщика в бок.

- Что, детка? - тут же обернулся к ней парень. Глава семьи Журавлей услышал, как этот наглей бесцеремонно обращается к его драгоценной дочери и закашлялся.

- Ничего, - мило улыбнулась ему моя подруга, - но зови меня лучше Ниной, а не деткой.

- Без проблем, малышка.

Девушка вздохнула и ободряюще подмигнула отцу.

- Ниночка, я понять не могу, зачем мы едем к этой вашей тетке? - Спросил ее Келла.

- В гости, - очень вежливо отвечала она, - Эльза Власовна нас очень ждет. Только…не вздумай ее называть тетей или бабушкой, хорошо?

- Окей. - Вытащил из кармана мятную жвачку Келла и засунул в рот сразу пару подушечек.

Журавли, одинаково сильно не переваривающие мяту, опять же синхронно подумали: " Чтобы ты подавился!", только дядя Витя обозвал Келлу "гадом", а Нина подобрала красивый, но нецензурный эпитет к слову "козлина"

- У нашей Эльзы Власовны очень непростой характер, - начал распространяться тем временем о тетке Виктор Андреевич. - И с ней нужно так сказать, держать ухо востро, ведь у нее уже начинается…гмм…старческий маразм. Поэтому с ней и тяжело Но мы, Журавли, как заботливые и любящие родственники не можем оставить эту пожилую женщину одну и частенько навещаем ее, чтобы, так сказать…

- Это все понятно, дядя, а я то здесь при чем? - перебил его Келла. - Мне то зачем ее навещать?

- Просто так, - уклончиво отвечал дядя Витя.

"Еще и подрался где-то, мерзавец", - злобно думал Журавль, глядя на синеволосого через зеркало заднего вида. Чуть выше теперь уже бритого виска белел плотный лейкопластырь, который и вызвал в ранимой душе Журавля бурю эмоций.

- Просто так ничего не бывает. Кстати, клеевая у вас тачка.

- Спасибо. - Сдержанно отвечал ее хозяин и решил похвастаться, чтобы уесть молодого нахала. - Это…

- Знаю, "Фольсфаген Фаетон", - без особенного почтения к немецкому автомобилю представительского класса сказал Келла, показывая, что хорошо разбирается в машина.

Виктор Андреевич обиженно замолчал, а барабанщик продолжал, как ни в чем не бывало:

- "Мерсы" и "ауди" круче, если вам тачка F класса нужна

- Чем это они круче? - Раздраженно спросил дядя Витя, который никогда не смог бы признать, что его вещь чем-то уступает другим.

- Ну, начнем с того, что в вашем "Фольсе" подвеска жесткая,

- Зато система безопасности отличная! - Запальчиво выкрикнул Нинкин папа. - А двигатель шесть литров, между прочим!

- Большой расход топлива. Воображаю, сколько тачка бензина жрет. И камеры заднего вида у вас почему-то нет. - Внимательно поглядел вперед Келла.

- Ах ты соп…,- вспомнив, что грубить Келле сейчас нельзя, Виктор Андреевич закашлялся, и пожаловался на мнимой насморк.

- Хватит про машины, - недовольно произнесла Нинка. - Бесит.

- Тогда, детка, предложи свою тему для разговора, - улыбнулся ей синеволосый.

"Ух, наглый ублюдок", - подумали синхронно голубоглазые папа и дочка. А Келла с усмешкой оглядывал то салон машины, то Нинку, рассказал пару развязных анекдотов и чмокнул мою подругу в уголок губ, что, естественно, ее тут же разозлило. Кончно даже, дядя Витя этого не видел. В это время он высунулся из машины, чтобы всласть поорать на водителя Мерседеса, который только что, по вине Журавля едва не врезался в его Фаетон, а потом едва сумел избежать встречи со столбом.

У Эльзы Власовны стало еще хуже (для Нинки, разумеется), потому что она испытывала атаку сразу по двум фронтам. Виктор Андреевич к тетушке не пошел, помня, что она приглашала только его дочь и синеволосого панка.

Хозяйка большого трехэтажного дома, выполненного искусным дизайнерами в английском строгом стиле, с нетерпением ждала молодых гостей. Как всегда, ухоженная, с высокой сложной прической, в парчовом темно-зеленом платье, тетушка Эльза ака противная жаба, самолично выплыла навстречу внучатой племяннице и ее молодому человеку.

- Ну, здравствуй, - сухо сказала она Нинке, зато Келла удостоился от старушки едва ли не жарких объятий, что заставило Ниночку высоко поднять брови и подумать: "Ее что, на молодых потянуло старую ведьму?"