The Pirate Adventure - Mel

— Как ни странно, не ест, — пожал плечами Джеспер. — До того, как я пошёл работать сюда, меня заносило на различные судна. И везде, где бы я ни был, капитан всегда был един со своей командой. И телом и душой. И помогал своим матросам, и ел вместе с ними чуть ли не с одной миски! Не знаю, как остальные, но лично для меня, такое вот поведение — питаться отдельно от своих людей — неприличный жест по отношению к команде.

— Абсурд, — снова вмешался Чарли. — Наш капитан с нами телом и душой, без сомнения!

— Пару минут назад ты клялся нам в том, что боишься его, — усмехаясь подметил Джеспер и игриво подмигнул девушке.

— Да, боюсь. Боюсь и уважаю. Разве, боясь, я не имею права его уважать?

Этот вопрос пролетел мимо ушей, Френсис к тому времени интересовало уже другое.

— Скажите, Джеспер, а почему вы присоединились к пиратам? — этот вопрос заметно задел Джеспера, да и Чарли, что подслушивал, тоже.

— Ах да, ты же, Френсис, служишь королю, ведь так? То есть, если я сейчас раскроюсь тебе, то потом во время казни, которую нам не миновать, у меня будет лимит? — в шутку спросил кок. Но вот для его помощника данная тема разговора оказалась болезненнее.

— Не факт, что мы оставим её в живых, — ответил горячо Чарли. — Не понимаю, о чём только наш капитан думает...Какой смысл держать её здесь? Пока от неё не вижу никакой пользы!

Эти слова вынудили Френсис на секунду уйти от мойки посуды и окунуться в свои тяжкие раздумья, которыми она обременяла себя всё свой путешествие. Она представила себе, как Посланник достаёт пистолет и выстреливает в неё без тени жалости. Мысли показались ей настолько реальными, что она почувствовала боль в груди и невольно приложила к ней взмыленные ладони.

После мытья посуды Френсис решила больше не тревожить кока и его нервного помощника, и удалилась на палубу. Всё ещё взвинченная своими жуткими мыслями о ближайшей расправе, девушка не сразу заметила, с каким выражением поглядывали на неё матросы. По крайней мере, ненавистных взглядов стало намного меньше.

Кто бы подумал, что сторонница справедливости, у которой на глазах вешали многих головорезов, сможет улучшить к себе отношение практически всей команды Армады — именно таких жестоких головорезов? Еда сумела смягчить их жестокие сердца и, будучи сытыми и довольными, они могли с охотой заговорить с Френсис и не испытывать в тот момент отвращения или того гнева, который они чувствовали в первые дни. Френсис могла пройтись по палубе со спокойствием на душе, зная, что больше никто не кинет в ей в спину никакой колкой реплики. Если она спотыкалась, находились на палубе люди, которые оказывались тут как тут и подавали ей руку. Команда не боялась есть с её рук, наоборот, они ели с большой охотой, да так, будто не ели никогда. Френсис не успевала готовить, как её блюда, ещё не остывшие, уже ходили по рукам. Вместе с этим новым явлением, Френсис наконец получила полный доступ к воде и могла спокойно привести себя в порядок, зная, что воды теперь у неё предостаточно. Таким нехитрым способом, она сумела подняться на новую планку — теперь она вполне могла считаться частью Армады. Нет, это было сказано слишком резко. Частью её считали ещё не многие. По её поводу всё ещё витало море неприятных, жутких слухов. Кто-то всё ещё сомневался в её искренности, с которой она подавала им свои блюда. Она не была едина с командой, но уже не считалась трюмной крысой, занимающей лишнее место на корабле. Ни тем и не другим. Но всё же, это было лучше, и Френсис уже радовалась хотя бы тому, что сумела продвинуться. А продвижение — уже большой успех. Так судила девушка.

Единственным человеком, для которого Френсис всё ещё была никем и ничем, являлся Посланник. Если команда перешла на новый этап в отношениях с девушкой, то капитана корабля отделяла от Френсис всё та же незримая черта, за которую ни он, ни она не имели возможности перешагнуть. Посланник не замечал её, старался не слышать, не отвечать на её вопросы, если она осмеливалась задавать их при их столкновении. Он был таким же холодным, бесчувственным, абсолютно глухим к девушке.

Никто никогда на корабле не называл его по имени. "Капитан", "босс", "хозяин" — такие клички были самыми популярными среди его людей, которыми они пользовались с охотой. Может, просто никто из них не знал его имени? Или же он сам запрещал им себя как-либо по-другому называть? Так или иначе, для Френсис это тоже было своего рода загадкой, на которую она также стремилась найти ответ. При всех она называла его с иронией либо капитаном, либо Посланником, но для неё лично самой он навсегда оставался Артуром. Никто не знал, когда именно произошла их первая встреча, никто не знал — произошла ли. Ведь Френсис очень крепко хранила секреты. Она не говорила об этом даже своему любимому мужчине, хотя они клялись друг перед другом, что не будут прятать от своей половинки скелеты в шкафу.

Мысленно Френсис всегда называла его Артуром, так как почему-то считала, что так ей будет легче воспринимать этого человека.

И что самое главное — Френсис так и не сумела выяснить — куда же приведёт их Армада? Для полного общения с командой она не чувствовала себя готовой, а вот Томас и местный кок лишь покачивали головами. Френсис верилось с трудом, что члены экипажа не знают своего маршрута! Какая нелепость! Как же это странно...плыть в никуда!

— Капитан — наш компас, — загадочно ответил Джеспер. — Лишь он один знает куда нам плыть. Команде он говорит только координаты — куда сворачивать судно, а так...мы находимся в таком же неведении, как и ты, Френсис.

— Но это же...глупо, — не выдержала девушка. — Он с вами не делится вообще никакой информацией?

— Нет, как же, делится, — пожал плечами кок. — Но обычно это мало помогает нам развеять туман в голове.

Томас говорил то же самое.

И оставалось только размышлять — говорят ли они правду или же лукавят?

Чем дальше уходила она в свои расследования, тем больше проблем являлось к ней взамен на её небольшие открытия и достижения. У неё участились кошмары. Френсис не помнила ночи, которая прошла бы у неё мирно, без слёз и града пота, которым окатывало её хрупкое тельце. В снах в основном фигурировали недавние события, и главными героями постоянно была она и Артур. Этот негодяй очень крепко засел в её голове и, казалось, скоро должен был стать неотъемлемой частью в её мыслях, без которых Френсис уже не могла жить.

И вот, в один из солнечных дней с кортика послышался долгожданный вопль:

— Земля! Земля на горизонте!

Глава 5. Три черепа

Команда мигом высыпалась на палубу — кто вставал на абордажные сети, кто забирался на мачты, чтобы лично увидеть синюшные очертания такой ожидаемой суши. Френсис, которая могла отныне спокойно расхаживать по палубе, также живо, как и остальные, отреагировала на крики. Растолкав столпившихся моряков, она пробралась к носовой части и перед её взором предстали скалы, горделиво высунутые из морской пучины.