Жить жизнь. Трилогия о любви и манипуляциях (СИ) - Богинская Анна

7 декабря

– Получается, что в любой стратегии должно быть что-то, отличающее тебя от других?

Анна кивнула.

– Как вы это придумываете? – в голосе собеседника чувствовалось неподдельное восхищение.

– Никогда не думай как другие. И всегда думай о других, – поделилась она своим принципом. – Умей поставить себя на место целевой аудитории и предложить свой продукт так, как этого не делают конкуренты. А еще лучше – как этого не делал никто.

– «Стратегия голубого океана»?

– Отличная книга, – поддержала она.

– Ладно, пойду поплаваю.

Анна вновь улыбнулась. Собеседник мгновенно исчез из поля зрения. Седьмой день пребывания в Египте. Она огляделась: на верхней палубе никого. Участники форума решили отправиться на экскурсию в заповедник Рас-Мохаммед – самое живописное место на побережье Красного моря.

Пять яхт пришвартованы в устье Акабского залива, между Египтом и Саудовской Аравией, где находится необитаемый остров Тиран. Еще полвека назад он был загадкой для исследователей, но за короткий период превратился в одну из самых востребованных туристических достопримечательностей Египта.

Тиранский пролив – популярный пункт назначения для любителей дайвинга. Коралловые рифы острова входят в десятку лучших в мире мест для подводного плавания. Рифов четыре, и все они названы в честь английских исследователей, впервые нанесших их на карту: Джексон, Гордон, Вудхаус и Томас. За исключением рифа Гордон, они представляют собой отвесные подводные скалы, сверху донизу обросшие разноцветными кораллами. Кристально чистая вода, богатый подводный мир и причудливые растения создают сказочную картину. Анна наблюдала эти рифы десятки раз. Снорклинг и дайвинг когда-то были ее увлечениями, но за последние лет пять утратили былую привлекательность. В свое время этот вид отдыха привнес в ее жизнь Арнис – дайвинг был его страстью. Поначалу ей нравилось, но, увидев фауну всех океанов мира, она охладела к Красному морю. Для большинства участников семинара погружение – их первый опыт. Она понимала их упоение, но разделить его уже не могла. Все познается в сравнении. И сравнение часто становится для нас наказанием. Но и отказываться от экскурсии она не собиралась, потому что считала совместные поездки с участниками семинара обязательными.

С нижней палубы доносились восторженные возгласы. На лице Анны было умиротворение. Сегодня ровно три месяца, как она написала Матвею «Аминь». В последние семь дней ей полегчало – агония отступила. «Я не могу быть с ним, но и без него я тоже не могу» – беспрерывная мантра дала результат. Анна улетала в Египет в состоянии человека, пережившего тяжелую болезнь. Температура упала, асфиксия прошла, дыхание стабилизировалось, но общая слабость еще оставалась. Смена обстановки и климата переключила сознание. Неделя в Шарм-эш-Шейхе наполнена вниманием и заботой. В теплом дружеском кругу для Матвея нет места. Анна подняла лицо к небу, ловя теплые солнечные лучи.

Яхта качнулась, заставив открыть глаза, чтобы удержать равновесие. Взгляд Анны скользнул по зеркальной глади. Вдалеке виднелась красная гора, выныривавшая из тяжелых морских вод. Дикий и непреступный остров Тиран на расстоянии километра.

Название острова восходит к древней бедуинской легенде. Однажды арабская принцесса Санафир влюбилась в простого юношу по имени Тиран. Отец узнал о запретной любви и страшно разгневался. Влюбленных разлучили и поселили на разных островах Красного моря. Тогда отважный Тиран решил добраться до Санафир вплавь и бросился в морскую пучину. Но подвигу не суждено было свершиться: Тиран погиб в окружении хищных акул. А Санафир ждет возлюбленного по сей день. Если прислушаться, то можно уловить ее голос, доносимый ветром. И по-прежнему в заливе Акаба ютятся два острова – Санафир и Тиран.

Эту историю всегда рассказывают на экскурсии. Анна слышала ее много раз, и сегодняшний день не стал исключением. Все это уже было. Таинственный остров вдалеке, восторженные возгласы тех, кто впервые погрузился на морское дно, теплые лучи солнца на коже. Еще пара часов – и подадут обед: неизменную рыбу с овощами и рисом. Все как всегда. Чем может запомниться этот день?

– А почему вы не ныряете? – прервал раздумья голос за спиной. Анна обернулась. Перед ней стоял капитан судна, высокий седовласый египтянин.

– Я была здесь много раз, – не вдаваясь в подробности, ответила она. – Скажите, а я могу туда сплавать?

– Если доплывете, – сверкнул белозубой улыбкой капитан.

– Я хорошо плаваю, – сказала Анна скорее себе, чем ему. – Акулы не съедят? – уточнила она, помня легенду об острове.

– Могут быть рифовые, но они не опасны. Донт ворри, – успокоил он.

Она направилась к лестнице. На верхнюю палубу как раз поднялся один из организаторов форума.

– Ты точно не будешь погружаться? – в десятый раз переспросил Дэн.

– Нет, – вновь отказалась она. – Я хочу сплавать туда, – она указала рукой на остров. – Поднимусь вон на то возвышение, а ты сними меня на свой фотоаппарат.

– А это не опасно? – засомневался Дэн.

– Капитан говорит, что нет. И я надеюсь, он прав, – улыбнулась Анна. – Когда еще у меня будет возможность сфотографироваться на необитаемом острове? – спросила она себя.

Импульс, в котором нет ни капли сомнения, принял решение за нее. Она спрыгнула с яхты в синюю прохладу моря.

Анна плыла в направлении красного острова. И только преодолев метров двести, поняла, что не додумалась надеть ласты. Обернулась. Возвращаться на яхту нет смысла. С верхней палубы за ее маршрутом наблюдал Дэн. Помахала ему рукой. Он поднял руку в ответ. Посмотрела на остров. Еще семь минут – и половина пути позади.

Она вновь взглянула на яхты: с этого расстояния они напоминали миниатюрные лодочки. Когда она рассматривала остров с палубы, предстоящий путь казался более легким. В прозрачной глубине виднелись крупные рыбы и черепахи. Осознание бездны накрыло Анну бетонной плитой. В эту секунду ее импульсивное решение показалось не самой лучшей затеей. Волнение – и, словно по мановению волшебной палочки, в толще воды показались рифовые акулы. Хищников всегда привлекает сильное волнение. Анна глубоко вдохнула: только хладнокровие делает тебя невидимым для них. Перевернулась на спину, чтобы перевести дыхание и успокоиться. Главное – чтобы одиночество в бездонном море не превратилось в панику. Физически преодолеть это расстояние легко. Но самая ожесточенная борьба со всем неизведанным на нашем пути – это борьба с самим собой. Дело не в физическом напряжении, а в осознании: если один из обитателей бездны решит напасть, никто не успеет спасти. Когда ты вступаешь на новый путь, эта критическая точка обязательна. Так всегда: без победы над собой не бывает результата. У любого пути есть последняя черта, рубеж, преодолев который невозможно вернуться в исходное состояние. Точка невозврата.

Анна набрала в легкие побольше воздуха. Наконец она взяла эмоции под контроль. Когда решение принято, есть только одна дорога – вперед. Настойчивость – черта ее характера. На семинарах последней недели она старалась привить это качество другим. Ей нужна победа над собой. А десятки глаз, наблюдающие с яхт, добавляют решимости. Последнюю треть пути она преодолевала в новом, неизвестном, полутрансовом состоянии. Она ни о чем не думала – только плыла, держа перед глазами цель.

Наконец стопы коснулись песка. Она вышла на берег. Невероятное ощущение: ты одна на необитаемом острове. Только ты и красный песок. Физической усталости не чувствовалось. Анна обернулась: яхты вдалеке казались игрушечными. Она видела, что ей машут. Подняла руку в ответ. Затем направилась к возвышению – ей повезло, что песок не горячий. Преодолела пятьдесят метров от лагуны до невысокого выступа в скале. Поднялась. Осмотрелась вокруг.

За спиной – остров без единой живой души, впереди – синяя гладь моря, теплые лучи солнца, окутывающие тело золотым сиянием. Она испытала незнакомое чувство. Что-то новое наполнило ее изнутри. Откровение. Когда вдруг, внезапно и беспричинно, понимаешь то, в чем не отдавал себе отчета годами. А может, и всю жизнь. Она стояла на берегу острова Тиран, прислушиваясь к собственным мыслям.