Таймыр. Трилогия - Вадим Денисов

— Однако, снайперскую винтовку вы взяли!

— Знаете что, товарищ Дмитрий, — закрыла вопрос Солонкова, откровенно раздражаясь от реплик дилетанта, — доверьте эти заботы специалистам! Какие-то неожиданности могут быть, и мы их предусмотрели!

— Вы меня несколько утешили. Но ведь…

— Давайте закончим с этим!

Квест пожал плечами, так и не поняв логику профессионалов. Что же, им видней.

Около получаса состав этого сводного отряда посовещался возле развернутой в кубрике карты. Та, как обычно, не позволяла точно указать место, — деталировка слабая даже при таком масштабе… Старый фокус, производители берут карту более крупного масштаба, а потом просто увеличивают ее на компьютере, выдавая за более мелкий, якобы с «улучшенной деталировкой». В результате — протоки все так же не обозначены точно, а рельеф озерных берегов примитивно сглажен — ни бухт тебе, ни мысов, ни заливов. Проблема наличия точных карт — вечная! Особенно остро она стоит в удаленной местности, лишенной какой бы то ни было инфраструктуры, не востребованной, по сей день, ни человеком, ни промышленностью… Еще не подвергавшейся кропотливому картографированию, а, в большей части, лишь сфотографированной с воздуха или из космоса.

Если ты не знаешь этих мест, не прошел их пешим ходом, не проплыл вдоль бережка тихим ходом, то, даже имея «километровку», точно позиционироваться не сможешь. Проходящему мимо озерных предгорий на быстром катере или моторной лодке пассажиру очень трудно заметить с воды причудливый изгиб берега. Новичку — особенно. Так что, можно было полагаться только на память свидетеля, в данном случае — Квеста.

Порассуждали немного, поспорили, затем определили порядок действий — и в дорогу.

Вот в последний раз за островом Улахан-Ары на горизонте угадались трубы гиганта цветной металлургии с дымными шлейфами, плывущими на юго-восток. Перегон по озеру Мелкому был закончен. «Аллигатор» оперативников ходко шел впереди под 75-сильным мотором. В низкую осеннюю воду переход по довольно сложной реке Глубокой, весьма непрост, и хитрый Самохин предпочел пропустить лодку с группой захвата в лидеры гонки, внимательно следя за ее скоростными маневрами и сложным фарватером реки.

На выходе из реки в озеро уток на воде Глубокого сидело столько, что Самохин еле удерживался от браконьерских действий! Целые водоплавающие прайды. Его так и тянуло, передав управление катером Квесту, устроить самое настоящее водное сафари…

Казалось бы, им осталось только пройти сложный фарватер среди мелей, а далее почти на всем протяжении пути по акватории Глубокого никаких неприятных сюрпризов не просматривается. Но, увы, они возникли в самом начале пути по озеру. Все началось с того, что Квест заметил, как дернулась лодка силовиков, а Анастасия даже привстала, что-то заметив справа.

— Наша сигуранца там катер какой-то углядела, вот они и всполошились, — спокойно пояснил Самохин, показывая Квесту на белое пятнышко почти у берега.

— Неуемные какие… Что Панковскому тут делать? Он в другой стороне.

Димка взял у него из рук бинокль и посмотрел по направлению. Действительно, катер. Хоть и похож немного, но явно не тот, что им нужен. Катер медленно отходил от пологого склона с невысокими лиственницами, направляясь в озеро. Пользуясь тем, что сейчас они шли практически бок в бок с «аллигатором», Квест высунулся по пояс в верхний люк и, стараясь перекричать рев двигателей, заорал что есть мочи:

— Не тот! Это не наш катер!

Ему показалось, что Настя отлично поняла, что он хотел ей сказать, но ее лодка все так же упрямо подворачивала в сторону обнаруженного объекта. Тот стремительно приближался к ним. Это был разъездной катер ЛС — «Ленинградская судоверфь» (сами работники верфи его называли шутливо — «Лукьян Селеджи», именно так звали в те годы директора предприятия), «элэска», еще из старых… Ну и чего гнать, как резаным? Они и так сейчас здесь будут! Димка, повернувшись боком к холодному ветровому потоку, снова крикнул, еще и разводя руками крест на крест, но Настя в ответ на этот примитивный, но действенный «семафор» отрицательно покачала головой и скомандовала Давиду (Квест по губам понял) — «будем проверять!»

В тот же момент сидящий на корме боец на полной скорости круто завернул лодку вправо, направляя ее навстречу подозрительному катеру.

— Что творят, идиоты! — заорал Толик, тоже наклоняя свой катер, но уже тормозя и уходя в сторону, ближе к глубинам.

Тут уже и Квест увидел рябь воды на отмели, а потом и измененный цвет воды. Сидя в высокой рубке катера, заметить эту опасность было несравненно легче, чем с борта низкой лодки. Длинная подводная коса пересекала курс «аллигатора», летящего прямо на нее. Сердце у Димки сжалось в нехорошем предчувствии.

И тут «аллигатор» на полной скорости налетел на гребень косы.

— Твою же мать! — выдохнул Самохин, бросая взгляд на эхолот и останавливая катер.

Первый ударом вынесло наверх сапог тяжелого подвесного мотора, лодка подпрыгнула. Раздался визг винта, выходящего на закритические обороты. Самую легкую из пассажиров, Настю, вынесло в воду первой и именно поэтому ей повезло больше всех. Мотор опять опустился, рубанув воду, пытаясь упрямо толкать лодку вперед. Но там глубины было еще меньше, и лодка резко остановилась, переворачиваясь через нос.

Давида выкинуло дальше, и упал он нехорошо, перевернулся в воздухе, головой воткнувшись и в воду, и в мель. Скорость и инерция были таковы, что его опять выбросило из воды и он опять перевернулся.

Квест закричал — одними лишь матами.

«Аллигатор», выставив в небо жесткий киль, даже не покачивался, настолько мелко было там, где он остановился окончательно…

Первой из воды доставали Настю. При ударе она полетела не вперед, а чуть вбок, туда, где больше воды, и вошла в воду боком. Она и сама пыталась встать, но это у нее получалось плохо. Девушка упала на изгиб отмели, почти на самый ее край. Димка спрыгнул в воду, дотащил да катера и снизу подавал ее Анатолию. Тот легко, как пушинку, поднял ее на палубу, лишь струи воды полетели вниз.

— Ногу, похоже, сломала… — с шипением выдавила Солонкова. Лицо — не узнать, бледное от боли и заострившееся от жгучей обиды.

— Посмотрим, родная, посмотрим, — тихо сказал ей Толик уже из рубки, куда спрыгнул прямо через люк. Двигатель зарокотал и катер стал медленно продвигаться поближе к месту падения Давида, постепенно догоняя Квеста, который уже брел к пострадавшему кавказцу по воде. Наконец корпус уперся титановым килем в песок настолько, что двигаться дальше было просто опасно.

— Ты потерпишь? — спросил Самохин девушку, на секундочку присев и бережно взяв ее за руку.

Та, положив замерзшие пальцы поверх его кисти, только кивнула и что-то простонала, крепко стиснув губы. Торопясь, энергично кивнула еще раз. Нежно погладив ее по щеке, Самохин выпрямился и посмотрел на озеро. Квест держал человека головой вниз, вытряхивая воду… Худо дело. Плюх! Чуть не полтораста килограммов рухнули вниз, раскачав катер и подняв немалую волну, и Толик мощно пошел к Димке, с усилием держащему Давида под мышками, иначе в воду упадет, захлебнется окончательно… Тот хрипло дышал с закрытыми глазами. Пока степень тяжести полученных повреждений определить было категорически невозможно.

— Этого тащи на борт, — скомандовал Квест, — только поаккуратней… Похоже, может, там все ребра вперемешку…

Толик попробовал взять пострадавшего сходу, но сразу не ухватился — и скользко, и вода ледяная, и взять надо побережней… Да и тяжел был спецназовец! Подсел, очень медленно обхватил под руки и так побрел к катеру. Краем глаза он увидел, что злосчастный «подозрительный объект» уже стоит рядом с его судном. Женщины выстроились на палубе «элэски», а двое мужиков в болотниках поспешно спрыгнули вниз.

— Нет, нет! Наверх давайте. И осторожно принимайте, мужики! — Самохин бережно передал ношу им.

Давид был плох. Похоже, страшным ударом ему повредило позвоночник и, возможно, шею. Друзья стоя в воде, ошарашено помолчали, не обращая внимания на крики с «элэски».

— Я, Толик, подумал, что ему сразу конец пришел, — дрожащим голосом прошептал извиняющийся Квест, — поэтому и подошел к нему позже… Там кровь в воде.

Он отвернулся, дернулся и сразу заторопился, отошел было на два шага, но не выдержал и вырвал — прямо в воду.

— Чего уж теперь… — прохрипел Самохин, облизывая губы и стараясь не смотреть в обескровленное лицо Давида, — полезли на катер…

Через десять минут все решилось.

Всем миром они уже собрали плавающие баулы, нашли слетевший с Давида автомат и отвязали снайперскую винтовку от борта лодки. Суета, неизбежная после катастрофы, закончилась, и лишь жены рыбаков тихо причитали на палубе. Травмированным спешно вкололи по комплекту «антишока» и по ампуле баралгина из бортовой аптечки Самохина. Был ли у девушки закрытый перелом или вывих, никто так и не смог сказать однозначно, — человека, хоть как-то обремененного медицинскими знаниями в обоих экипажах не оказалось. Осмотрели коллегиально, и кое-как пришли у выводу о сильном ушибе «с может быть, трещиной», как сказала одна из женщин с «элэски»…