Драма Мориарти: "Воля кукловода..." (СИ) - Флос Валери

Женщина на него косо посмотрела. Промолчала. Видимо, ждала подставы.

— Я очень умелый, честно! — поклялся юноша, прыгая возле нее горной козой.

Это мало успокоило. Но кинув взгляд себе за спину и узрев недовольные лица… ТЕМНЫХ ЭЛЬФОВ, что уже поснимали свои декорации с головы, хозяйка была вынуждена принять помощь. Боязливо обливаясь холодным потом, она протянула кухонный нож Алларосу и указала на вымытые овощи в тазу. Нерешительно попросила: — Если вам не сложно, нарежьте их кубиками, пожалуйста.

Стоило человеку только притронуться к продуктам, как с противоположной стороны комнаты раздалось не то насмешливое, не то грозное предупреждение:

— Мелкий, с твоими навыками кулинарии я б не советовал тебе вообще к еде притрагиваться! — в ответ на это губы Мор растянулись в ухмылке. Обернувшись, он игриво выкрикнул:

— Наставник, я вам положу самые хрустящие хвост и глазки! За уши не оттащить будет!

*Хлоп!* Глаза изумленно открылись, а дыхание сбилось. Ибо в эту самую секару в стенку в дюймах от его уха влетел один из многочисленных метательных ножей Зеврана! Кровь отлила от лица, когда Ал осознал, что последнюю фразу говорить вообще не стоило!

— Язык бы тебе оторвать… — прорычал дроу, сверкая глазами. Рядом тут же быстрее завозилась хозяйка, будто ее водой холодной окатили с ведра. Закусив губу, молодой господин перевел взгляд с лежащего на лавке лонка Де Ирриды, что следил за разговором, на сидевшего Зеврана. Хотел было подлететь к наставнику, чтобы поласкаться, пока нет его грозного третьего брата. Вот только заметил указательный палец второго дроу, просящего обернуться на сто восемьдесят градусов. “Где-то уже такое было…” — чувствуя, что он не обрадуется увиденному, Мориарти мгновенно развернулся на пятках, чтобы увидеть…

*Чавк. Чавк. Чавк…* “Да это уже не в какие ворота не лезет!” — заистерил он, узрев сидящую на разделочной доске крысу, что УЖЕ ДОЙДАЛА ВСЕ НАРЕЗАННЫЕ ОВОЩИ, И ПРИ ЭТОМ НАГЛО ТЕРЛАСЬ ЗАДНИЦЕЙ ОБ СТОЛ, где он только что все нарезал!!! Буря эмоций отразилась на лице господина. Он так негодовал, что прямо покраснел, из ушей едва не валил пар. И только Мор набрал в легкие побольше воздуха, чтобы позвать негодника Цинсо, кой не уследил за этой гадостью, как его опередили.

— А-а-а-а!!! Крыса!!! *Хлобысть!*

Алларос аж поперхнулся! На его глазах жена старосты не церемонясь, замахнулась сковородкой и со всей дури врезала ею по вредной роже мышинды! Та ни одним глазом не ожидала подобного исхода. Ее ж все лелеяли. Ну да, не дай Лаантан, хоть пальцем навредить, Морозец потом на куски разберет. А тут какая-то жирная корова, без разбирательств, херакнула кухонной утварью!

С охреневшей мордой Бади, на удивление молча, отлетел в самый дальний угол. Женщина продолжала прыгать в брезгливости и материться на эту мерзкую живность! Нет, не так. Рефлексами она сразу шандарахнула гада, а после испугалась, да так, что…

— Мамочки!!! — заорала она не своим голосом и бронепоездом понеслась прямо к остолбеневшему от шока Алларосу! — Спаси-и-ите!!!*Вжу-у-ух!*

Доски на полу под ее весом прогнулись до значительной дуги. Юноша не успел и вдоха сделать, как мадама подпрыгнула и!

— Еб@ть, у-ух! — пискнул паренек, когда шею неожиданно обвили пышные руки, сковав железной хваткой! Спина непроизвольно выгнулась, а конечности попытались удержать это нечто, что повисло на нем мешком. Однако долго это не продлилось.

— Не отдавайте меня этой усатой бестии, господин! Я женщина еще в расцвете сил! Мне нельзя умирать! — ревела она, со всех сил цепляясь за спину уже теряющего равновесия молодого господина. Его дыхание сбилось, а глаза от натуги чуть из орбит не вылезли.

— Вот это цирк! Бай, ты только погляди. Знаешь, я даже поскучал за всем идиотизмом, что творится возле этой ходячей катастрофы! — хохотнул в это же время лонк Де Роил, толкнув младшего брата в плечо. Бай-Чон-Е в ответ лишь хмыкнул. Из-за ширмы выполз взъерошенный Цинсо и с ужасом уставился на происходящее. Что-то прокричал, но его мало кто услышал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мой спаситель! О Создатель, вы защитите меня! — лепетала мадам, даже не думая слезать с красного, как помидор, Мориарти.

— О-отва-али-и о-от ме-ен-ня-я-я… О-ох! — сквозь зубы шипел Мор, пытаясь скинуть женщину с себя. Но той хоть бы хны! Клещом держится, словно рожает! Бедняга, силясь побороть притяжение к земле, широко расставил не шуточно дрожащие ноги, так как понимал, что если он грохнется с таким вагоном, то превратится в мокрое место! Его тело было натянутой тетивой и Ал страшно боялся, что от перегрузки не только разойдутся уже вновь заболевшие швы, но и переломится хребет! Подвывая волком, он чуть повернул в сторону голову и умоляюще посмотрел на глазеющих спутников. Из всех пребывающих в чувствах товарищей, самым непробиваемым оказался как всегда Бай-Чон-Е, вовремя заметивший, как на зеленых одеждах уже белеющего юноши, что едва проглядывали через пышные формы хозяйки, образовалось кровавое пятно. Помрачнел лицом. Губы сжались в тугую нить. Зевран краем глаза уловил мимику брата и тут же перестал смеяться. Наскоро оценил состояние Мориарти и тоже похолодел. Веселость, как ветром сдуло.

*Щелк.* Темные пальцы дали команду действовать! Второй лонк молнией поднялся со скамьи и в пару прыжков оказался подле голубков!

Не стал долго раздумывать.

*Херак! Вжу-ух! Затрещала ломающаяся мебель, разбилась глиняная посуда!* — А-а-йя-я! — заверещала женщина среди груды упавшего барахла, болезненно плача от полученных увечий. Опуская ногу после жесткого удара, кой не только отцепил железные пальцы от спины Аллароса, но и вернул ему возможность дышать, Бай ядовито выплюнул:

— Ничтожная сука, как ты смеешь ломать нашу игрушку!? — дроу стремительно приблизился к жене старосты, что сейчас отсутствовал. Наклонившись приставил к жирному горлу ядовитый веер: — Жить надоело, свинья!? Крыса — это самая меньшее из зол. Знай, что если мы еще раз разочаруемся в тебе, то твоя безобразная плоть будет кормить червей в ближайшей канаве!

Одновременно с его монологом, почувствовав резкое облегчение, ноги Мориарти все же подогнулись и он бессильно рухнул на пол, харкая кровью! Еще на полпути к земле его перехватили чужие руки и смягчили падение.

— Как он? — к сидящему Зеврану подбежал испуганный лисий дух. Попытался притронуться ко лбу владыки, но тот внезапно отшатнулся в бок и истошно закашлял, выплевывая кляксы крови. Цинсо побелел.

— Что мнешься!? — прикрикнул на него старший, вырывая из оцепенения.

— Живо неси мои вещи!

Тот пулей испарился.

— Зев…ран… — ели слышно прохрипел Мориарти, утирая рот. Его дрожащая рука слабо взялась за его локоть, смяла рукав темных одежд. Человек хотел было сказать, что все в порядке, мол ему не в новинку все шишки собирать, но вдруг передумал. Вслушался в ощущения и решил повременить, став наблюдать за развитием событий и охать от зудящей боли в ребрах и спине. Темный эльф, видя как мелкому хреново, притянул того к себе поближе, усадив меж ног. Слегка приобнял, облокотив себе на грудь. Пальцы успокаивающе, погладили затылок. Молодого господина вновь стало потряхивать.

Цинсо и Бай-Чон-Е, который уже выгнал прочь несносную кухарку, подошли к ним в одно время. Один протянул сумку со склянками, другой молча встал у плеча, ожидая приказаний. Кивнув обоим и приняв вещи, Зевран соединил брату пару символов из пальцев и стал дожидаться, когда тот возьмет у него Аллароса и перенесет к ближайшей постели. Второй лонк не удержался от комментирования:

— Вот страдалец. Сколько еще ты будешь ломаться от каждого чиха, а?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Пока ты… носишь меня на-а руках, ст-только и буду… — прошептал Ал, закрывая глаза и устраиваясь поудобнее. Эльф закатил недовольно глаза.

***

Его вновь бесцеремонно раздели и по новой заштопали рану. Увы, на этот раз Мор был в сознании. Отчего у дома взлетала крыша, едва игла касалась нежной кожи человека!

— Ай-я-яй! БОЛЬНО! ПЕРЕСТАНЬ! — плакал молодой господин, извиваясь ужом. Всеми фибрами души желал сбежать, но его руки и ноги держали нерадивые спутники, пока наставник ста-арательно поправлял стежки. — Про-ошу, хва-а-атит…