Продленка для снежной королевы (СИ) - Ти Ана

Зайдя на кухню он остался стоять в дверях, подходить к девушке, у которой в руках кипяток, и которая зла по твоей вине, ему не хотелось.

Тимур понимал что на душевный разговор можно не рассчитывать.

— Вера..

— Ты уже в курсе. — Стоя спиной к Тимуру она не спрашивала, она констатировала факт. То что Тамара Степановна побежит в первую очередь к директору, Вера поняла еще в автобусе.

— Мне жаль. Я все исправлю. — Голос Тимура дрогнул. Не зная что еще сказать, он сделал шаг в ее сторону.

— Исправишь? — Вера швырнула ложку в умывальник. Развернувшись, она сделала то, что раньше вводило ее в ужас, посмотрела прямо ему в глаза.

Тимур опешил, у Веры отсутствовал былой страх и неуверенность. Перед ним стояла совершенно другая Вера, не холодная, ледяная. Всего за одну секунду они поменялись ролями, теперь она хищница, а он добыча.

— Ты сам себя слышишь?! ЧТО ты исправишь? КАК? Ты обещал! Я верила тебе! Я верила! Ненавижу тебя! Ты использовал меня! Мало того что я сделала за тебя всю грязную работу, и ты вышел сухим из воды, так тебе еще и вишенка на торте досталась! Трахнул недотрогу, училку русского языка! Поздравляю Мартынов у тебя фул-хаус!

Из глаз девушки летели молнии, кровь прилила к лицу, от злости шея Веры покрылась красными пятнами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Закончив свою речь она тяжело рухнула на стул. Сил не осталось, злость прошла. Осталось одинокое отчаяние. Слезы предательски покатились по щекам, Вера громко всхлипнула. Закрыв лицо ладонями она не хотела что б ее видели такую.

Слабую, беззащитную, и разбитую.

Ее слезы словно ножи, резали по-живому. Меньше всего он хотел видеть ее такой.

Тимур метнулся к ней, став на колени, стал чуть ли не силой убирать ее руки от лица. Сердце обливалось кровью, видя что она плачет.

Перебивать не было смысла, Вере нужно выговорится и она имела полное право вылить на него всю грязь. Желание закопать Симакина усилилось в неисчисляемое количество раз.

От одного воспоминания об этом ублюдке внутри зарождалась ярость, кулаки сжались с такой силой, что костяшки пальцев побелели. В голове уже зарождался план мести.

Вера продолжала плакать, боль внутри была на столько велика, что девушка без какого либо стеснения практически выла.

Зарёванная Вера застала Тимура врасплох, у него самого начали трястись руки. Он боялся говорить, любое слово сейчас могло ранить похлеще удара в лицо.

Одним движением мужчина подхватил хрупкую Веру, с максимальной манёвренностью, старался донести ее в комнату без повреждений.

Уложив бедняжку на недо-кровать, Тимур умостился рядом.

Вера не отталкивала, всем своим хрупким телом прижималась к Тимуру. Озноб не проходил, Веру всю трясло, ее словно голую опустили в кучугуру снега.

Прижимая ее к себе Тимур не переставал гладить маленькую макушку. Вера начинала успокаиваться, горькие слезы сменились на рваное дыхание.

Взяв ее лицо в свои огромные ладони он заглянул в чистые от слез глаза. Тимур сразу почувствовал ее ерзание, она пыталась отвести взгляд.

Сильные руки не отпускали ее лицо. Он был слишком близко, его дыхание обжигало кожу.

Губы Тимура коснулись ее. Он целовал осторожно, еле прикасаясь, боясь спугнуть. Провел языком по ее губах, словно успокаивая.

Вера закрыла глаза. Внутри девушки сломались все механизмы. Вместо протеста, тело трепетало от его прикосновений, отзывалось, хотело еще. Мозг понимал что это не правильно, но не подавал никаких сигналов, чтобы прекратить. Бешеный стук сердца отдавал эхом в ушах, глуша здравы смысл.

Поцелуи не прекращались, Тимур не собирался отпускать ее, оставлять одну.

Нависнув над ней, он еще раз заглянув в глаза, что опьяняли. Ему было важно чтоб она успокоилась, перестала плакать. Он продолжил целовать. Целовал до тех пор, пока ее дыхание не участилось.

Вера обвила руками его шею, сама поддалась на встречу. Ее тело отзывалось на каждое прикосновение.

Одежда жутко мешала.

Тонкие пальчики пробрались под грубый свитер Тимура. Став на колени он быстрым движением скинул ненужную вещь. Получив доступ к стальному торсу, девушка начала выводить замысловатые узоры на его коже. Двигалась медленно, словно изучая каждый сантиметр.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тимур двумя руками начал стягивать теплый свитер с Веры, девушка послушно подняла руки, помогая ему избавить себя от лишней одежды. То же самое он проделал со штанами.

Возвышаясь над практически обнаженной Верой, он не мог оторвать от нее глаз. Белая, нежная кожа покрылась мурашками от холодного воздуха. Губы припухли и увлажнились от нежных ласк, глаза блестели из-за недавно пролитых слез и похоти. Пшеничные локоны раскинулись на всю подушку.

Боль и усталость все еще не покинули ее взгляд. Тимур готов волком выть дабы вернуть время назад.

Если бы он знал.

Если бы.

Костяшками пальцев он провел по скуле, вызывая волну мурашек по ее телу.

Тимур двигался медленно, осторожно, едва касался дородной кожи. Слегка раскрыв губы, Вера выгнулась сама подзывая его. Руками она вцепилась в простыню, не в силах сдерживать желание.

Тимур среагировал быстро, он словно получил разрешение, которое ждал.

Жадным поцелуем он взял ее в свой плен. Вера не сопротивлялась, она отвечала на его ласки, постанывала, извивалась в его объятиях.

Откинув последнюю преграду в виде лифчика, Тимур накрыл губами сосок. Громкий стон вырвался из уст Веры. Она выгнулась словно кошка, прося еще. Грудь ныла от желания, Вера чувствовала на сколько промокли трусики.

Она горела в его руках, он вызывал в ней такое буйство эмоций которое девушка никогда не испытывала.

Тимур продолжал сладкую пытку, зажав двумя пальцами другой сосок он легонько покручивал горошину, слыша новые стоны.

Вера развела ноги в стороны не в силах больше терпеть эту сладкую муку. Ей было жизненно необходимо почувствовать его внутри. Она сама поддалась на встречу упираясь промежностью в его голый торс. Она просила, умоляла без слов.

Губы Тимура начали опускаться ниже. От ее смелости и открытости сносило крышу. У него самого в штанах творился ураган.

Добравшись до трусиков Тимур пальцем поддел резинку тонкого кружева. Вера прижмурилась закрывая рукой глаза, кровь бурлила в венах, вызывая дрожь во всем теле. Она отдалась во власть этого мужчины. Она хотела его, скрывать и обманывать себя уже не было сил.

Веру вырвали из раздумий его прикосновения. Девушка забыла как дышать, глаза широко раскрылись, из горла вырвался глухой стон. Он касался ее там, языком. За все свои двадцать сем лет Вера не испытывала такого коктейля эмоций. Низ живота пронзала горячая истома. Тимур водил языком по ее мокрым складочкам, играл с клитором.

Введя в нее сразу два пальца он почувствовал это сводящую с ума тесноту. Он помнил эти чувства, там в душевой кабине. Не в силах больше сдерживаться он оторвался от сладкой киски. Недовольный стон, практически рык Веры, заставил его улыбнуться. Она хотела его, так же как и он ее.

Быстрым движением скинул с себя штаны вместе с боксерами открывая Вере всего себя. Она смотрела на него, не боялась, не пряталась. Увидев налитый кровью член, Вера машинально облизнула немного искусанные губы. Раздвинул ноги чуть шире она звала его к себе, в себя.

Тимур наклонился, нашел губами ее трепещущие от желания губы. Обхватит ладонью шею сзади, а другой придерживая за бедно он начал входить. Вера застонала ему в рот, девушка практически теряла рассудок. Сама нашла его язык своим и начала жадно изучать его рот. Все мысли улетучились, на мгновение Вера забыла обо всем, были только они одни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Тимур начал наращивать темп, целовал ее шею, ласкал грудь. Толчки становились все сильнее, стоны Веры все громче. На подсознательном уровне он знал что ей нужно. Он не понимал как это объяснить, он просто знал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Девушка растворилась в нем, она была словно пластилин, мягкой и податливой.