Шепот в темноте - Энн Мэйбери

— Рок! — вскрикнула Мэгги, протянув было к нему руку, но тут же отдернув ее.

— А теперь, — продолжал он, — может, мы оставим загадки полиции?

Саймон, хмурясь, посмотрел на часы.

— По-моему, нам ничего другого не остается. Ужасная путаница. Что меня удивляет, так это твое возвращение, учитывая, что у вас с Ливи все было кончено и она вышла замуж за моего брата.

— Я не обязан объяснять тебе, — коротко сказал Рок. — Ливи знает и понимает.

— Ах вот как!

Адриана уже сняла перчатки и теперь снова надевала их. Она встала со словами:

— Нам пора, Саймон.

— Я уже опоздал. — Он отыскал взглядом портсигар и сунул его в карман. — Готова?

Проходя мимо Мэгги, Адриана остановилась.

— Не волнуйся! Все пройдет. Не думаю, что полиция придет сюда еще раз. — Она обернулась к Саймону. — Это и к тебе относится. Мы уже обо всем сообщили инспектору Марбину, так что теперь можно расслабиться.

Ее слова прозвучали фальшиво и никого не успокоили.

— Я захвачу твою корзинку, — сказала Ливи Адриане.

Вдалеке послышался раскат грома. Адриана, дрожа и прислушиваясь, застыла в дверях.

— Боишься?

— Ненавижу грозу!

Саймон положил ей руку на плечо.

— Может быть, она не дойдет сюда, — успокоил он. — Пойдем.

Когда они вышли, атмосфера в комнате была напряженной от невысказанных мыслей.

Мэгги смахнула крошку с полированного стола.

— Когда приехала полиция, я перевела Кейта в соседнюю комнату. Пойду заберу его назад.

— А я пока провожу Ливи.

Мэгги медленно повернулась.

— Ужин будет на столе через несколько минут, Рок. Я не хочу, чтобы запеканка подгорела. Ничего не случится, если Ливи пройдет несколько сотен ярдов одна.

— Извини, но я не могу допустить, чтобы она шла одна вдоль озера в темноте. Я всего на несколько минут. Ты же не возражаешь?..

Поколебавшись, она четко выговорила:

— Я возражаю, Рок! Я совершенно уверена, что Ливи ничего не угрожает. Это ты в опасности!

— Я? — Эта мысль показалась ему настолько забавной, что он рассмеялся.

Но Мэгги была серьезна.

— Я прекрасно знаю, о чем говорят в деревне.

— О чем же?

— Неужели мне нужно тебе объяснять? — Ее губы упрямо сжались.

— Нет, не надо! В деревне считают, что мы с Ливи все еще влюблены друг в друга. Им доставляет удовольствие показывать на нас пальцем и недоуменно пожимать плечами: «Нет, ты глянь! Не успела миссис Беренжер лишиться мужа, как Рок Хэнлэн уже тут!» Ну что ж, Мэгги, ты могла бы им кое-что сообщить от нашего имени.

— Я? Что я должна им сказать? — Она будто боялась услышать его ответ.

— Ты могла бы сообщить им, что несмотря на то, что я нахожу Ливи необыкновенно привлекательной и что ей тоже доставляет удовольствие мое общество, несмотря на то, что мы когда-то были помолвлены, между нами ничего нет. Ни малейшего намека на любовь! Мой приезд никак нельзя объяснить тем, что мы якобы жить друг без друга не можем. И судачить тут не о чем. А теперь, неужели ты и в самом деле считаешь, что Ливи может пойти домой одна? Уже темно, ты же сама видишь.

— Я уже сказала, что волнуюсь за тебя, — упрямо повторила она. — Ты не имеешь никакого отношения к этой ужасной истории. А Ливи имеет. Если бы она…

— Бога ради, что на тебя нашло? — перебил он. — Ливи же не вещь, чтобы обсуждать и осуждать ее в ее присутствии! — В его глазах промелькнула нежность. — Не будь дурочкой, Мэгги! — Потом он повернулся к Ливи, положил руку ей на плечо и повел через холл, бросая на ходу: — Можешь съесть и мою порцию запеканки!

— Рок, не уходи так! Скажи, что вернешься… ты же собирался остаться на ужин.

— Хорошо, я вернусь.

Возле двери Ливи обернулась, чтобы проститься с Мэгги, но слова застыли у нее в горле. Карие глаза Мэгги пылали гневом.

ГЛАВА 9

Весь недолгий путь до студии Адрианы Рок не произнес ни слова. Только подъехав к дому, он заглушил мотор и, глядя прямо перед собой на темные кроны деревьев, сказал:

— У меня не было другого выхода, Ливи! Я должен был сказать им о телеграмме. Инспектор Марбин не упоминал о ней. Возможно, у него свои замыслы. Но перед вашим приходом Мэгги с Саймоном отказывались воспринимать нападение на тебя всерьез. Потом появилась ты, и я решил: надо дать им более конкретное доказательство того, что тебе угрожает опасность.

— Но Саймон все равно тебе не поверил.

— Или не захотел поверить. А может, притворился, что не верит. Но, как я уже говорил, хватит хитрить друг с другом. Когда утром я узнал о вчерашней истории, то не удивился. Ведь это лишь следующий шаг чьего-то дьявольского замысла.

— Ты узнал обо всем еще до того, как пришел к Мэгги? — удивилась Ливи.

Он кивнул.

— Деревенские сплетни! Один сказал другому, тот еще одному, этот еще один — мне… И никогда не выяснишь, кто был первым! Да и не в этом дело. Сейчас, когда мы одни, я хотел бы услышать твою версию этой истории.

Они сидели совсем рядом, почти в полной темноте, освещенные лишь огоньками приборной панели. Его руки покоились на рулевом колесе, он смотрел прямо перед собой. Чуть подвинуться вправо — и можно ощутить уютное тепло его плеча. Но она оставалась сидеть, слегка прислонившись к дверце, и, рассказывая ему о вчерашнем происшествии, уже не боялась, что ей не поверят.

— Они считают, что все дело в нервах! Что я все это выдумала! По-моему, даже твой рассказ о телеграмме ничего не изменил. Я даже сомневаюсь, что мне поверила полиция.

— Им платят за то, чтобы они никому не верили на слово. Не обращай внимания на полицию: они привязываются к фактам, прорабатывают возможные варианты и не сообщают о своих выводах посторонним.

— Рок, я боюсь!

— Вот это правильно, Ливи! — Поймав на себе ее удивленный взгляд, он добавил: — Это поможет тебе всегда быть настороже!

— Но я же не могу жить, никому не доверяя!

— Это только временно. Все пройдет, как кошмарный сон. Но пока он длится, постарайся вести себя так, будто тебя окружают одни враги. Ведь один из них твой враг!

— Что я сделала… что могла сделать… кому-то?

— Ты же знаешь, все дело в решении суда. Тот, кто убил Клайва, испугался, потому что никого не арестовали. Полиция все еще ищет виновного, и у кого-то сдали нервы. — Рок полез в карман за сигаретой. — Будешь курить?

— У тебя ведь только «Вирджиния»! — с наигранной легкостью проговорила Ливи. — Я бы предпочла опиум: лучше видеть прекрасные сны, чем жить в сплошном кошмаре.

Портсигар Рока был сделан из темной кожи и был похож на тот, который она подарила ему ко дню рождения почти два года назад. Но у того были позолоченные уголки. Наверное, Рок отказался от него так же, как отказался от ее любви, и заменил на новый, не наводящий его на мысли о прошлом…

Она подавила неуместную боль и проговорила, глубоко и блаженно затянувшись:

— Я никогда не прятала голову в песок словно страус. Я всегда старалась реально смотреть на вещи, оценивать их с разных точек зрения. Прошлой ночью я так и поступила. И пришла к выводу, что если бы я утонула, полиция решила бы, что я, терзаемая раскаянием, не смогла больше жить. Рок… может, мне уехать отсюда?

— Я скажу честно: вряд ли тебе разрешат уехать. Официально ты признана невиновной, но возникнут случайные препятствия, тебя что-то задержит… Ты не представляешь, на какие хитрости они способны! Даже если ты и уедешь, везде на этом маленьком острове тебе будет не лучше, чем в Ардене, а может, и хуже. Рядом не будет друзей. А без них, без их поддержки ты будешь гораздо уязвимее. Не забывай, что у тебя есть враг.

Проговорив это, Рок повернулся к ней и взял ее лицо в свои ладони.

— Ты похудела, я чувствую твои скулы. Береги себя, Ливи… Ну и глупость же я сморозил! Все мы себя бережем: в нас говорит инстинкт самосохранения! — Он уронил руки и уставился взглядом в темноту перед собой. — Когда я приехал, то думал, что ты в безопасности: у тебя есть семья. А сейчас я не знаю, кому ты можешь довериться.

— Только тебе…

Он задумчиво посмотрел на нее.

— Я никогда не причиню тебе зла, Ливи! Я уже говорил тебе: если два человека любили друг друга, между ними остается нечто, что никогда не умрет.

— Нечто! И что же это? — тихо произнесла она, обращаясь больше к самой себе, чем к нему, но Рок услышал.

— Дружба! Впрочем, нет! Нечто совсем другое. Просто, если ты когда-то кого-то любил, то, что бы ни случилось, тебе всегда будет небезразлично, что с ним происходит!

«Небезразлично… не больше…»

Внезапно Рок взял у нее сигарету и выбросил ее в открытое окно машины. Потом он крепко сжал ее руку.

— Мне хочется обнять тебя и страстно поцеловать! Но зачем? Что-то ушло, любовь не воротишь!

Она закрыла глаза, чувствуя, как его пальцы сплетаются с ее пальцами.

— Где тонко, там и рвется, — продолжал он. — То, что развело нас когда-то, разведет еще раз. Мы вняли предупреждению и спаслись, спаслись от того, что могло обернуться несчастным браком!