Любопытный – значит успешный книга о том, как владение информацией позволяет владеть миром - Брайан Грейзер

Тогда я подумал: хорошо, это будет не история русалки, а история любви. Романтическая комедия, где женская партия – у русалки. Я переделал контекст фильма. Та же идея, но в другом обрамлении. Я стал продвигать фильм, как любовную историю с элементами комедии, в которой парень влюбляется в русалку.

Ответ был по-прежнему отрицательный, однако, уже не такой категоричный. Во всяком случае, было видно, что руководство студий заинтересовала идея любовной истории с русалкой.

Антея Силберт, занимавшаяся покупкой фильмов для United Artists, была одним из моих адресатов, которым я неоднократно приносил свое предложение.

«Его в дверь, а он в окно! – сказала она мне однажды. – Его в окно, а он через дымоход. Мой ответ – нет! Я не хочу снимать фильм про русалку».

Я преследовал их, словно надоедливая муха. Хотя недавно Антея Силберт призналась: «Ты надоедал, а, скорее, вел себя, как слишком активный пятилетний ребенок. Озорной. Хотелось тебя посадить в углу и велеть себя тихо вести».

Несмотря на отказ, Антея моей русалкой заинтересовалась. «Я всегда была падка на мифы, басни, сказочные сюжеты», – сказала она. На самом деле совсем не сложно было превратить фильм о русалке в любовный роман человека и русалки, а из этого сделать волшебную сказку о любви парня к русалке.

Антея выделила мне некоторые средства, чтобы отполировать сценарий, и помогла нанять писателя и сценариста Брюса Джея Фридмана, который переработал мою изначальную версию.

Антея также хотела инструкции к роли русалки. Но я не понимал, о чем идет речь. «Зачем они нам?» – спрашивал я.

Она хотела, чтобы было четко обозначено то, как русалка жила в океане и как на суше (например, куда делся хвост?)

«Зачем?» – снова спрашивал я.

Она же считала, что это должно улучшить комедийную и сказочную составляющие фильма.

В это время, из ниоткуда, возник еще один фильм о русалках – над ним должны были работать легендарный сценарист Роб Таун («Китайский квартал» (Chinatown), «Шампунь» (Shampoo)) и режиссер Герберт Росс («Прощайте, мистер Чипс» (Goodbye, Mr. Chips), «Поворотный пункт» (The Turning Point)), а исполнить роли было предложено Уоррену Битти и Джессике Лэнг.

Голливуду был совершенно неинтересен даже один фильм про русалку, а уж два – совсем перебор. И Голливуд, без сомнения приняв во внимание тот факт, что в содружестве Грейзер и Ховард имели ровно одну работу на двоих, сделал выбор в пользу картины, в которой были заняты сценарист с «Оскаром» и режиссер с номинацией на премию Киноакадемии.

Я произвожу впечатление человека расслабленного и беззаботного, я и одеваюсь так, и вести себя стараюсь непринужденно. Но я вовсе не беззаботный. Я человек, который, услышав через окно, как кто-то говорит о вакансии, через 24 часа получил эту работу. Я могу назвать полдюжины людей, с которыми по полгода и году добивался встречи: Лью Вассерман, Дэрил Гейтс, Карл Саган, Эдвард Теллер, Джонас Солк.

А тут что же получается? Сначала десять человек мне говорят, что никому не интересны русалки, никто не снимает о них фильмы. А потом я вдруг слышу: «Ой, извините, мы бы с удовольствием взялись за фильм о русалке, но одна такая картина уже в производстве, и у них в главной роли Джессика Лэнг! Представляете? Нет, мы не возьмемся с ними тягаться. Спасибо, что зашли». Уж простите, но я совсем не собирался отдавать Герберту Россу и Роберту Тауну мой фильм про русалку.

В конце концов мы с Роном заключили договор с Disney на съемки «Всплеска» на вновь созданной студии Touchstone, в дочернем подразделении компании, которое было учреждено именно для того, чтобы снимать фильмы для взрослой аудитории. Рон не только взялся за работу, но и заверил руководство Touchstone, что снимет кино с ограниченным бюджетом, и пообещал опередить русалку Герберта Росса по графику выхода в прокат.

«Вслеск» оказался очень успешным. Он был на первом месте по кассовым сборам первые две недели показа, 11 недель держался в десятке лучших и на тот момент поставил рекорд по скорости окупаемости в истории Disney.

«Всплеск» также стал первой картиной Disney, которая была предназначена не для детского просмотра. Мы сделали для Disney самый первый хит в категории PG («рекомендуется присутствие родителей»).

Более того, мы не только опередили второй фильм о русалке, он вообще не вышел. «Всплеск» же принес хорошие деньги и поспособствовал карьере Тома Хэнкса и Дэрил Ханны. В Голливуде также пересмотрели несколько скептическое отношение к Рону Ховарду и стали наперебой приглашать его к себе.

Но, пожалуй, самое приятное, если учесть, сколько раз я слышал в ответ «нет», пытаясь сделать это кино: «Всплеск» номинировали на премию Киноакадемии за лучший оригинальный сценарий. Награду в тот год получил фильм о Великой депрессии «Место в сердце» (Place in the Heart) с Салли Филд в главной роли. Но мы с Роном впервые присутствовали на церемонии вручения.

В тот день, 9 марта 1984 года, когда «Всплеск» вышел на экраны, мы с Роном Ховардом взяли лимузин и поехали на нем кататься с женами, любуясь на очереди к кинотеатрам. Это стало нашей традицей, которую заложила «Ночная смена», хотя тогда, в первый раз, очереди нас не слишком обрадовали5.

Со «Всплеском» же дело обстояло совсем по-другому. В Вествуде был кинотеатр Westwood Avco, прямо на бульваре Уилшир. В 1983 году, во время премьеры «Инопланетянина» Стивена Спилберга, мы видели перед ним очереди, заворачивающие за угол. В тот вечер, когда на экраны вышел «Всплеск», мы увидели такую же картину. Народу было не так много, как на «Инопланетянина», но все равно это было что-то невероятное. Люди выстраивались в очередь, чтобы посмотреть наш фильм про русалку. Это было потрясающе.

Мы выпрыгнули из машины и прошли от начала до «хвоста» очереди, общаясь и обнимаясь с нашими зрителями. Потом мы прыгнули обратно в машину и положили начало еще одной традиции – отправились в In-N-Out Burger, знаменитый калифорнийский ресторан быстрого питания, и съели по бургеру под бутылку отличного французского бордо, которую я, заранее рассчитывая на успех, предусмотрительно сунул в багажник.

* * *

Нам потребовалось семь лет, чтобы пройти этот путь от «точки воспламенения» до кинотеатра Westwood Avco. Для этого было недостаточно одной только хорошей идеи, пусть я и был ею очень вдохновлен. Мне были необходимы упорство. Решимость.

Подобно тому, как подпитывают друг друга любопытство и сочинительство историй, взаимно усиливают друг друга любопытство и упорство. Любопытство влечет за собой новые истории, а они, в свою очередь, вызывают любопытство. То же самое происходит и с упорством.

Любопытство вознаграждает упорство. Если вы сломались, когда у вас не получилось сразу найти ответ на вопрос, если вы сдались на первом же отказе, тогда любопытство вам явно не очень помогло. Один из уроков работы с Антеей Силберт для меня заключается вот в чем: мое упорство помогло мне не сойти с пути, а любопытство – понять, как немного изменить фильм про русалку, чтобы другие его приняли и оценили.

Нет ничего более бесполезного, чем праздное любопытство. Упорство – вот что ведет любопытство к какому-то стоящему решению. Точно так же и упорство без любопытства может означать то, что вы преследуете цель, которая не стоит ваших усилий, или что вы идете к ней, не корректируя свои шаги, узнавая новую информацию. В конце концов вы оказываетесь далеко от нужного курса. Упорство – это в буквальном смысле та энергия, которая ведет вас вперед. А любопытство отвечает за навигацию.

Любопытство может подсказать отличную идею и поможет вам ее проработать. Решимость же будет поддерживать вас с вашим замыслом на пути вперед, когда остальные будут настроены скептично. Вместе эти силы дадут вам уверенность в том, что вы делаете что-то разумное. А ведь это – основа для ваших стремлений.

Умение задавать вопросы – вот главное, что требуется вам, чтобы помочь самому себе, скорректировать свои идеи и убедить других. И это верно даже в том случае, когда вы знаете, что делаете и куда направляетесь.

* * *

Мне представился шанс снять фильм по одной из великих книг доктора Сьюза. Вдова Доктора Сьюза, Одри Гейзель, предоставила мне права на съемку фильма «Гринч – похититель Рождества»; два года я боролся за них с великими режиссерами, среди которых были Джон Хьюз («Феррис Бьюллер берет выходной», «Один дома») Том Шедьяк (он был режиссером нашего фильма «Лжец, лжец») и братья Фаррелли («Все без ума от Мэри»).

На самом деле книга «Как Гринч украл Рождество» была первым произведением Доктора Сьюза, на основе которого Одри позволила создать полнометражную киноверсию. Одри Гейзель чем-то напоминала мне жену Айзека Азимова: она так же рьяно защищала творческое наследие супруга, который умер в 1991 году. Когда мы с ней работали, на номерном знаке ее машины было одно слово: GRINCH.

(Теодор Гейзель с годами тоже установил себе такой)6.